Оцените Притворная неверность

Роман "Мать" - одно из лучших произведений М. Горького. В романе изображена борьба революционеров-подпольщиков против самодержавия. Основной герой романа - пожилая жительница рабочих предместий, вставшая в ряды революционеров вслед за своим сыном, бросившим ради этого заниматься беспробудным пьянством.

Клиффорд Фаррел плывет по реке на своем плоту уже второй день. Безлюдность мест не пугает его — ведь это река смерти. И вдруг он видит на берегу девушку, потерявшую свой плот. В дальнейшее плавание они отправляются вместе и смерть уже не кажется им правильным решением проблем.

Небольшой рассказ о военфельдшере Марусе, которую все называли Малышка

В эпоху великих реформ Петра I «Россия молодая» закипела даже в дремучей Сибири. Нарождающаяся империя крушила в тайге воеводское средневековье. Народы и веры перемешались. Пленные шведы, бухарские купцы, офицеры и чиновники, каторжники, инородцы, летописцы и зодчие, китайские контрабандисты, беглые раскольники, шаманы, православные миссионеры и воинственные степняки джунгары — все они вместе, враждуя между собой или спасая друг друга, творили судьбу российской Азии. Эти обжигающие сюжеты Алексей Иванов сложил в роман-пеплум «Тобол». «Тобол. Много званых» — первая книга романа.

Когда и как он появился в нашем взводе, не помню, но помню точно, что дня через три его голос с женским фальцетом звенел там и сям по окопам: «Дзык, военные, дзык!»....

Ванька с Танькой, точнее сказать, Иван Тихонович и Татьяна Финогеновна Заплатины, вечерами любили посидеть на скамейке возле своего дома. И хорошо у них это получалось, сидеть-то на скамейке-то, уютно получалось. И не то чтоб там прижавшись друг к дружке иль взявшись за руки и целуясь – всем напоказ по новой культуре. Нет, сидят, они, бывало, обыкновенно, в обыкновенное одетые, в чем вечер застал на дворе, в том и сидят.

Сочинитель уголовных романов беседует с полицейским сыщиком: — Вы потрудитесь сводить меня в притон мошенников и бродяг… — С удовольствием. — Познакомите меня с двумя-тремя типами убийц… — И это можно. — Необходимо мне побывать также в тайных притонах разврата. Далее сочинитель просит познакомить его с фальшивыми монетчиками, шантажистами, шулерами, червонными дамами, альфонсами, и на всё сыщик отвечает: — И это можно… Сколько хотите! — Еще одна просьба, — просит в конце концов сочинитель. — Так как в своем романе я должен для контраста вывести две-три светлых личности, то вы потрудитесь также указать мне двух-трех идеально честных людей… Сыщик поднимает глаза к потолку и думает: — Гм… — мычит…

Это уникальная во всей истории русской литературы книга, возникшая из коротких газетных откликов писателя на злобу дня. Статьи Горького появлялись чуть ли не ежедневно в петроградской газете «Новая жизнь». Газета была открыта после Февральской революции и закрыта после Октябрьской. Она жила с 1 мая 1917 по 16 июня 1918 года, т. е. в самое переходное, переломное время. Путь между двумя революциями — буржуазной и социалистической — трудный путь. Печатаясь на страницах «Новой жизни», Горький пытался выработать свою позицию, свое отношение к действительности, развивающимся событиям.