Оцените Гигантский крот

Виртуозно переплетая фантастику и реальность, Кафка создает картину мира, чреватого для персонажей каким-то подвохом, неправильностью, опасной переменой привычной жизни. Это образ непознаваемого, враждебного человеку бытия, где все удивительное естественно, а все естественное удивительно, где люди ощущают жизнь как ловушку и даже природа вокруг них холодна и зловеща.

Эта поучительная история произошла во Франции XIX века. Видимо, кто-то сочтет странным, что рассказчик так жестко говорит о женщинах, но иногда они этого заслуживают. Надо быть слишком молодым, чтобы другие открывали тебе глаза на женщин. Надо быть очень открытым, чтобы женщина смогла произвести в твоем сердце огромные разрушения. И надо испытать сильное разочарование, чтобы умирать от тоски и стыда.И хотя рассказчик желает всем участникам событий – и палачам, и жертвам, и даже пассивным наблюдателям – только одного забвения, вы, читатель, надолго запомните эту пронзительную любовную историю.Впервые на русском!

Автор делится своим воспоминанием об увиденном мальчике в пионерском галстуке, который шёл впереди колоны освобождённых и присоединившихся к русской армии. Автор очень долго разыскивал мальчика или хоть какие-то сведения о нём. Мальчика ему не удалось найти, но посчастливилось найти женщину, которая была вместе с ним в плену у немецкой старухи-фермерши. Именно эта женщина рассказала подвиге и несгибаемом русском духе мальчика в пионерском галстуке…

Основой развития событий в пьесе "Люди и страсти" стал конфликт поколений в помещичьей усадьбе, а именно спор между отцом и бабушкой. Кроме того, это полуавтобиографическая работа, так как в ней прослеживаются воспоминания Лермонтова о пребывании в пансионе, откуда он сбежал.

"Тихий океан изменчив и коварен, как душа человека. Только что глухо волновалась его свинцовая зыбь, точно это Ла-Манш у мыса Бичи-Хед, и вот уже вздулись, закипели бешеные волны, понеслись с белой пеной на гребнях."

«Девяносто третий год».Блестящая хроника излома Великой Французской революции – и одновременно увлекательный исторический роман, полный приключений и неожиданных сюжетных поворотов.Итак, в Париже «правит бал» Директория…А на глухом побережье Северной Франции высаживается отряд роялистов…«Девяносто третий год».Шедевр исторической прозы Гюго!..

29 сентября 2006 года Ластик Фандорин угодил в историю. Юный Ластик – самый маленький в шестом лицейском классе мальчик – призван совершить неслыханный подвиг: отправиться в прошлое через «хронодыру». На всем белом свете только Ластик способен исправить то, что натворил во время крестовых походов его дальний предок – Рыцарь Тео фон Дорн…

Все мы читали автобиографический «Праздник, который всегда с тобой».Мы знаем, каким видел Париж времен своей молодости и себя в нем Хемингуэй.Но какими стали «парижские» годы для его первой жены — легендарной Хэдли? И почему Хемингуэй, который всю жизнь хранил ее письма как великую драгоценность и которой спустя годы после развода писал: «Чем больше женщин я узнаю, тем сильнее восхищаюсь тобой», оставил ее, как только к нему пришла слава?Красивой и грустной истории любви, супружества и разрыва лучшего американского прозаика первой половины XX века и, возможно, самой важной женщины в его жизни посвящен пронзительный роман Полы Маклейн…

Путник понял, что перед ним угольные копи. Ему вдруг стало стыдно: стоило ли туда идти? Там не найдешь работы. Вместо того чтобы направиться к шахтным постройкам, он взобрался на насыпь, где в трех чугунных жаровнях горел каменный уголь, освещая и обогревая место работ. Рабочим здесь приходилось трудиться до глубокой ночи, так как из шахт все еще подавали отбросы угля. Тут путник расслышал грохот вагонеток, которые катили по мосткам; он различал движущиеся силуэты, люди сгружали уголь у каждой жаровни...

Перед вами – иной Оруэлл. Не писатель, но – философ, литературный критик и журналист (строго говоря, создатель жанра «новой журналистики»). Человек, творящий подлинно высокую публицистику – и обращающий ее в истинное искусство слова!Эссе Оруэлла всегда умные, изысканно-злые и в чем-то парадоксальные.Сейчас, как и в прошлом, многим они кажутся спорными и «скандальными». Почему? Да потому, что Джордж Оруэлл всегда современен!