Оцените Роковая ошибка

Тайный агент Конклава Теней, могущественный маг и искусный фехтовальщик Когвин Ястринс, некогда известный как Коготь Серебристого Ястреба, получает новое задание: поступить на службу к герцогу Каспару Оласко и помочь чародеям уничтожить одного из приближенных этого правителя — опасного и злобного колдуна Лесо Варена, пытающегося создать новый Камень Жизни и с его помощью открыть Звездные Врата перед врагами Мидкедмии.Есть у Когвина Ястринса и своя цель: отомстить Каспару Оласко за гибель племени оросини, ибо сородичей Кога уничтожили по приказу герцога. В решающей битве с силами зла он может рассчитывать только на знания и опыт, полученные в Академии магов, где его наставником был сам великий…

В городе фестиваль и Носсу нужно приобрести маску для маскарада. Носс решился зайти в одну из многочисленных лавочек, торгующих костюмами и масками, в которой его встретил очень странный продавец…

Что остается в жизни Великому Делафорте, вчерашнему иллюзионисту с мировым именем, ныне же старику, прикованному болезнью к инвалидной коляске? Конечно, передать свое волшебное искусство и артистический псевдоним сыну, пошедшему по стопам отца. Но может ли знать отец, на что обернет свой дар его порочный и завистливый отпрыск?

Пьеса Ясенского «Бал манекенов» – своего рода революционный фарс. Это трагикомедия об утраченной человечности, бичующая устои буржуазного общества, гниль «вещных» отношений. В пьесе люди – манекены и обездушены, а манекены – одухотворены, человечны. Манекен с чужой головой умудрился быть человечески состоятельнее тех, что с головами: наличие головы еще не гарантия человечности.

В надежде на удачный брак, Евгения, баронесса Мюнстер, и ее младший брат, художник Феликс, потомки Уэнтуортов, приезжают в Бостон. Обосновавшись по соседству, они становятся близкими друзьями с молодыми Уэнтуортами — Гертрудой, Шарлоттой и Клиффордом.Остроумие и утонченность Евгении вместе с жизнерадостностью Феликса создают непростое сочетание с пуританской моралью, бережливостью и внутренним достоинством американцев. Комичность манер и естественная деликатность, присущая «Европейцам», противопоставляется новоанглийским традициям, в результате чего возникают непростые ситуации, описываемые автором с тонкими контрастами и удачно подмеченными деталями.

Предлагаемое читателям сочинение «Книга о шахматах», известное также под названием «Объяснение игры в шахматы и изобретение игры в нарды», является древнейшим текстом, рассказывающим о происхождении шахмат и нардов. Оно было написано в Иране в VI веке в период правления царя Хосрова I Аноширвана (531–579 гг.) из династии Сасанидов. Эпоха его правления отличалась значительным расцветом науки, культуры, литературы и искусства в Иране. В 529 году византийский император Юстиниан упразднил знаменитую Афинскую Академию, некоторые греческие ученые и философы переселились в Сасанидскую империю и нашли себе применение при персидском дворе. Сасанидской Персии довелось стать связующим культурным мостом…

Любая почтовая контора, в особенности маленькая контора, расположенная по соседству, в которой решается столь много наших повседневных дел, куда мы постоянно ходим с нашими нуждами, обязательствами, заботами и хлопотами, радостями и горестями, где испытывается наше терпение, где наши надежды оправдываются или рушатся, всегда, мне кажется, накапливает так много мелочей из лондонской жизни и столь многое может поведать из бесконечной истории огромного города, что, даже пробыв в ней совсем недолго, кажется, будто стоишь на сквозняке, под сильнейшим ветром человеческой комедии… Генри Джеймс. Рассказ вошел в сборник «Поворот винта», вышедший в серии «Азбука-классика (pocket-book)».

Автор «Простой истории» нередко заставляет нас смеяться, последним же смеется он сам, смеется над тем, как ловко он нас провел. В своей «Простой истории» он зачастую как бы посмеивается над изображаемыми в ней персонажами, посмеиваясь одновременно и над нами. «Вы, мои читатели, — кажется, говорит он, — считаете людей, о которых я пишу, комичными. Но уверены ли вы, что сами не попадаете впросак?» Нам приходится подходить к героям его книг с мерками ХХ века, а они, возможно, столь же нелепы и смешны, а может быть, еще более нелепы, чем сами герои. Несомненно, Агнон — великий мастер дурачить, но не всегда ясно, кто остается в дураках.

В романе "Накипь" Эмиль Золя блестяще воссоздал ханжество буржуазии, превратившей общественную и частную жизнь в чудовищную комедию лицемерия.

Впервые на русском – готический вестерн от последнего битника и кумира 1960-х, наследника Марка Твена и Хемингуэя, вдохновителя Харуки Мураками и Эрленда Лу. Двое незадачливых наемных убийц получают заказ от дочерей профессора Хоклайна разобраться с загадочным чудовищем, терроризирующим их дом на Диком Западе…