Картина мира

Чтобы разобраться со всеми делами, приходится пригашивать ум, увертывать его понемножку, как ручку на газовой лампе, и остается лишь малый язычок пламени - иначе все сползет в хаос.

Стыд и гордость, наверное - две стороны одной монеты.

Д.Х. Лоуренс - он был писателем, а еще художником, - написал так: "Вблизи плоти вещей можно уловить трепет, что творит нас и уничтожает". Хочу добиться такого - подобраться близко к плоти вещей. Как можно ближе. А это означает возвращаться к одному и тому же материалу вновь и вновь, всякий раз вкапываясь еще глубже.

Д.Х. Лоуренс - он был писателем, а еще художником, - написал так: "Вблизи плоти вещей можно уловить трепет, что творит нас и уничтожает". Хочу добиться такого - подобраться близко к плоти вещей. Как можно ближе. А это означает возвращаться к одному и тому же материалу вновь и вновь, всякий раз вкапываясь еще глубже.

Кажется, будто стена дома отделилась и тихо упала наземь. Я вижу выход - ясную тропу к открытому морю.

Эта девушка, выжившая среди разбитых грёз и обещаний. И живёт до сих пор. И вечно будет жить на том холме, в середине мира, что распахивается до самых краёв полотна. Её народ - ведьмы и гонители, искатели приключений и домоседы, мечтатели и прагматики. Её мир - и ограничен, и бескраен, это место, где у чужака на пороге может оказаться ключ от всей её оставшиеся жизни. Больше всего она хочет - что её по-настоящему нужно - того же, что и мы: чтобы её увидели. И - глядите-ка. Получается.