Оцените Нянька

Начальник ж.д. станции Фастов потребовал от своих служащих, чтобы ни один из них не смел писал в газету «Гудок» письма без его ведома. После этого обильный прежде поток корреспонденции резко иссяк... © strebkov

Сюжетную основу пьесы составил исторический эпизод, имевший место в 1476 г., когда крестьяне деревни Фуэнте Овехуна (Овечий ключ) восстали против своего сеньора Фернанда Гомеса де Гусмана, командора военно-церковного ордена Калатравы. Память об этом выступлении хранили народные песни и романсы, записи хронистов. Излагая события 1476 г., происшедшие в селении Фуэнте Овехуна, в полном соответствии с исторической хроникой, Лопе де Вега по-иному оценивает и объясняет их, и «жестокий бунт» неблагодарных подданных превращается им в то, чем на самом деле было восстание крестьян: в справедливое возмездие, в правое народное возмущение против феодальной тирании.

Русская писательница Лидия Чарская (1875–1937), творчество которой долгие десятилетия было предано забвению, пользовалась в начале века исключительной популярностью и была «властительницей сердец» юных читателей. Вошедшие в книгу повести «Записки институтки» и «Люда Влассовская» посвящены жизни воспитанниц Павловского института благородных девиц, выпускницей которого была и сама писательница. С сочувствием и любовью раскрывает она заповедный мир переживаний, мыслей и идеалов институтских затворниц. Повести Чарской, написанные добротным русским языком, воспитывают чувство собственного достоинства, долга и справедливости, учат товариществу, милосердию, добру.Книга адресована прежде всего юному…

Вильям Шекспир - великий английский драматург, поэт и актер. Его творчество является вершиной мировой драматургии. Произведения Шекспира на протяжении вот уже четырех веков имеют поистине безграничную власть над сердцами миллионов читателей во всем мире. Язык его трагедий, комедий и сонетов стал языком великой английской литературы.

Первые две книги романа «Блокада» посвященного подвигу советских людей в Великой Отечественной войне, повествуют о событиях, предшествовавших началу войны, и о первых месяцах героического сопротивления на подступах к Ленинграду.

В сборник вошли следующие стихи:"Соперники", "Осень", "Я вольный ветер, я вечно вею...", "Кто кого", "Безглагольность", "Я мечтою ловил уходящие тени...", "Я в этот мир пришел, чтоб видеть Солнце...", "Я люблю далекий свет от весла...", "Ветер", "Я с ужасом теперь читаю сказки...", "Дурной сон", "Минута", "Я не знаю мудрости", "Нет дня, чтоб я не думал о тебе...", "Мой друг, есть радость и любовь...", "Долины сна", "Фантазия", "Уходит светлый май", "Камыши", "Челн томленья", "Я буду ждать...", "Лунный свет", "О, женщина, дитя, привыкшее играть...", "Ковыль", "Лебедь", "Другу", "Люби", "Смотри, как звезды в вышине...", "Солнце удалилось...", "Утром встав, вопрошаю...", "Чертовы качели", "Скорпион",…

Настоящий том представляет собой антологию русской поэзии начала XX века (дооктябрьского периода). Стихи расположены или в порядке, как они были опубликованы в авторских сборниках, из которых они перепечатаны, или в хронологическом порядке. Под каждым названием книги стихов поэта указывается дата ее первой публикации. Если это возможно, под стихотворением указывается дата его создания — авторская или (в угловых скобках) установленная исследователями творчества поэта.

Это можно называть как угодно - "светом", "гламуром", "тусовкой"... суть не меняется. Погоня за модой. Преклонение перед высшими, презрение к низшим. Смешная готовность любой ценой "превзойти Париж". Снобизм? Да еще какой! Изменилось ли что-то за прошедшие века? Минимально, - разве что вместо модных портных появились кутюрье, а журналы для "леди и джентльменов" сделались глянцевыми. Под пером великого острослова Уильяма Теккерея оживает блеск и нищета английского "света" XIX века - и читатель поневоле изумляется, узнавая в его персонажах "знакомые все лица". Светские львицы - и затмевающие их блеском содержанки. Продажные политики, наглые богачи - и бездарные, но модные "творцы искусства". Как…

Замечательные фолклорные башкирские сказки в пересказе классика русской прозы Платонова

«… Мережковский-поэт неотделим от Мережковского-критика и мыслителя. Его романы, драмы, стихи говорят о том же, о чем его исследования, статьи и фельетоны. „Символы“ развивают мысли „Вечных Спутников“, „Юлиан“ и „Леонардо“ воплощают в образах идеи книги о „Толстом и Достоевском“, „Павел“ и „Александр I и декабристы“ дают предпосылки к тем выводам, которые изложены Мережковским на столбцах „Речи“ и „Русского Слова“. Поэзия Мережковского – не ряд разрозненных стихотворений, подсказанных случайностями жизни, каковы, напр., стихи его сверстника, настоящего, прирожденного поэта, К. Фофанова. Поэзия Мережковского не импровизация, а развитие в стихах определенных идей, и ряд сборников его стихов кажутся…