Оцените Голуби ада

В 1950 году во всех северокорейских концентрационных лагерях для содержания военнопленных начальники искали заключённых особой категории. Требовались граждане США, чьи приметы совпадали с приметами дюжины людей, фотографии которых были секретно, но широко распространены среди высшего начальства лагерей. На снимках были молодые русские разведчики-стажёры, добровольно вызвавшиеся участвовать в операции под кодовым названием «Зеркало».

…Истинно вам говорю: война — сестра печали, горька вода в колодцах ее. Враг вырастил мощных коней, колесницы его крепки, воины умеют убивать. Города падают перед ним, как шатры перед лицом бури. Говорю вам: кто пил и ел сегодня — завтра падет под стрелами. И зачавший не увидит родившегося, и смеявшийся утром возрыдает к ночи. Вот друг твой падает рядом, но не ты похоронишь его. Вот брат твой упал, кровь его брызжет на ноги твои, но не ты уврачуешь раны его. Говорю вам: война — сестра печали, и многие из вас не вернутся под сень кровли своей. Но идите. Ибо кто, кроме вас, оградит землю эту…

Роман "Кинопроба", положенный в основу первого кинематографического опыта Рю Мураками, - это история о всеразрушающей силе чувств, о "совершенной" любви, ставшей психологическим кошмаром наяву. Желание вторично жениться приводит вдовца Аояму на кастинг молодых претенденток, где он знакомится с Асами. Но за ее очарованием и внешней мягкостью таится черная бездна изломанной души.

В антологию, подготовленную известным востоковедом и переводчиком японской поэзии Александром Долиным, включены классические шедевры знаменитых поэтов позднего Средневековья (XVII – начала XIX в.). Наряду с такими популярными именами, как Мацуо Басё, Ёса-но Бусон, Кобаяси Исса, Мацунага Тэйтоку, Ихара Сайкаку, Камо Мабути, Одзава Роан Рай Санъё или инок Рёкан, читатель найдет в книге немало новых авторов, чьи творения украшают золотой фонд японской и мировой литературы. В сборнике представлена богатая палитра поэтических жанров: философские и пейзажные трехстишия хайку, утонченные пятистишия вака (танка ), образцы лирической и дидактической поэзии на китайском канси , а также стихи дзэнских мастеров…

A modern classic of Japanese magical realism and political satire. In this sweeping magical-realist epic set in the fictional south sea island Republic of Navidad, Ikezawa gives his imagination free rein to reinvent the myths of the twentieth century Japan. The story takes off as a delegation of Japanese war veterans pays an official visit to the ex-World War II colony, only to see the Japanese flag burst into flames. The following day, the tour bus, and its passengers, simply vanish. The locals exchanges absurd rumors—the bus was last seen attending Catholic mass, the bus must have skipped across the lagoon—but the president suspects a covert guerrilla organization is trying to undermine his…

Пристрастие англичан к хорошим историям о привидениях широко известно. "Стоит только пяти или шести лицам, говорящим на родном для них английском языке, собраться в предрождественскую ночь у камина, как они непременно начинают рассказывать друг другу разные истории о призраках", - писал Джером К.Джером. Чуть ли не в каждом приличном английском доме живет свое привидение, о котором хозяева с удовольствием рассказывают знакомым, особенно если за окном мрачная, дождливая погода. Разумеется, это не могло не найти отражения в литературе. На страницах настоящего сборника "рассказов о привидениях", куда вошли истории как английских, так и американских писателей конца XIX - начала XX века, таких как…

At once a political adventure, a portrait of a passionate but imperiled marriage, and an acrobatic novel of ideas, Mortals marks Norman Rush’s return to the territory he has made his own, the southern African nation of Botswana. Nobody here is entirely what he claims to be. Ray Finch is not just a middle-aged Milton scholar but a CIA agent. His lovely and doted-upon wife Iris is also a possible adulteress. And Davis Morel, the black alternative physician who is treating her--while undertaking a quixotic campaign to de-Christianize Africa—may also be her lover. As a spy, the compulsively literate Ray ought to have no trouble confirming his suspicions. But there’s the distraction of actual spying.…

Клайв Баркер относится к когорте тех немногочисленных авторов, чье творчество просочилось буквально в каждый аспект современной поп-культуры. Его дебют, «Книга крови», положил начало целым направлениям в различных областях современной культуры. Творимые писателем рассказы о повседневной жизни происходят в неопознаваемом месте, где причинно-следственных связей больше не существует, а формальная логика больше не объясняет законы вселенной. Клайв Баркер облекает свои кошмары в столь изысканную форму, что сопротивляться им невозможно. Он вдыхает жизнь в наши самые глубинные страхи, оживающие под его пером, создавая видения ужасающие, нежные и остроумные. (с) MrsGonzo для LibreBook

Эта книга наряду с "Повелителем мух" У. Голдинга - эталонный образец британского психологического реализма XX века. Роман, тонко, точно и беспощадно исследующий детскую душу. Война двух мальчишек - Чарльза и Эдмунда - за право "единоличного владения" руинами средневекового замка. Начинается она почти как игра. Но постепенно эта полудетская игра становится все более жестокой, превращается в настоящую феодальную распрю двух маленьких "властителей"...

1957 год. Дафна дю Морье тяжело переживает последнюю интрижку своего мужа. Неприкаянно бродит она по своему дому в Корнуолле, преследуемая призраком совей самой известной героини, Ребекки, чья семейная жизнь пережила серьезный кризис. Борясь с чувством опустошения, Дафна погружается в работу над биографией Бренуэлла Бронте, брата прославленных сестер Бронте, пытаясь очистить его репутацию от давнего скандала. Дафны дю Морье, и, постепенно, начинает ощущать себя героиней ее романа – все той же Ребеккой… Элегантный неоготический роман «Дафна» - настоящее удовольствие для литературных гурманов. ©MrsGonzo для LibreBook