Оцените Повседневная жизнь Китая в эпоху Мин

Это был воистину русский парадокс. В стране "Домостроя", где многочисленные народные пословицы довольно искренне описывали положение женщины: "Курица не птица, баба не человек", "Кому воду носить? Бабе! Кому битой бить? Бабе! За что? За то, что баба", – весь XVIII век русским государством самодержавно правили пять женщин-императриц и одна Правительница. Все наши коронованные дамы были необычайно воинственны и сумели оставить в наследство XIX веку и мужчинам-императорам – необъятную страну, с необъятными проблемами, которые в конце концов привели страну к катастрофе…

Книга Мишеля Фуко, впервые изданная в 1961 году. Темой книги является историческое рассмотрение безумия в его становлении, осуществляющемся в неразрывной связи с социальным и научным дискурсом эпохи. Безумие как объект науки, согласно Фуко, не предшествует психиатрическому познанию, но возникает в тесной связи с ним. В книге рассмотрена история отчуждения безумия, история процесса его изгнания из общества; Фуко стремится рассмотреть, как именно происходит отчуждение - а точнее, согласно цитате из книги, «какие уравновешивающие друг друга операции образуют его как целое, из каких социальных далей являются люди, вместе удаляющиеся в ссылку и гонимые одним и тем же ритуалом сегрегации, наконец,…

Книга входит в серию «Михаил Шишкин: Уроки каллиграфии». Это собрание текстов — философских, исторических, отчасти автобиографических, иногда неожиданных, показывающих эпоху или известную личность с неизвестной стороны. Похоже, автор, последовательно и скрупулезно исследуя культуру, постигает и самого себя. Под его пристальным вниманием всегда человек как таковой — творец, мыслитель, искатель — слабый и не всегда удачливый, но ищущий тепла и принятия: «Единственная объективная реальность — это потребность в любви. И свет, идущий от этой тоски по любви, теплый на коже». Благодаря этому сквозному мотиву все тексты читаются как часть единого полотна — тысячи и одной истории непрерывно обновляющегося…

Потрясающая книга, написанная одним из самых популярных и талантливых авторов современного Китая. Книга, представляющая Китай во всем его многообразии, ИЗНУТРИ — глазами одного из непосредственных свидетелей его стремительного взлета. Как в этой стране уживаются вера в идеалы революции и «национальный вид спорта» — печально знаменитые китайские подделки ведущих брэндов? Как законопослушность китайцев соседствует с коррупцией и взяточничеством? Как может китаец одновременно гордиться своей страной, сострадать и смеяться над ней?

Исследование является продолжением масштабного проекта французского историка Мишеля Пастуро, посвященного написанию истории цвета в западноевропейских обществах, от Древнего Рима до XVIII века. Начав с престижного синего и продолжив противоречивым черным, автор обратился к дешифровке зеленого. Вплоть до XIX столетия этот цвет был одним из самых сложных в производстве и закреплении: химически непрочный, он в течение долгих веков ассоциировался со всем изменчивым, недолговечным, мимолетным: детством, любовью, надеждой, удачей, игрой, случаем, деньгами. Только романтики разглядели его тесную связь с природой, что остается актуальным до наших дней, когда зеленому, теперь цвету здоровья, свободы…

В каждой эпохе среди правителей и простых людей всегда попадались провокаторы и подлецы – те, кто нарушал правила и показывал людям дурной пример. И, по мнению автора, именно их поведение дает ключ к пониманию того, как функционирует наше общество. Эта книга – блестящее и увлекательное исследование мира эпохи Тюдоров и Стюартов, в котором вы найдете ответы на самые неожиданные вопросы: Как подобрать идеальное оскорбление, чтобы создать проблемы себе и окружающим? Почему цитирование Шекспира может оказаться не только неуместным, но и совершенно неприемлемым? Как оттолкнуть от себя человека, просто показав ему изнанку своей шляпы? Какие способы издевательств над проповедником, солдатом или просто…

Книга рассматривает долг в историческом и культурном срезе - через религию, мифологию, культуру и быт.

