Классическая литература
Случай

Извиниться ничего не стоит, а есть люди, которые совершают невежливости и никогда не извиняются, и их никто не любит.

Автор

«Во время обеда женщины оказались за столом, но они были так скованы, так угодливо улыбчивы, так мало и пугливо ели и так спешили, пользуясь любым предлогом выскользнуть из-за стола, что я, на себе испытавший, каково быть впервые за „чужим“ столом, когда из подзаборников превратился в детдомовца и прятал руки, порченные чесоткой, под клеенкой, боясь подавиться под десятками пристальных, любопытных глаз, более не настаивал на присутствии женщин за общим столом».

«Вот, смотри! — облегченно вздохнув, махнул мне на дорогу Отар и, откинувшись на спинку сиденья, как бы задремал, давши простор моему глазу. — Смотри на этот Грузыя. На этот грузын. Народ по рукам надо знать, которые держат мотыгу, а не по тем, что хватают рубли на рынку. Тут есть геноцвале, которые с гор спускаются на рынок, чтоб с народом повидаться — два-три пучка зелени положит перед носом — чтоб видно было, не напрасно шёл. Ц-ц-элый дэн просидит, выпит маленько з друззам, поговорит, поспит на зелэн свою лицом, потом бросит её козам и отправится за тридцать километров обратно и ц-цэлый год будет вспоминать, как он хорошо провел время в городе».

Отар
Классическая литература
Машина останавливается

- Подвинься ко мне, скорее, — с трудом выговорил он. — Я умираю. Но мы можем дотронуться друг до друга, мы говорим друг с другом без Машины.

Куно
Классическая литература
Машина останавливается

«Берегитесь оригинальных идей! — заявил один из самых передовых и ученых лекторов. — Оригинальных идей в буквальном смысле слова вообще не существует. Они являются лишь выражением таких чувств, как страх и любовь, то есть проистекают из чисто физических ощущений, а разве можно построить философскую концепцию на столь примитивной и грубой основе? Пользуйтесь заимствованными идеями, идеями из вторых, а еще лучше из десятых рук, ибо в этом случае они будут очищены от таких нежелательных наслоений, как непосредственное восприятие. Не стремитесь узнать что-либо о самом предмете моей лекции, в данном случае о Французской революции. Постарайтесь лучше понять, что я думаю о том, что думал Энихармон о том, что думал Урсин о том, что думал Гуч о том, что думал Хо Юнг о том, что думал Ши Босин о том, что думал Лафкадио Хёрн о том, что думал Карлейль о том, что говорил Мирабо о Французской революции. Благодаря последовательным усилиям этих великих умов из крови, пролитой на улицах Парижа, и осколков разбитых окон Версаля выкристаллизуется идея, которой вы сможете с пользой для себя руководствоваться в повседневной жизни. Нужно только, чтобы промежуточные звенья были достаточно многочисленны и разнообразны, потому что в исторической науке один авторитет всегда уравновешивает недостатки другого. Так, Урсин нейтрализует скептицизм Хо Юнга и Энихармона, а я умеряю излишнюю страстность Гуча. Вы, мои слушатели, можете составить себе более обоснованное суждение о Французской революции, чем я. А ваши потомки получат преимущество и перед вами, потому что им будет известно, что думали 'вы о том, что думал я, и, таким образом, к общей цепи присоединится еще одно звено. А со временем, — голос лектора зазвучал громче, — появится поколение, которое сумеет окончательно отрешиться от фактов, от собственных впечатлений, поколение, не имеющее своего лица, поколение, божественно свободное от бремени индивидуальных примет, и людям этого поколения французская революция уже будет казаться не такой, какой она была на самом деле, и не такой, какой им хотелось бы ее видеть, они будут воспринимать ее такой, какой она была бы, если бы происходила в век Машины».

Лектор
Ранобэ
Тупик

Когда ранишь кого-то, это оставляет следы и в твоей душе.

Юто Леникс
Ранобэ
Тупик

Даже ласточка должна дать отдохнуть своим крыльям после долгого полёта. Не спеши. И ты обязательно достигнешь цели.

Э. Ривэра

«В любви нет страха, ибо истинная любовь изгоняет страх».

Борис
Наука и образование
Поэтика

она остановилась, достигнув того, что лежало в ее природе.

Классическая литература
451 градус по Фаренгейту

Человеческая память похожа на чувствительную фотопленку, и мы всю жизнь только и делаем, что стараемся стереть запечатлевшееся на ней.

Классическая литература
Отцы и дети

– А я не вижу, почему нельзя высказать все, что имеешь на душе.

– Вы можете? – спросил Базаров.

– Могу, – отвечала Анна Сергеевна после небольшого колебания.

Базаров наклонил голову.

– Вы счастливее меня.

Базаров и Анна Сергеевна
Классическая литература
Отцы и дети

Каждый человек на ниточке висит, бездна ежеминутно под ним разверзнуться может, а он еще сам придумывает себе всякие неприятности, портит свою жизнь.

Базаров
Классическая литература
Преступление и наказание

Любопытно, чего люди больше всего боятся? Нового шага, нового собственного слова они всего больше боятся…

Раскольников

– Но смех – это хорошо. Смех сближает и объединяет. Смех одного – всегда унижение другого.

