Джанк — это идеальный продукт... абсолютный товар. В торговых переговорах нет необходимости. Клиент приползет по сточной канаве и будет умолять купить... Торговец джанком не продает свой товар потребителю, он продает потребителя своему товару. Он унижает и упрощает клиента. Он платит своим служащим джанком.
Для матери ее дитя останется ребенком всегда, независимо от того, сколько ему лет.
... и моё сердце поседело прежде, чем стала седою моя голова, из-за забот и печалей, перенесённых мною. И я произнёс:
«Велики блага тайные Аллаха,
Что скрыты от ума мужей разумных,
Как много дел тебе противны утром,
А вечером они приносят радость!
Как часто нам легко вслед за мученьем!
Так облегчи же грусть больного сердца!»
и дьявол взял над ними власть и украсил в их глазах их поступки.
И счастье и доля всем заранее розданы,
И мало в земле одной, и много в другой земле.
Превратность судьбы гнетёт и клонит воспитанных,
А подлых возносит ввысь, достойных презрения,
О смерть, посети меня! Поистине, жизнь скверна,
Коль сокол спускается, а гуси взлетают ввысь.
Не диво, что видишь ты достойного в бедности,
А скверный свирепствует, над всеми имея власть:
И птица кружит одна с востока и запада
Над миром, другая ж все имеет, не двигаясь.
Как много глупцов в Плеядах
И сколько во прахе мудрых!
И я сказал дочери пастуха: «Правда ли то, что ты говоришь об этом телёнке?» И она отвечала: «Да, господин мои, это твой сын и лучшая часть твоего сердца».
Вставай, я убью тебя, как ты убил моё дитя, последний вздох моего сердца!
Мы все — сплошные воспоминания. Или, можно сказать, истории. Внешне мы состоим из меха и костей или перьев, крыльев и желудков, как совы. Но по сути мы всего лишь истории. Длинные, длинные истории.
Как бы тяжело не казалось вначале, в конце концов все равно придется смириться.
Да, пора бы уж вам почувствовать себя постарше и перестать бросаться на шею к незнакомым мужчинам. Может быть, они стремятся достигнуть седьмой степени самосозерцания.
Каждый должен в это вмешиваться. Звезды содрогаются в небесах, когда происходят подобные вещи.
Если женщина любит, то она становится сильной.
Каждый человек прячет в своем сердце и хорошее, и плохое, но он один несет в себе тяжесть всего этого и стремится, насколько возможно, быть добрым к тем, кого любит.
Море обладает поразительной притягательной силой. Двое могут смотреть на него, не замечая, молчат они или разговаривают. И это никогда не может наскучить.
Когда что-то приобретаешь, то, несомненно, что-то теряешь.
Удивительная все-таки вещь жизнь: субъект, который тебе неприятен, относится к тебе сердечно, а приятель, который пришелся по душе, вдруг оказывается негодяем и издевается над тобой.
Человек – что бамбук: если не прямой, то ненадежный. С прямым человеком и подраться приятно.
Если деньги, власть и красноречие могли бы привлекать к себе сердца людей, тогда люди, наверно, больше всех любили бы ростовщиков, полицейских и университетских профессоров.
Человек ведь неизвестно, когда умрёт. И если что хочешь сделать — нужно делать пока жив.
Скука никогда не чувствуется сильнее, чем в дни молодости
Как бы ни был здоров, когда умрешь, ведь не знаешь.
Всё-равно умирать, - так уж лучше умереть, поев вкусного.
Сначала становятся перед человеком на колени, а потом наступают ему ногой на голову. Я не желаю почтения сейчас, чтобы не испытать унижения в будущем. Терпи меня таким, как я теперь — скучным, чтобы не терпеть меня потом, в будущем, скучным ещё более. Мы родились в век свободы, независимости, но за это должны приносить жертву, — мы должны переживать эту скуку.
На свете не существует заранее созданных по шаблону злодеев. Обычно все хорошие, во всяком случае - обыкновенные люди. Но в критический момент они вдруг превращаются в злодеев, это страшно.
И ангел, светозарный и прекрасный, как на апокалиптических картинах Альбрехта Дюрера, подносит к их жаждущим устам деревянную чашу прощения, искупления и божественного равенства.
Этот ангел является во всех видениях, проносящихся в эту минуту перед глазами Консуэло. Вглядываясь, она узнает в нем сатану, самого прекрасного из всех бессмертных после бога, самого печального после Иисуса, самого гордого из всех гордых; он влачит за собою порванные им цепи, и его бурые крылья, истрепанные и повисшие, хранят на себе следы насилия и заточения. Скорбно улыбаясь людям, оскверненным злодеяниями, он прижимает к своей груди маленьких детей.
