Оцените Желтый металл

Повести. Для среднего и старшего возраста.

Самолет `Защитник` с атомными бомбами на борту, выполнявший учебный полет по программе НАТО, внезапно меняет маршрут и исчезает. Правительства ведущих стран мира получают послание, в котором сообщается, что самолет и пилоты — в руках некоей таинственной имогущественной организации СПЕКТР, которая готова обменять самолет и его экипаж на слитки золота стоимостью 100 млн. фунтов стерлингов. В случае отказа всему миру грозит огромный материальный ущерб и многочисленный человеческие потери. В операцию по обнаружению самолета с его смертельным атомным грузом включаются ЦРУ, ФБР, ИНТЕРПОЛ, НАТО, английская разведка и, конечно, агент 007, великолепный Джеймс Бонд. Обо всех этих событиях, о борьбе Бонда…

Дональд Гамильтон — популярный американский прозаик, автор приключенческих боевиков военно-шпионского жанра. Наибольшую известность в США и за рубежом получил тридцатитомный сериал о суперагенте Мэттью Хелме. Каждый роман сериала — увлекательная история миссий Мэтта Хелма в различных странах мира.

Роман «Тропой чародея» переносит читателя в бурное XI столетие, во времена княженья полоцкого князя Всеслава Чародея. Историческая достоверность, увлекательная интрига, яркий колоритный язык ставят роман Леонида Дайнеко в один ряд с лучшими образцами современной исторической прозы.

Действие романа Л. Дайнеко «Меч князя Вячки» относится к концу XII —началу XIII веков, когда Полоцкая земля объединяла в своем составе большую часть современной Белоруссии. Кровопролитная война, которую вел Полоцк совместно с народами Прибалтики против рвавшихся на восток крестоносцев, и составляет основу произведения.

Завершающая, пятая книга знаменитого художественно-документального цикла Светланы Алексиевич "Голоса Утопии". "У коммунизма был безумный план, - рассказывает автор, - переделать "старого" человека, ветхого Адама. И это получилось... Может быть, единственное, что получилось. За семьдесят с лишним лет в лаборатории марксизма-ленинизма вывели отдельный человеческий тип - homo soveticus. Одни считают, что это трагический персонаж, другие называют его "совком". Мне кажется, я знаю этого человека, он мне хорошо знаком, я рядом с ним, бок о бок прожила много лет. Он - это я. Это мои знакомые, друзья, родители". Социализм кончился. А мы остались.

В молодости он служил начальником полустанка на железной дороге, где кроме него и супруги жили телеграфист да три сторожа. На 20 верст вокруг не было ни одного человеческого жилья, ни одного порядочного кабака. Единственным развлечением были окна пассажирских поездов и водка. Так бежали длинные и скучные часы и дни. Как то раз они встречали Новый год с женой, ожидая полночи с некоторым нетерпением — были припасены две бутылки шампанского. Он стал медленно раскупоривать бутылку, и вдруг уронил ее на пол. Жена сильно испугалась – она верила в нехорошие приметы. И вскоре ее опасения оправдались. © ozor

Талантливый представитель литературы русского зарубежья Михаил Осоргин (1878–1942), как и многие русские люди его поколения, прошел через страдания, искусы, выдержал испытание войной, революцией, политикой и в дебрях и соблазнах учений, течений и направлений XX столетия нашёл свой собственный путь.Своим путём идёт и герой вышедшей в Париже в 1937 г. повести Осоргина «Вольный каменщик» Егор Егорович Тетёхин. Тетёхин — истинно русская душа, воплощение лучших народных качеств, тихий герой, борец против зла, опора немощным и угнетённым. Серьёзный пласт повести — художественно-философское осмысление масонства.В книгу входят и рассказы, написанные Осоргиным в эмиграции.

Впервые напечатано в "Петербургской газете", 1885, N273, под заглавием "Кляузник" с подзаголовком "Сценка".

«Этот сон видел бедный Макар, который загнал своих телят в далекие, угрюмые страны, – тот самый Макар, на которого, как известно, валятся все шишки. Его родина – глухая слободка Чалган – затерялась в далекой якутской тайге. Отцы и деды Макара отвоевали у тайги кусок промерзшей землицы, и, хотя угрюмая чаща все еще стояла кругом враждебною стеной, они не унывали. По расчищенному месту побежали изгороди, стали скирды и стога; разрастались маленькие дымные юртенки; наконец, точно победное знамя, на холмике из середины поселка выстрелила к небу колокольня. Стал Чалган большою слободой…»