Оцените На горах

Сонно и лениво проходит у Павла Васильевича вечер накануне поста — поругать кошку, помочь сыну-гимназисту с делением дробей, вспомнить собственную гимназическую юность, наконец, попить чаю... А тут уж и самое время заговеть!

Владимир Маяковский.Полное собрание сочинений в тринадцати томах.Том первый.1912–1917Собрание из 71 стихотворенияНастоящее издание является полным собранием сочинений Владимира Владимировича Маяковского.В основу издания положено десятитомное прижизненное собрание (восемь томов были подготовлены к печати самим поэтом). В отношении остальных произведений принимается за основу последняя прижизненная публикация. Существенные исправления, вносимые в основной прижизненный текст, оговариваются в примечаниях (исправление опечаток не оговаривается).В издание включается ряд произведений, не публиковавшихся в предшествующих собраниях сочинений.Произведения, входящие в состав издания, располагаются по хронологически-жанровому…

Имя лауреата Нобелевской премии, колумбийца Габриэля Гарсиа Маркеса золотыми буквами вписано в историю литературы XX века. В настоящий сборник вошли рассказы Гарсиа Маркеса "Другая сторона смерти", "Похороны Великой Мамы" и другие, которые наряду со знаменитыми романами "Сто лет одиночества" и "Осень патриарха" принесли писателю всемирную славу и любовь читателей.

ОЛМА Медиа Групп представляет книгу «Стена» — первый роман автора «Мифов о России» и «Войны» Владимира Мединского. Читатель узнает знакомые темы, но теперь они оживают в авантюрном сюжете.Мединский возрождает жанр, который у нас почти не был раскручен… «Три мушкетера» — это Франция начала XVII века. Весь мир знает эту легенду. Мединский взял ту же самую эпоху, только у нас, в России (это как раз Смута) и написал приключенческий роман.Впрочем, история у Мединского — нечто иное, чем у Дюма. Если для великого французского романиста она была гвоздем, на который он вешал свою картинку, то для Мединского наоборот: вся картина — это история, а выдумки — от силы на гвоздик и рамку, ибо наша русская история…

А я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем. Если же правый глаз соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну.

Молодая дачница София мучается желанием изменить мужу с соседом. © Доберман Примечание: Впервые — «Новое время», 1886, № 3758, 16 августа, стр. 2—3, отдел «Субботники». Подпись: Ан. Чехов. Включено в сборник «В сумерках», СПб., 1887; перепечатывалось в последующих изданиях сборника. Вошло в издание А. Ф. Маркса. При жизни Чехова рассказ был переведен на датский, немецкий, сербскохорватский, словацкий и чешский языки.

Роман «Жизнь Арсеньева» написана великим русским писателем на чужбине, написан памятью сердца о самом сокровенном. Мало кому из писателей удавалось достичь плотности текста, такой изобразительной силы и одухотворенности, какими отличается эта книга. Почему сегодня мы вновь предлагаем читателю роман И.А.Бунина «Жизнь Арсеньева»? Потому, что эта книга о главном – о родине и о любви. А точнее – о торжестве любви над забвением. Сегодня стоит перечитать эту замечательную книгу, чтобы еще раз осмыслить слова ееавтора: «Жизнь , может быть, дается нам единственно для состязания со смертью, человек даже из-за гроба борется с ней: она отнимает от него имя – он пишет его на кресте, на камне, она хочет тьмой…

На войне случалось всякое. Среди массового героизма случалось и предательство, и трусость, и пренебрежение служебными обязанностями. Об одной такой неблаговидной страничке войны и написал в своей повести «Мертвым не больно» Василь Быков. Сейчас повесть включена в список рекомендованной литературы для школьников. Но ее публикация вызвала небывалый скандал. На писателя ополчились не только партийные боссы, но и всесильный КГБ, вызвав волну вопиющих безобразий. В квартире Быкова били стекла, жену учительницу закидали помидорами и вызвали на допрос в КГБ. Возмутились даже вчерашние фронтовики: генералы и высшее командование. Лишь лейтенанты и простые солдаты, которые испытали изнанку войны на собственном…

Глубокой ночью в кафе за столиком в тени дерева сидит старик и пьёт коньяк. Двое официантов, один из которых помоложе — спешит к жене, а другому спешить особенного некуда. Они обсуждают своего единственного клиента. Старик сидит в кафе потому, что его никто не ждёт. Вскоре по настоянию молодого официанта старик расплачивается и уходит. Старший официант продолжает разговор сам с собой: «всё ничто, да и сам человек — ничто.Вот в чём дело, и ничего, кроме света, не надо, да ещё чистоты и порядка». © yemets