Оцените О том, как надлежит поступать с восставшими жителями Вальдикьяны

В увлекательных рассказах популярнейших латиноамериканских писателей фантастика чудесным образом сплелась с реальностью: магия индейских верований влияет на судьбы людей, а люди идут исхоженными путями по лабиринтам жизни. Многие из представленных рассказов публикуются впервые.

В новой антологии собраны тридцать пять классических и современных историй о вампирах, принадлежащих перу таких известных авторов, как Клайв Баркер, Роберт Блох, Нил Гейман, Тацит Ли, Ким Ньюмен, Кристофер Фаулер, Брайан Ламли и других.Загадочные, жестокие, аристократичные, сексуальные, бесстрастные, как сама смерть, и способные па самую жгучую страсть, – вампиры уже не первое столетие остаются притягательной и модной темой мировой литературы и кинематографа.Исторгнутые извечной тьмой или порожденные человеческими суевериями; исчадия зла или жертвы рокового недуга; звероподобные кровопийцы или утонченные ценители алого вина жизни – вампиры обязательно завладеют если не вашей кровью, то неотступным…

Кто из японцев не читал известную сказку о сражении обезьяны с крабом!? Но не многие знают, что судьба краба и его товарищей после смерти обезьяны на самом деле сложилась совсем по-другому, чем в сказке. О том, как она сложилась и рассказывает автор. © Pupsjara

Книги Ж. Ломбара «Агония» и «Византия» представляют классический образец жанра исторического романа. В них есть все: что может увлечь даже самого искушенного читателя: большой фактический материал, динамический сюжет, полные антикварного очарования детали греко-римского быта, таинственность перспективы мышления древних с его мистикой и прозрениями: наконец: физиологическая изощренность: без которой, наверное, немыслимо воспроизведение многосложности той эпохи.

В России, где мужчины из поколения в поколение гибли в войнах, пропадали в ссылках и тюрьмах, спивались, чисто женская семья – явление обыденное, но от этого не менее трагическое. Роман молодой уральской писательницы Ольги Славниковой посвящен истории взаимоотношений матери и дочери, живущих вместе. Шаг за шагом повествование вводит нас в `тихий ужас` повседневного сосуществования людей, которые одновременно любят и ненавидят друг друга. И дело здесь не только и не столько в бытовых условиях, мешающих обустроить личную жизнь двух женщин. В фатальное противоречие вступают мысли и чувства, но эта борьба искусно замаскирована флером внешних приличий. И лишь пристальный взгляд способен увидеть истинное…

В сборник вошли стихотворения и поэмы разных лет, эпиграммы, шотландские баллады. Перевод А. Пушкина, Ю. Петрова, Г. Плисецкого, А. Эппеля, С. Маршака, А. К. Тостого, М. Ковалевой, Г. Ефремова.Вступительная статья Р. Райт-Ковалевой. В приложениях помещены стихотворения Р. Фергюссона в переводе А. Эппеля.Иллюстрации В. Фаворского.Примечания Р. Райт-Ковалевой и М. Розенмана.

В книге "Материя и память" Бергсон выступил против как материалистических, так и идеалистических традиций. И материализм, и идеализм он считал "одинаково крайними, избыточными положениями." Ошибка идеализма — в сведении материи к представлению, заблуждение материализма — в превращении материи в вещь, "производящую в нас представления, но отличную от них по своей природе" (С. 160). Какая же позиция была заявлена Бергсоном в противовес и материалистическому, и идеалистическому монизму? "Эта книга, — Разъяснял Бергсон в Предисловии к седьмому изданию "Материи и памяти", — утверждает реальность духа, реальность материи, и в ней делается попытка определить отношение между первым и вторым на ясном…

Из книги «Посох, палка и палач» — сборника трёх пьес Э.Елинек, лауреата Нобелевской премии по литературе 2004 года. Стилистика настоящей пьесы — площадная. Автор эпатирует читателя смесью грубых и изысканных приемов, заставляет содрогаться и задумываться о природе человека — причудливой смеси животных инстинктов и высоких помыслов.Постановка комедии «Придорожная закусочная» в венском Бургтеатре вызвала шумный скандал. Практически никто в Австрии не выступил в защиту Э.Елинек, и она вообще хотела отказаться от жанра драмы. Всё же одно трагически-скандальное событие, дерзкое убийство четырёх цыган, заставило писательницу вернуться к этому жанру и создать еще более неудобную и остро социальную пьесу…

Роман «Пожиратели звезд» представляет собой латиноамериканский вариант легенды о Фаусте. Вот только свою душу, в существование которой он не уверен, диктатор предлагает… стареющему циркачу. Власть, наркотики, пули, смерть и бесконечная пронзительность потерянной любви – на таком фоне разворачиваются события романа.