Оцените Вершина холма

Перед вами — первое собрание сочинений Андрея Платонова, в которое включены все известные на сегодняшний день произведения классика русской литературы XX века. В этот том вошли роман «Чевенгур» и повесть «Котлован».

Во данном сборнике Ф. М. Достоевского печатаются цикл фельетонов «Петербургская летопись» (1847), рассказы «Ползунков», «Елка и свадьба», повесть «Слабое сердце», «сентиментальный роман» («из воспоминаний мечтателя»). Эти рассказы и повести создавались в Петербурге до осуждения Достоевского по делу петрашевцев и были опубликованы в 1848–1849 гг. Рассказ «Маленький герой», написанный во время заключения в Петропавловской крепости в 1849 г., был напечатан братом писателя M. M. Достоевским без указания имени автора в 1857 г.

Рили и Мак-Кирк случайно создали потрясающий алкогольный коктейль, но не помнят, как именно они это сделали. И сейчас они переводят деньги и время, пытаясь воссоздать утерянный рецепт. © Vicca

Неудачный эксперимент по переселению душ… — и Полина Кузнецова по прозвищу Таран отправляется путешествовать по различным историческим эпохам, попадая из одной своей прошлой жизни в другую. Содрогается старушка Англия, трепещет шведская инквизиция, вампиры в Трансильвании конопатят крышки своих уютных гробиков — против Тарана нет приема!…

Мишка, примерная студентка филфака МГУ, едет домой на майские праздники и вместо тихого отдыха в кругу семьи попадает на семейный шабаш. Родные стены сотрясают нешуточные страсти — домочадцы в ожидании чего-то плохого. И немудрено — ведь тетка Роза видела недоброе в хрустальном шаре, у тетки Иды пожухла свежесорванная крапива, кузины Нюша и Хрюша узрели пятна на луне, карты бабушки Виолетты скачут как бешеные, а прожорливый бульдог отказывается от еды… Но, может быть, это еще не повод для волнений, справедливо решает Мишка… даже когда ей вместе с лучшей подругой Полиной Кузнецовой приходится улепетывать от странного всадника, именующего себя Черным Инквизитором…

В Театральном романе Булгаков выступает противником системы К. С. Станиславского и неслучайно называет соответствующего героя Иваном Васильевичем, по аналогии с первым русским царем Иваном Васильевичем Грозным (1530-1584), подчеркивая деспотизм основателя Художественного театра по отношению к актерам (да и к драматургу). В конце Театрального романа Максудов излагает результаты своей проверки теории Ивана Васильевича (фактически — Станиславского), согласно которой любой актер путем специальных упражнений «мог получить дар перевоплощения» и действительно заставить зрителей забыть, что перед ними не жизнь, а театр. Несомненно, дальше в романе должно было последовать опровержение теории Ивана Васильевича,…

Роман-ностальгия, ностальгия самого автора по временам молодости и юности, своей учебы в том самом Александровском училище, в которое и направляется для обучения кадет Алексей Александров. Беззаботное юношеское время, более взрослая жизнь впереди, первые радости и печали, разочарования и влюбленность. Это были лучшие годы жизни автора, поэтому в написание романа «Юнкера» Куприн вложил частичку своей души, молодости и того времени, когда понятие «честь офицера», «любовь к России», «рыцарское отношение к даме» были основой в воспитании юношей.

Зимний, северный день с небольшою оттепелью. Два часа. Рассвет не успел оглядеться, и опять смеркается. В гостиной второй руки сидят за столом хозяйка и гостья. Хозяйка стара, и вид ее можно бы назвать почтенным, если бы на лице ее не отпечатлелось слишком много заботливости и искательности. Она зрела когда-то лучшие дни и еще не потеряла надежды их возвратить, но она не знает, что для этого надо сделать.

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его „Дон-Жуана“), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни „Чайльд-Гарольд“, ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях „Дон-Жуана“…»