Язык оригинала
Олеся лежала на холодном кафельном постаменте, с жёлтым, в свете неоновых ламп, лицом… Его дочь! Его кровинка!.. Покойников на своём веку Корнилов перевидал много. Даже слишком. Настолько, что они давно уже перестали вызывать в нём хоть какие-то чувства. Вот и сейчас, Иван Сергеевич стоял у накрытой несвежей морговской простынёй девушки, и с трудом отдавал себе отчёт в том, что это его дочь… А может, просто срабатывала защитная реакция организма?
