Оцените Евдокия

В седьмой том собрания сочинений А.Н. Островского вошли пьесы 1873–1876 годов, такие, как «Снегурочка», «Богатые невесты», «Волки и овцы» и другие пьесы.

Чтобы написать захватывающий дух детектив, нужно расследовать преступление… Поэтому мне, Виоле Таракановой, приходится бегать по городу в поисках криминальных историй. Но на этот раз «история» сама заявилась ко мне домой. Убита наша соседка Лиза Макаркина, а на месте преступления взяли юную манекенщицу Аню Галкину. Весь двор жужжит точно улей — местные кумушки только и обсуждают, что любовные отношения Антона Макаркина с Аней. Поддавшись уговорам матери Галкиной, я взялась за расследование. И вытащила на белый свет такую запутанную историю, что впору покупать билет на ковер-вертолет… Серия: Виола Тараканова. В мире преступных страстей #15

Через сто лет литература окончательно потеснена техническими дисциплинами. Преподаватель Андрей Петрович остался без любимой работы. Его знания никому не нужны. Монотонность беспросветной жизни на пособии нарушает незнакомец, который просит дать ему уроки литературы.

Страшное в своей безыскусности и документальной точности, свободное от излишней патетики, искреннее и динамичное повествование приоткрывает привычную завесу конспиративности, тщательно поддерживаемую спецслужбами КНДР. Достоверность проникновенного рассказа о быте и нравах в КНДР гарантируют рассказы ее бывших жителей, которым удалось сбежать из «Страны утренней свежести», а также данные и цифры из самых авторитетных источников.

Теме борьбы с колонизаторами за свободу и счастье угнетенного народа посвящены страницы повести «Сын воды».Повесть «Полесские робинзоны» также пользуется большой популярностью у юных читателей. Особенно привлекательны образы Мирона и Виктора, которые помогли взрослым обезвредить опасную шайку бандитов.Популярная пионерская повесть «ТВТ» тематически перекликается с полюбившейся детворе повестью А. Гайдара «Тимур и его команда». В повести нет каких-либо необычайных приключений, но читается она юными читателями с большим интересом.

«Читать главные книги русской литературы — как пересматривать заново свою биографию. Жизненный опыт накапливался попутно с чтением и благодаря ему…Мы растем вместе с книгами — они растут в нас. И когда-то настает пора бунта против вложенного еще в детстве… отношения к классике», — написали Петр Вайль и Александр Генис в предисловии к самому первому изданию своей «Родной речи» двадцать лет тому назад. Два эмигрировавших из СССР журналиста и писателя создали на чужбине книгу, которая вскоре стала настоящим, пусть и немного шутливым, памятником советскому школьному учебнику литературы. Мы еще не забыли, как успешно эти учебники навеки отбивали у школьников всякий вкус к чтению, прививая им стойкое…

Победа в Великой Отечественной войне ковалась не только на фронте, но и в тылу нашей огромной родины. Мужество и стойкость проявляли не только воины, но и их родные и близкие, оставшиеся дома. Северное село Пекашино, раскинувшееся на берегах Пинеги, не стало исключением. Здоровые и сильные мужики ушли на фронт. Оставшиеся старики женщины и дети трудились на скудных северных полях, чтобы вырастить достойный урожай для потребностей фронта. Эта непростая задача становилась жизненно важной. На дворе стоял 1942 год. Красная армия все еще отступала, оставляя за собой щедрые на урожай черноземные земли. ©MrsGonzo для LibreBook

"Кролики и удавы" - философско-ироничная "повесть-притча", социально-философская фантастика, фантастическая сказка.

В 1963 году в газете «Красная звезда» была опубликована статья о деятельности советской разведывательно-диверсионной группы «Голос» на территории Польши во время Второй мировой войны, предотвратившей уничтожение Кракова. Заинтересовавшись этим материалом, Юлиан Семенов отправился в Краков. 20 лет прошло с тех событий, а об операции по спасению уникальной архитектуры древней столицы Польши ходили только слухи. Достоверной информацией никто не обладал. Чтобы восстановить картину беспримерного подвига советских разведчиков, писатель обратился к начальнику ГРУ СССР. Так возник замысел романа «Майор «Вихрь», где на первый план выдвигается уже не Максим Исаев (Штирлиц), а его сын, тоже разведчик, Александр…

«Пускай слыву я старовером, Мне всё равно – я даже рад: Пишу Онегина размером; Пою, друзья, на старый лад. Прошу послушать эту сказку!..»