- Только позвольте мне предложить вам следующее: нам нужно сохранять крайнюю вежливость по отношению друг к другу. Это будет лучшим способом защиты.
- Я невежлива.
- Тогда я буду вежлив за двоих.
- Вы не боитесь?
- А чего мне бояться? Страх годился в прошлом, когда у нас была надежда.
Не терплю, когда от меня чего-то ждут. У меня сразу же появляется желание сделать все наоборот.
Можно ли судить о целой жизни по одному поступку?
Ты - воплощение своей собственной жизни.
Мы такие, какими хотим себя видеть.
Так вот он какой, ад! Никогда бы не подумал... Помните: сера, решетки, жаровня... Чепуха все это. На кой черт жаровня: ад - это Другие.
Я не верю в добро, я верю в доброту.
Знаете, кстати, разницу между хорошим и плохим человеком? Хороший человек подлости делает неохотно.
Надежда почти никогда не связана с разумом, она бессмысленна, я думаю, её родил инстинкт.
Будь у Вень Нина хоть кровинка на лице, он бы наверняка покраснел так, что дошло бы до кровотечения.
Кому-то воздвигнут прекрасный памятник, который поможет живущим помнить причиненное ему зло. Кому-то достанется грубый деревянный крест или раскрашенный камень, а кому-то суждено затеряться во мраке времен.
Разве не лучше некоторым вещам оставаться стертыми из памяти?
Видите же, он дурак. Он не против грубого обращения, но славится норовом, который нам еще предстоит укротить.
- Я чувствую, как ощущения возвращаются ко мне. Однако это за пределами восприятия. То, что она пришла, я знаю всегда раньше, чем она заговорит; сидит, наблюдает, забавляется. Я полностью в ее руках, как когда-то она была в наших. Как воспользуется она своей властью? Проявит ли она сострадание, или же она такая же, как мы? Или она – это то, что мы из нее сделали? Я знаю, кто ты, мисс Икс. Я узнал тебя, Кирсти.
Наркотики можно употреблять ради подтверждения радости жизни либо чтобы убежать от ее ужасов. Необходимо проявлять особую чуткость и восприимчивость, чтобы отследить тот момент, когда одно состояние незаметно переходит в другое. Я не позаботился об этом, и для меня настали тяжелые времена.
Должно быть, они и впрямь были тяжелые, потому что я стал писать домой и получать ответные письма. Все семейство писало мне на одном листе бумаги; раньше меня бы это смутило, теперь это каким-то странным образом трогало. Это может показаться безумием, но это обстоятельство возбудило во мне желание быть рядом с ними.
Сила покоилась на мышцах его загорелых рук, и власть улеглась ему на плечо.
Если над тобой издеваются, ты вряд ли узнаешь о себе что-то уж очень важное, а вот издеваясь над другим, узнаешь о себе такое, чего потом не забудешь.
Внутри он вообще ничего не чувствовал. Он напоминал продукт из морозилки, который слишком быстро разморозили: снаружи он уже оттаял, а внутри еще – кусок льда.
Придумать причину чего-то не делать всегда просто
Я сейчас совсем пьяный, оттого что так долго ничего не пил.
Монтер. Camaradas, tengo que trabaiar.
Дороти. Что он говорит?
Престон. Он говорит, что ему пора на работу.
Филип. Не обращайте на него внимания. У него вечно такие сумасбродные мысли. Это его ide'e fixe.
Монтер. Camaradas, soy analfabetico.
Престон. Он говорит, что он неграмотный.
Филип. Camarada, знаешь, — нет, серьезно, если бы мы не учились в школе, все мы были бы такие же. Не расстраивайся, приятель
Многие из тех, кто входил в эту Пятую колонну, погибли, но нужно помнить, что они были убиты на войне, в которой являлись такими же опасными и упорными врагами, как те, что погибали в рядах остальных четырех колонн.
Четыре колонны, наступавшие на Мадрид, расстреливали своих пленных. В начале войны, когда удавалось захватить людей Пятой колонны внутри города, их тоже расстреливали. Впоследствии их стали предавать суду и приговаривать к нескольким годам тюрьмы, или лагеря, или к смертной казни — в зависимости от совершенных ими преступлений против Республики. Но в начале войны их расстреливали. Они заслуживали этого по закону военного времени, и они были к этому готовы.
1..39..153Есть места, где не так хорошо работалось, но, может быть, дело в том, что мы сами были там не очень хорошими.