Меланхолия ГЕНИЯ. Ларс фон Триер. Жизнь, фильмы, фобии

В конце концов, все на свете не может быть умереть-как-мифологично.

Когда ты чего-то боишься, ты как будто никак не можешь найти выход, адреналин зашкаливает - и ты не можешь дышать. В депрессии же все телесные функции обнуляются. Ты лежишь, ноешь и смотришь в стену. Месяцами. А я и не ныл даже, я просто сдался.

По-моему, это очень забавный поворот - назвать высокомерием то, что человек склонен терпеть в остальных то, чего никогда бы не потерпел в себе самом.

Я, как и все уважающие себя меланхолики, лучше всего чувствую себя в ситуации катастрофы.

Всегда есть тот или иной крошечный... маленький Ларс из какого-то класса, ставящий пьесу, в которой нет и не может быть никакой реальности, потому что на самом, самом, самом деле, в глубине, глубине, глубине души, человек всегда сто девяносто тысяч процентов одинок в собственном своем крошечном, дурацком, глупом, никому не нужном мирке...

Радость - это круто, радость - это отсутствие скорби, но сама по себе радость - ничто. Десять минут радости никак не могут оправдать три месяца скорби.

Удовлетворение от процесса создания - это ужасно весело.

Дружбу, как известно, не купишь деньгами, зато можно постараться в выборе подарков.

Ты знаешь, какими на самом деле оказываются те девушки, которые выглядят мрачными? Они мрачные. Тем не менее каждый раз это оборачивается огромным удивлением. Нет, ну кто бы мог подумать! Вот это да. Когда же она повернется к тебе своей веселой стороной? Да нет у нее веселой стороны! Она всегда мрачнее тучи! Она выглядит сдержанной, потому что действительно сдержанная и, вероятнее всего, потому что за этим мрачным фасадом ничего больше нет.

И тогда я вдруг понял, что каждый из тех людей, которых я, как я раньше считал, хорошо знал, имеет за собой какую-то историю, которую я не знаю и не узнаю никогда.

– То есть тебя не очень интересует, что мы о тебе думаем?

– Нет! Более того, я стыжусь того, что обо мне вообще что-то думают.

Человек должен мыслить свободно, при этом его не должно волновать, что этим он может кого-то обидеть. Человек должен поступать так, как ему хочется, даже если для этого придется выйти за границы, установленные его собственной смелостью.