Как ни глупы слова дурака, а иногда бывают они достаточны, чтобы смутить умного человека.
Женщине, сами знаете, легче поцеловаться с чертом, не во гнев будь сказано, нежели назвать кого красавицею.
Никогда не путайте веру в то, что вы победите (а вы не можете позволить себе потерять эту веру), с суровой необходимостью трезво смотреть фактам в лицо, какими бы они ни были.
Лучший способ не зависеть от всех изменений внешнего мира и кризисов - посмотреть на себя отдельно от контекста и обстоятельств. Посмотреть на то, кто вы и что у вас есть - независимо от внешних событий.
Жаловаться на корпоративную тюрьму - это нормально, ругать конкурентов или сложности стартапов - нормально, а вот сетовать на то, что тебе в своем же собственном бизнесе плохо, - значит, ты слабак или неудачник.
Чтобы сделать первый шаг, не нужно точно знать, "оно или не оно". Первый шаг - это просто к чему-то приблизиться, к чему-то интересному для вас.
Мы считаем, что для полного счастья нам мало тех денег, которые мы получаем. А я вот села и расписала по статьям - в чем заключается мое счастье и сколько стоит его достижение. Оказалось, что недорого.
Потому что, когда придет время оценивать самое главное, то вы будете думать не о платьях, гаджетах и отпуске на Майорке, а о минутах, разделенных с дорогими и близкими, о том, чему вы научились, что узнали, что передали.
Настоящие перемены начинаются ровно в тот момент, когда вы берете управление на себя и сами отвечаете за себя и свое будущее.
Когда вы берете на себя ответственность и не сдаете, вы прокачиваете самое важное: чувство "я справлюсь" в любой ситуации. Спокойная готовность ко всему важнее любой стабильности.
В Средние века у греха занятости было две ипостаси. Первая - неспособность что-либо делать; это можно назвать ленью. Вторая - безумная беготня. Ощущение, что "я иду, не зная куда, но, клянусь Богом, я спешу изо всех сил, чтобы туда прийти".
Достаточно решения - а способ найдется.
Мы живем в режиме «никогда-нибудь» годами, всё откладывая настоящую жизнь. Неосознанно мы ждем, когда однажды произойдет то, что поможет нам сдвинуться с места. Чем дольше мы в этом режиме и ничего не делаем, тем сложнее потом будет что-то изменить.
У человека всего две жизни, причем вторая начинается тогда, когда мы понимаем, что жизнь всего одна.
Чума двадцатого века – не черная смерть, а серая жизнь.
— Я тебя породил, я тебя и убью!
Есть еще порох в пороховницах?
– Неразумная голова, – говорил ему Тарас. – Терпи, козак, – атаман будешь! Не тот еще добрый воин, кто не потерял духа в важном деле, а тот добрый воин, кто и на безделье не соскучит, кто все вытерпит, и хоть ты ему что хочь, а он все-таки поставит на своем.
Если удача повернулась к тебе спиной, рассмейся ей вслед, и тогда она повернется к тебе лицом, чтобы узнать, над чем ты смеешься.
Айрис опять уклонился, вдогонку наподдав младшему брату по затылку… книгой. Рейган повернулся к брату изобразив на лице обиду. Одной рукой он держался за ушибленный затылок.
— Чем это ты меня так? Больно же!
Айрис помахал перед носом брата книгой и сказал:
— Я всегда говорил тебе, что знания — великая сила!
Взаимное доверие сильнее связывает начальника с подчиненным, чем подозрение и репрессии.
Самые несносные глупцы – это глупцы образованные.
Никогда не стоит открыто проклинать тех, кто сильнее тебя, - если только между вами нет высокого забора.
Подумать – ещё не значит сделать. Если бы людей судили за мысли, то всех бы нас давно пора было повесить.
Но ведь слово – не воробей, иногда оно – пуля в спину, иногда же – глоток воды в пустыне.
Мы снимся планете, как давний кошмар.
Чтобы завоевать мужчину, нужно лишь немного терпения и хорошая еда
Жизнь способна раздаваться вширь, как материнская утроба, чтобы вместить больше любви.
Что такое ты добавляешь в мой ром? – как-то раз спросил он с подозрением.
Надежду, сказала она.
И тогда он поцеловал ей руку.
Жизнь бесценна, сказала она наконец. И это всё, что у тебя есть.
Я никогда сам не открываю моих тайн, а ужасно люблю, чтоб их отгадывали, потому что таким образом я всегда могу при случае от них отпереться.
Женщины любят только тех, которых не знают.
Радости забываются, а печали никогда...
Женщины! женщины! кто их поймет? Их улыбки противоречат их взорам, их слова обещают и манят, а звук их голоса отталкивает... То они в минуту постигают и угадывают самую потаенную нашу мысль, то не понимают самых ясных намеков
То и другое утомительно, когда нет положительной причины грустить или радоваться, и притом грусть в обществе смешна, а слишком большая веселость неприлична...
И тогда в груди моей родилось отчаяние - не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой.
На небесах не более постоянства, чем на земле.
Во мне два человека: один живет в полном смысле этого слова, другой мыслит и судит его; первый, быть может, через час простится с вами и миром навеки, а второй... второй..?
Натура - дура, судьба - индейка, а жизнь - копейка!
Разница между молодостью и старостью заключается, среди прочего, в том, что молодые придумывают для себя будущее, а старики — прошлое.
Птичья жизнь много тяжелее нашей, если не считать стервятников и больших, сильных птиц. Зачем птиц создали такими хрупкими и беспомощными, как вот эти морские ласточки, если океан порой бывает так жесток? Он добр и прекрасен, но иногда он вдруг становится таким жестоким, а птицы, которые летают над ним, ныряя за пищей и перекликаясь слабыми, печальными голосами, — они слишком хрупки для него
- Как я уже говорил, ты очень глупый. К счастью, ты еще молод, даже Бог иногда прощает юношей за их упущения.
- Бог?
- О, да это просто старый ублюдок, не принимай близко к сердцу.
Сила нашей личности происходит не только от нашей свободы, но также от пережитого нами и от наших воспоминаний.
Если ты вырос без отца, то тебе неведомо, что у мира есть центр и границы, и думаешь, что можешь делать все. Но через какое-то время ты уже не знаешь, что делать, пытаешься найти в мире какой-то смысл, какой-то центр, а потом начинаешь искать человека, который сумеет сказать тебе "нет".
Внешность не важна, важна духовная красота.
Решенья любящих нередко очень хрупки:
Кто мил нам, в тех легко все извинить проступки;
Обида тает вмиг под взглядом дорогим,
И гнев влюбленного непрочен, точно дым.
Кто прятать мысль свою и чувства не умеет,
Тот в этом обществе, поверьте, жить не смеет.
Любовь всегда склонна бывает к ослепленью,
Она любой порок за качество сочтет
И в добродетели его произведет.
И тот, кто любит всех, тот никого не любит.
Не существует ничего, что нельзя было бы облагородить поступком или страданием.
1..63..153Чем менее способен человек определить цель своей жизни, тем более он ускоряет ее темп.