Оцените Учитель

Сборник валлийских легенд «Мабиногион», составленный в XI–XII вв., содержит 12 легенд. В них отразились мифологические представления древних кельтов, события легендарной истории Британии, влияние европейского рыцарского романа, который сам сложился под воздействием валлийских легенд о короле Артуре, Тристане и Изольде, Святом Граале. К повестям сборника примыкает история приключений легендарного барда Талиесина, жившего в VI веке.Красочные и глубоко самобытные легенды «Мабиногион» представляют интерес не только для специалистов, но и для широкого круга читателей.

Роман повествует о первых японцах, побывавших на русской земле (XVIII в.), о зарождении русско-японских отношений. Потерпев кораблекрушение в районе Алеутского архипелага, герой романа Дайкокуя Кодаю и его спутники провели в России несколько лет, переживая все трудности сурового сибирского существования, но и сталкиваясь с неизменным доброжелательством и содействием со стороны русских людей. По-разному сложились судьбы японцев в России. Кодаю одному из немногих удалось вернуться на родину. Наблюдения, записи Кодаю раскрывают любопытную картину России екатерининских времен, увиденную глазами японцев.

Зинаида Николаевна Гиппиус — удивительное и непостижимое явление "Серебряного века". Поэтесса, писательница, драматург и критик (под псевдонимом Антон Крайний), эта поразительная женщина снискала себе славу "Мадонны декаданса".Долгое время произведения З.Гиппиус были практические неизвестны на родине писательницы, которую она покинула в годы гражданской войны.В настоящее издание вошли роман "Чертова кукла", рассказы и новелла, а также подборка стихотворений и ряд литературно-критических статей.

Издательство «Текст» продолжает знакомить читателя с творчеством молодой французской писательницы китайского происхождения Шань Са. В четырёх новеллах о любви и смерти, объединённых образом плакучей ивы, считающейся в Китае символом смерти и возрождения, писательница рисует яркие картины жизни своей родины в разные исторические периоды.Фантазия писательницы наделяет это дерево женской душой, обречённой, умирая и возрождаясь, вечно скитаться в поисках любви.Четыре новеллы о человеческих страстях, четыре зарисовки Китая в разные эпохи, четыре восточные миниатюры дивной красоты.Четыре жизни ивы…

...Эдо. 1689 год. Город, который еще несколько веков не переименуют в Токио. Новая столица новой эпохи — самурайской эпохи Токугава... Но именно в самурайской столице вступают в игру-схватку воины, почитающие кодекс бусидо, — маньяк-убийца, выставляющий напоказ «бундори» — отрубленные головы своих жертв, — и бывший «ерики» Сано Исиро, вызванный из почетной отставки самим сегуном. Условия игры просты: проигравший — следователь пли убийца — обязан, согласно кодексу бусидо, сделать сеппуку...

События, описанные в этом рассказе, произошли, когда судья Ди занимал свой четвёртый пост в качестве наместника, на этот раз в Ланьфане, отдалённом округе на западной границе могущественной империи правящей династии Тан. Здесь, приступая к своим обязанностям, он встретился со значительными трудностями, о чём можно прочитать в повести «Убийство в лабиринте». В данном рассказе говорится о тяжелейшем кризисе, грозившем империи два года спустя, зимой 672 года, и о том, как судья Ди преуспел в одну и ту же ночь в разрешении двух сложнейших проблем, одна из которых касалась судьбы нации, а другая — судеб двух скромных людей.

Этот случай также произошёл в Пуяне. Те, кто прочитал «Убийство на улице Полумесяца», вспомнят, что с одной стороны Пуян граничил с округом Цзиньхуа, где властвовал наместник Ло, а с другой — с округом У-и, который управляя суровый наместник Пэн. Убийство, описанное в данном рассказе, случилось в отсутствие судьи Ди: он отправился в У-и, чтобы обсудить с коллегой Пэном вопрос, касающийся обоих округов. Судья уехал из Пуяна три дня назад и взял с собой советника Хуна и Дао Ганя, оставив суд на попечение Ма Жуна и Цзяо Тая. Три дня прошли, не отмеченные какими-либо происшествиями, но в тот вечер, когда ожидали возвращения судьи Ди, неожиданно произошли эти события.

Рассказ "Автомат" входит в цикл "Серапионовы братья" (1819-1821). Цикл включает в себя произведения Гофмана, объединенные историей компании друзей, называвших себя «Серапионовы братья». В рассказах и повестях переплетается мистика и ужасы, необычные приключения и обычные истории. Влияние этого сборника на литературу XIX и XX века было очень велико – достаточно вспомнить кружок русских писателей «серебряного века». В городе появился автомат — деревянный говорящий турок, шепотом провозглашающий пророчества. И стар и млад толпами стекались люди к диковинному автомату...

«Впервые я познакомился с Терри Пэттеном в связи с делом Паттерсона-Пратта о подлоге, и в то время, когда я был наиболее склонен отказаться от такого удовольствия.Наша фирма редко занималась уголовными делами, но члены семьи Паттерсон были давними клиентами, и когда пришла беда, они, разумеется, обратились к нам. При других обстоятельствах такое важное дело поручили бы кому-нибудь постарше, однако так случилось, что именно я составил завещание для Паттерсона-старшего в вечер накануне его самоубийства, поэтому на меня и была переложена основная тяжесть работы. Самой неприятной во всей этой истории была дурная слава. Если бы нам удалось не сделать ее достоянием прессы, все было бы не столь уж плохо,…

Возвращаясь с ранней мессы, проходя мимо дома майора Пэтнэма, служившего раньше в Индии, отец Браун услышал выстрелы... © mymla Входит в: — цикл «Отец Браун» > сборник «Мудрость отца Брауна», 1914 г.