Оцените Тень евнуха

На берегах горной реки Памано, затерявшейся в Пиренеях, не смолкают голоса. В них отзвуки былых событий, боль прошлого и шум повседневности. Учительница Тина собирает материал для книги про местные школы, каменотес Жауме высекает надписи на надгробиях, стареющая красавица Элизенда, чаруя и предавая, подкупая и отдавая приказы, вершит свой тайный суд подобно ангелу мести. Но вот однажды тетрадь, случайно найденная в обреченной на снос школе, доносит до них исповедь человека, которого одни считали предателем и убийцей, другие мучеником. Так кто же он на самом деле - этот Ориол Фонтельес, сельский учитель? И какую надпись нужно теперь высечь на его надгробной плите?..

Человек просыпается неизвестно где — возможно, в больничной палате, но это неточно — и не помнит о себе вообще ничего. «Зовите меня Измаил», — предлагает он врачам, которых, за неимением других версий, нарекает Юрием Живаго и мадам Бовари. Человек мучительно вспоминает, что с ним произошло (какая-то авария? и, кажется, у него была любовь? и вправду ли его следует звать Измаилом?). Он описывает круги подле разгадки, подбираясь к ней все ближе и ближе, — ночным мотыльком, что кружит во тьме и обречен погибнуть в пламени. Тем временем так же опасливо и неуверенно вокруг человека, сужая кольцо, ходит его безвинная жертва и невольная Немезида, будущий рассказчик его истории и просто растерянный осиротевший…

Каждые сто лет Прометей состязается за право быть смертным. Афина, богиня мудрости, выбирает девушку, за которую Прометей должен сражаться. Если в течение шестидесяти дней избранная полюбит Прометея — он проиграет, но если отвергнет бога, Зевс дарует ему жизнь обычного человека. С наступлением нового учебного года Джесс делает все возможное, чтобы больше никогда не вспоминать Кейдена. Она лишь хочет побыть в одиночестве, насладиться последним учебным годом и залечить разбитое сердце. Однако юноша не теряет надежду вернуть ее доверие и защитить возлюбленную от богов, которые уже строят на нее планы. Но какие дела могут быть у них в Монтерее? И как долго Джесс сможет отрицать свое предназначение,…

На страницах книги ведущие эксперты и специалисты делятся своими знаниями и раскрывают все нююансы инвестиций в недвижимость.

Проза Гая Давенпорта (р. 1927) — это как возникающий в процессе чтения некий палимпсест, сродни возрастным кругам на срезе дерева, в котором авангардные миры Кафки, нашего Татлина, Витгенштейна служат лишь фоном для авторских «образных структур» — исконного «осязаемого знания», олицетворяющего собой общий замысел Вселенной. «Моя проза — нечто вроде рисунка, искусство скорее графическое, нежели повествовательное», — уточняет сам Давенпорт, обращаясь к российскому читателю в предисловии к настоящему сборнику, кстати — первому на русском языке. Его образ подобен смелому решению современного архитектора или счастливой находке сочинителя древних японских хокку: Давенпорт всегда стремится понять сам…

Свою цель автор видит в том, чтобы снабдить читателя планом, следуя которому можно достичь самореализации и внести свой вклад в новую реальность, причем не только на работе, но и в жизни вообще.