Книга московской художницы Ольги Вельчинской «Квартира № 2 и ее окрестности» — это собрание живых, окрашенных теплым юмором текстов о Москве и ее жителях, населявших город в разные годы XX века, большей частью окрестности Пречистенки, Остоженки, Арбата, Чистых прудов. Это рассказы о семье и друзьях, о городских традициях и о московских реалиях, памятных старым москвичам, об укладе коммунального быта, о соседях разных призывов и о смешных и грустных историях, приключавшихся с ними. Семейная археография так или иначе связана с именами писателя Сергея Заяицкого, поэтов Анны Ахматовой и Бориса Пастернака, художников Леонида Пастернака и Николая Крымова, а также отца автора — художника Алексея Айзенмана.…

Первое в Японии научное произведение о Российской империи. Написано японским учёным Кацурагавой Хосю в конце XVIII века на основе рассказов купца и капитана судна «Синсё-мару» Дайкокуя Кодаю о его почти десятилетнем пребывании в России (1783—1792) с комментариями на основе голландских и китайских источников. © Википедия Т.к. Дайкокуя Кодаю не был был учёным, а просто хорошо образованным купцом, то этим заметкам не хватает некоторой структурности, немалая часть книги посвящена обыкновенным заметкам обо всём подряд, но тем эта книга и интересна. Это не заметки учёного, а сборник интересной информации, того, что привлекло внимание иностранца.

Томным летом 1977 года наивная юная барышня по имени Калиста выпархивает из Афин в большой мир. Она направляется на остров, превращенный в съемочную площадку, чтобы работать на знаменитого голливудского режиссера Билли Уайлдера, фильмов которого она никогда не видела. Мир кинодив, ироничных мужчин, шампанского и странных отношений. Калиста радуется выпавшему ей приключению, тогда как сам мистер Уайлдер грустит – великий режиссер сознает, что его время в кино завершается. В Голливуде классика уже сторонятся, и новый свой фильм он снимает на немецкие деньги. Калиста становится для великого режиссера проводником в темный лабиринт его личной истории, корни которой уходят в немецкую землю. С великим…

Кто-то спросит, дескать, зачем нам очередное переложение греческих мифов и сказаний? Во-первых, старые истории живут в пересказах, то есть не каменеют и не превращаются в догму. Во-вторых, греческая мифология богата на материал, который вплоть до второй половины ХХ века даже у воспевателей античности — художников, скульпторов, поэтов — порой вызывал девичью стыдливость. Сейчас наконец пришло время по-взрослому, с интересом и здорoво воспринимать мифы древних греков — без купюр и отведенных в сторону глаз. И кому, как не Стивену Фраю, сделать это? В-третьих, Фрай вовсе не пытается толковать пересказываемые им истории. И не потому, что у него нет мнения о них, — он просто честно пересказывает,…

Данная книга представляет собой монографию, по истории французской деревне. Данная работа была написана, на основе допросов епископа-инквизитора Жака Фурнье, будущего папы Бенедикта XII. Данная работу можно назвать образцом приёма "тотальной истории", то есть рассмотрения всех аспектов жизни небольшой деревушки населённую еретиками-катарами Монтайю, в тех рамках в каких позволяет источник.

Книга - первая попытка дать историко-этнографическое описание обрядов и обычаев корейцев (календарных, общинных, семейных, жизненного цикла), показать их социальные функции. Обряды рассматриваются в связи с хозяйственно-трудовыми традициями и социально-экономическими отношениями в Корее в XIX - начале XX в. Издание иллюстрировано. (из аннотации) Подробно описаны обычаи корейцев конца периода Чосон: особенно свадьбы, похороны, почитание духов, лечение болезней, праздники, древний корейский календарь, связанный со сменой времен года и сельскохозяйственными работами; 60-летний цикл; а также современное летоисчисление.

Провокационное объяснение того, почему постмодернизм был самым энергичным интеллектуальным движением XX века. Философ Стивен Хикс исследует европейскую мысль от Руссо до Фуко, чтобы проследить путь релятивистских идей от их зарождения до апогея во второй половине прошлого столетия. "Объясняя постмодернизм" - это полемичная история, дающая свежий взгляд на дебаты о политической корректности, мультикультурализме и будущем либеральной демократии, а также рассказывает нам о том, как прогрессивные левые, смотрящие в будущее с оптимизмом, превратились в апологетов антинаучности и цинизма, и почему их влияние все еще велико в среде современных философов.

Жизнь на островах Бласкет не менялась столетиями, что бы там ни бурлило в остальной Европе, а люди хранили фольклорные и бытовые традиции, а также живой ирландский язык без всяких изменений — и без всяких усилий: они просто так жили. В самом начале XX века, в разгар Ирландского литературного возрождения, лингвист из Килларни уговорил Островитянина – Томаса О’Крихиня составить подробную летопись каждодневного бытия на острове. То, что в итоге получилось из пяти лет их переписки, стало одним из ключевых документов современной ирландоязычной литературы и ее вдохновением на весь ХХ век, музеем живого языка и поразительным культурным событием. Островитянин – это и грустная, и смешная повесть о том,…