Петр
Проза
Чистовик

Каждая встреча – крошечный глазок в мир, где ты мог бы жить.

Классическая литература
Яма

Люди ищут ужасного в словах, в криках, в жестах.

Классическая литература
Яма

Пока будет собственность, будет и нищета. Пока существует брак, не умрет и проституция.

Платонов
Классическая литература
Яма

Я не уважаю самоубийц. Чаще всего это – мальчишки, которые стреляются и вешаются по пустякам, подобно ребенку, которому не дали конфетку, и он бьется назло окружающим об стену.

Платонов
Классическая литература
Подросток

Тайное сознание могущества нестерпимо приятнее явного господства

Классическая литература
Подросток

А что ж, может, и лучше, что оскорбляют люди: по крайней мере избавляют от несчастия любить их.

Классическая литература
Подросток

Реализм, ограничивающийся кончиком своего носа, опаснее самой безумной фантастичности, потому что слеп.

Классическая литература
Три товарища

Такт — это неписаное соглашение не замечать чужих ошибок и не заниматься их исправлением. То есть жалкий компромисс.

Готтфрид
Классическая литература
Три товарища

Хороший конец бывает только тогда, когда до него всё было плохо. Уж куда лучше плохой конец.

Классическая литература
Три товарища

Романтики — всего лишь свита. Они могут следовать, но не сопровождать

Грау
Классическая литература
Три товарища

Когда есть цель, жизнь становится мещанской, ограниченной.

Классическая литература
Три товарища

Дальше полуправд нам идти не дано. На то мы и люди. Зная одни только полуправды, мы и то творим немало глупостей. А уж если бы знали всю правду целиком, то вообще не могли бы жить.

Классическая литература
Смятение чувств

Всегда-всегда страсть должна служить импульсом к работе.

Людям свойственно ненавидеть несчастных.

Остерегайся, ибо я бесстрашен и поэтому всесилен.

Классическая литература
На соли

На меня никто не обращал внимания, и я был очень доволен этим вообще очень грустным для человека обстоятельством.

Классическая литература
Недоросль

Ничто так не терзало мое сердце, как невинность в сетях коварства.

Стародум
Классическая литература
Недоросль

Отец мой непрестанно мне твердил одно и то же: имей сердце, имей душу, и будешь человек во всякое время. На все прочее мода: на умы мода, на знания мода, как на пряжки, на пуговицы.

Стародум
Классическая литература
Недоросль

Люди забывают долг повиновения, видя в самом господине своем раба гнусных страстей его.

Стародум
Классическая литература
Недоросль

Льстец есть тварь, которая не только о других, ниже о себе хорошего мнения не имеет. Все его стремление к тому, чтоб сперва ослепить ум у человека, а потом делать из него, что ему надобно. Он ночной вор, который сперва свечу погасит, а потом красть станет.

Стародум
Классическая литература
Мы

Единственное средство избавить человека от преступлений – это избавить его от свободы.

Классическая литература
Мы

Знание, абсолютно уверенное в том, что оно безошибочно, – это вера.

Классическая литература
Мы

Всякий подлинный поэт – непременно Колумб. Америка и до Колумба существовала века, но только Колумб сумел отыскать ее.

Классическая литература
Мы

Человек перестал быть диким животным только тогда, когда он построил первую стену.

Классическая литература
Мы

Я чувствую себя. Но ведь чувствуют себя, сознают свою индивидуальность – только засоренный глаз, нарывающий палец, больной зуб: здоровый глаз, палец, зуб – их будто и нет. Разве не ясно, что личное сознание – это только болезнь.

Классическая литература
Мы

Отчего же ты думаешь, что глупость – это нехорошо? Если бы человеческую глупость холили и воспитывали веками так же, как ум, может быть, из нее получилось бы нечто необычайно драгоценное.

I-330
Классическая литература
Мы

Человек – как роман: до самой последней страницы не знаешь, чем кончится. Иначе не стоило бы и читать…

I-330
Классическая литература
Мы

Дети – единственно смелые философы. И смелые философы – непременно дети.

I-330

Если природа зовет, она голосит во всю глотку.

Искусство
Дачники

Жизнь - точно какой-то базар. Все хотят обмануть друг друга: дать меньше, взять больше.

Варвара Михайловна
Искусство
Дачники

- Каковы должны быть люди... что-бы смотреть на них было не так... скучно?

- Честнее они должны быть!.. и смелее...

Калерия и Варвара Михайловна
Искусство
Дачники

Да разве любят за что-нибудь? Любят так, просто!.. Настоящая любовь - она, как солнце в небе, неизвестно на чем держится.

Искусство
Дачники

Жизнь каждого думающего человека - тяжелая драма.

Калерия
Искусство
Дачники

Чтобы скрыть друг от друга духовную нищету, мы одеваемся в красивые фразы, в дешевые лохмотья книжной мудрости... Говорим о трагизме жизни, не зная ее, любим ныть, жаловаться, стонать...

Варвара Михайловна
Классическая литература
Тропик Рака

У меня ни работы, ни сбережений, ни надежд. Я — счастливейший человек в мире.

Классическая литература
Тропик Рака

Я буду петь, пока вы подыхаете; я буду танцевать над вашим грязным трупом…