Оцените Необыкновенный

Сюжетную основу пьесы составил исторический эпизод, имевший место в 1476 г., когда крестьяне деревни Фуэнте Овехуна (Овечий ключ) восстали против своего сеньора Фернанда Гомеса де Гусмана, командора военно-церковного ордена Калатравы. Память об этом выступлении хранили народные песни и романсы, записи хронистов. Излагая события 1476 г., происшедшие в селении Фуэнте Овехуна, в полном соответствии с исторической хроникой, Лопе де Вега по-иному оценивает и объясняет их, и «жестокий бунт» неблагодарных подданных превращается им в то, чем на самом деле было восстание крестьян: в справедливое возмездие, в правое народное возмущение против феодальной тирании.

Составление, подготовка текста и примечания П. Беркова

Русская писательница Лидия Чарская (1875–1937), творчество которой долгие десятилетия было предано забвению, пользовалась в начале века исключительной популярностью и была «властительницей сердец» юных читателей. Вошедшие в книгу повести «Записки институтки» и «Люда Влассовская» посвящены жизни воспитанниц Павловского института благородных девиц, выпускницей которого была и сама писательница. С сочувствием и любовью раскрывает она заповедный мир переживаний, мыслей и идеалов институтских затворниц. Повести Чарской, написанные добротным русским языком, воспитывают чувство собственного достоинства, долга и справедливости, учат товариществу, милосердию, добру.Книга адресована прежде всего юному…

Книга Андре Гийу, историка школы "Анналов", всесторонне рассматривает тысячелетнюю историю Византии - теократической империи, которая объединила наследие классической Античности и Востока. В книге описываются история византийского пространства и реальная жизнь людей в их повседневном существовании, со своими нуждами, соответствующими положению в обществе, формы власти и формы мышления, государственные учреждения и социальные структуры, экономика и разнообразные выражения культуры. Византийская церковь, с ее великолепной архитектурой, изысканной красотой внутреннего убранства, призванного вызывать трепет как осязаемый признак потустороннего мира, - объект особого внимания автора. Книга предназначена…

Первые две книги романа «Блокада» посвященного подвигу советских людей в Великой Отечественной войне, повествуют о событиях, предшествовавших началу войны, и о первых месяцах героического сопротивления на подступах к Ленинграду.

Бывший матрос Федос Чижик становится денщиком и нянькой для мальчика из дворянской семьи. За грубоватым поведением и устрашающей внешностью матроса прячется огромное доброе сердце и вскоре к нему искренне привязываются все члены семьи. (с) Изька для LibreBook

Это можно называть как угодно - "светом", "гламуром", "тусовкой"... суть не меняется. Погоня за модой. Преклонение перед высшими, презрение к низшим. Смешная готовность любой ценой "превзойти Париж". Снобизм? Да еще какой! Изменилось ли что-то за прошедшие века? Минимально, - разве что вместо модных портных появились кутюрье, а журналы для "леди и джентльменов" сделались глянцевыми. Под пером великого острослова Уильяма Теккерея оживает блеск и нищета английского "света" XIX века - и читатель поневоле изумляется, узнавая в его персонажах "знакомые все лица". Светские львицы - и затмевающие их блеском содержанки. Продажные политики, наглые богачи - и бездарные, но модные "творцы искусства". Как…

В сборник вошли следующие стихи:"Соперники", "Осень", "Я вольный ветер, я вечно вею...", "Кто кого", "Безглагольность", "Я мечтою ловил уходящие тени...", "Я в этот мир пришел, чтоб видеть Солнце...", "Я люблю далекий свет от весла...", "Ветер", "Я с ужасом теперь читаю сказки...", "Дурной сон", "Минута", "Я не знаю мудрости", "Нет дня, чтоб я не думал о тебе...", "Мой друг, есть радость и любовь...", "Долины сна", "Фантазия", "Уходит светлый май", "Камыши", "Челн томленья", "Я буду ждать...", "Лунный свет", "О, женщина, дитя, привыкшее играть...", "Ковыль", "Лебедь", "Другу", "Люби", "Смотри, как звезды в вышине...", "Солнце удалилось...", "Утром встав, вопрошаю...", "Чертовы качели", "Скорпион",…

«Редко соединялись в такой степени, в таком полном равновесии два трудно сочетаемых элемента: сочувствие к человечеству и артистическое чувство», — восхищался «Записками охотника» Ф.И. Тютчев. Цикл очерков «Записки охотника» в основном сложился за пять лет (1847—1852), но Тургенев продолжал работать над книгой. К двадцати двум ранним очеркам Тургенев в начале 1870-х годов добавил еще три. Еще около двух десятков сюжетов осталось в набросках, планах и свидетельствах современников.Натуралистические описания жизни дореформенной России в «Записках охотника» перерастают в размышления о загадках русской души. Крестьянский мир прорастает в миф и размыкается в природу, которая оказывается необходимым…