Оцените На пороге Вечности

О корпорации, которая усыпляла людей на долгий срок с показом сновидений.

Леонид Зорин — писатель всемирно прославленный, но если спросить нашего читателя, кто он такой, то ответом, скорее всего, будет недоуменное молчание. А стоит произнести названия трех его сочинений, и мы получим иной результат. Кто не помнит «Варшавскую мелодию», «Покровские ворота», «Царскую охоту»? Изнанка популярности — «затенение» фигуры автора. Одолеть эту несправедливость разумными суждениями невозможно, но, оставив «парадокс Зорина» без внимания, мы рискуем опустить главное — сопряжение жадного интереса к окружающему миру и лирической сосредоточенности. Писатель предан своим ключевым темам, последовательно соотносит экстравагантные и разнородные сюжеты сличным опытом, ищет и находит «свое»…

Карен Брэйди называют «английской Джеки Коллинз». Ее героини энергичны, сексуальны, по-человечески привлекательны и к тому же честолюбивы! Такова и Сара Мур. Но гибель любимого человека оборвала ее блестяще начавшуюся карьеру журналистки. Пережить горе, вернуться к жизни ей помогают друзья и тайная поддержка влиятельного человека, оставившего ей в наследство целую спортивную империю с ее непростыми проблемами: наркотиками, коррупцией… и неожиданно обретенной любовью.

Вам никогда не хотелось завести шута? Обратиться в ЧП «Шутиха», что на ул. Гороховой, 13, пройти странные тесты, подписать удивительный контракт — и привести домой не клоуна, не комика эстрадного, не записного балагура, а самого настоящего шута? Странного, взбалмошного, непредсказуемого — и отнюдь не смешного для ваших друзей и родственников? Глупости, говорите... Шутовство... Нелепица... А увидеть гладиаторские бои адвокатов, познакомиться с джинном из пожарной инспекции, присутствовать при налете стрельцов на типографию, встретить у подъезда тощую старуху Кварензиму — тоже не хотелось бы? Как всегда, внезапный, как обычно, парадоксальный роман Г. Л. Олди «Шутиха» — гротеск, балаган, потешно…

Вселенная Говарда Лавкрафта - величайшего писателя-визионера первой половины XX века. Вселенная, где путь между миром человеческим и миром древних и страшных Богов-демонов открыт практически постоянно. Здесь идет непрестанная борьба между Светом и Тьмой, между магией Добра - и магией Зла. Ибо несть числа Темным Богам - и велика сила Ктулху. У Говарда Лавкрафта было множество последователей. Однако в полной мере приблизиться к стилю и величию его таинственной прозы сумел только известный английский писатель Брайан Ламли - признанный мастер литературы ужасов и черной мистики, хорошо известный и отечественным читателям. Итак. Путь в мир Темных Богов открыт снова. И поведет нас по нему достойнейший…

Лауреат премии «Хьюго» за 1961 год этот роман и считается одним из самых мощных и совершенных фантастических произведений 20-го века за пугающий и все еще провокационный взгляд на постапокалиптическое будущее. В кошмарном, разрушенном ядерной катастрофой мире, медленно пробуждающемся к свету после столетий тьмы и невежества, слабые ростки науки и забытые знания прошлого бережно сохраняются в монастыре, основанном Исааком Лейбовицем. Начатые им и продолженные монахами летописания охватывает столетия невежества, насилия и варварства. Сатирический взгляд на неумолимую прогрессию человечества, то и дело повторяющего все те же печальные ошибки в своем развитии, потрясают. Серьезная и смешная, трагическая…

Любовь наполняла этот дом — до тех пор, пока…Два события всколыхнули жизнь главного героя. Во-первых, нашёлся его отец, долгие годы считавшийся погибшим в море. А во-вторых, новообретённому папе не понравилась старая мебель, и родители приобрели новую — шкаф, сервант, секретер. Но в ней сразу же завелась моль. После чего мама и бабушка стали натурально холодеть.Может ли моль жрать не тряпки, а людей? И тот ли это папа?Лишь один человек заметил беду и начал смертельную битву — ребенок…

Собранные в этой книге дневниковые записи Александра Бенуа за 1908-1916 годы прежде никогда не публиковались; долгое время они хранились в частном собрании - у наследников друга Бенуа, искусствоведа С.П.Яремича. Его "Воспоминания о русском балете", большая часть которых восстановлена по черновикам, также публикуются впервые.

Переложение готического романа XVIII века, «Монах» Антонена Арто - универсальное произведение, рассчитанное и на придирчивость интеллектуала, и на потребительство масскульта. Основатель «Театра Жестокости» обратился к сочинению Грегори Льюиса в период, когда главной его задачей была аннигиляция всех моральных норм. Знаменитый «литературный террорист» препарировал «Монаха», обнажил каркас текста, сорвал покровы, скрывающие вход в лабиринты смерти, порока и ужаса. «Монаха» можно воспринимать и как образец «черной прозы», объединяющей сексуальную одержимость с жесткостью и богохульством, и как сюрреалистическую фантазию, - нагнетание событий, противоречащих законам логики.Перевод романа издается…

Страх, паника, толпы беженцев... Это не война, это пришествие высокоразвитых существ из далекого будущего, выразивших желание занять место в нашем мире. Незавидная судьба уготована жителям «настоящего»...