Оцените Аль-Исса

Повесть о житии и о храбрости благоверного и великого князя Александра

Житие преподобного Сергия Радонежского". Читая это, житие можно заметить, как понятие о святости затмевается со временем. В "Житии преподобного Сергия" мы не найдем ни Пересвета с Ослябей, ни Дмитрия Донского: настоящая святость далека от картонного патриотизма. Будучи учеником преподобного Сергия, Епифаний Премудрый начал собирать материалы через год после его смерти, а кончил написание около 1417-1418 годов, через 26 лет по смерти Сергия. Федотов характеризует "Житие преподобного Сергия" следующим образом: "бессильный в изображении духовной жизни святого, биограф дал точный бытовой портрет, сквозь который проступает внутренний незримый свет". Н. Ф. Дробленкова пишет о литературной составляющей…

«Житие Феодосия Печерского» — типичное монашеское житие, рассказ о благочестивом, кротком, трудолюбивом праведнике, вся жизнь которого — непрерывный подвиг. В нём множество бытовых коллизий: сцен общения святого с иноками, мирянами, князьями, грешниками; кроме того, в житиях этого типа обязательным компонентом являются чудеса, которые творит святой. Житие описывает также быт раннего периода существования Киево-Печерского монастыря, при этом монахи показаны вполне земными людьми: им порой трудно жить с суровым монастырским уставом, некоторые уступают своему игумену в трудолюбии, смирении и благочестии.

Утренняя городская новость вызвала много толков. Речь шла о двойном самоубийстве из-за несчастной любви: чиновника местной палаты и его любовницы, модистки лет семнадцати. Но герой рассказа берется поведать историю из собственного прошлого, в которой, по его словам, будет не меньше страданий и радостей, чем скрывает за собой это происшествие... © Oreon Примечание: Первая публикация 28, 29 ноября 1895 года газете «Киевское слово» (№ 2831, 2832).

Перевирая слова классика, "Нет повести ужаснее на свете, чем повесть о Вие". Звучит не складно, но суть, я думаю, ясна. Николай Васильевич известен каждому школьнику как мастер запугать до полусмерти так, что потом всю ночь от страха глаз не сомкнуть. Но тут он, можно сказать, переплюнул сам себя. Я с трудом припомню в мировой литературе пример настолько леденящего кровь произведения, как "Вий". Может только Эдгар По составил бы конкуренцию, но и то спорный вопрос. "Вий" - это образцовый, канонический ужас всех ужасов. Он будит то животное, глубинное, впитанное с молоком матери еще то далекое, отсылающее к дохристианскому времени, и свойственное каждому славянину особое чувство мистического ужаса.…

Отпрыск знатной семьи, уроженец Северной Африки, Луций Апулей получил образование в Карфагене и Афинах, где основательно увлекся философией Платона и греческой литературой. Закончив обучение, Апулей переселился в Рим и, до вступления в права наследства, занимался адвокатской практикой. Получив значительную сумму и имущество, Апулей пустился в странствия. Когда закончились деньги, он вернулся в Рим и вскоре женился на состоятельной вдове, да так стремительно, что был обвинен в колдовстве и сам выступал в суде в свою защиту. Обретя семью, занялся писательским трудом. Самыми известными его произведениями стали «Метаморфозы», а миф об Амуре и Психее до сих пор восхищает читателей. (с) MrsGonzo для…

Древняя Парса. Древняя Греция. 500 лет до нашей эры. Восток и Запад. И никогда им не сойтись друг с другом. Но они сошлись в смертельной схватке за мировое господство. Но это не битва империй, не битва цивилизаций, это битва атлантческих кланов за доминирование на планете Земля. Действие происходит в Персии, Иудее, Вавилонии, Греции, параллельных мирах. Великие воины и прекрасные женщины, цари и пираты, боги и демоны, чудовища и не находящие пристанища души сплетаются в единый клубок исторической реальности.

«Атоллы» — сборник малой прозы японского писателя Накадзимы Ацуси (1909–1942), чье творчество сочетает глубокую философскую медитацию с тонким поэтизмом. В издание вошли два цикла произведений: «Истории Южных островов» и «Атоллы», где автор, отталкиваясь от личного опыта пребывания в Микронезии в 1941 году, возводит хрупкие мосты между временами и мироощущениями. Накадзима, известный своим переосмыслением китайских легенд, здесь обращается к колониальной тематике, исследуя столкновение культур и природу власти. Первый цикл, «Истории Южных островов», включает притчи и рассказы, вдохновленные местными мифами и преданиями и переплетающиеся с бытом островитян. Второй, «Атоллы», представляет собой…

Основным источником «Баллады об Аотру и Итрун» стала известная бретонская народная песня. Толкин добавляет к этому источнику суровую мораль, предусматривающую отказ от связи с потусторонними силами ради достижения цели, пусть даже самой благой. Семейная пара из бретонских дворян бездетна. Аотру ищет помощи у ведьмы. Когда Итрун понесла ребенка, ведьма появляется вновь и показывает себя в истинном обличии злого духа, демона, погубителя душ. За целебный напиток она требует любви от Аотру, что приведет к попранию рыцарской чести и христианских обетов. Перед Аотру встает самый сложный в его жизни выбор, и, что бы он ни выбрал, последствия будут катастрофически разрушительными. (с) MrsGonzo для LibreBook

"Вершиной раннего творчества Элиота историки литературы единодушно признают поэму «Бесплодная земля». Это сравнительно небольшое по своему объему произведение создавалось им на протяжении более чем семи лет. Элиот терпеливо и кропотливо работал, выверяя каждую строчку, и лишь финал был написан стремительно, на одном дыхании". (А. А. Аствацатуров)

В 1971 г. Голдинг выпустил в свет сборник «Бог-Скорпион», повести которого переносят читателя то в Древний Рим («Чрезвычайный посол»), то в первобытную Африку («Клонк-клонк»), то на знойное побережье Нила в IV тысячелетие до новой эры («Бог-Скорпион»). Заглавная повесть сборника представляет собой небольшую стилизованную зарисовку из жизни древних египтян. Голдинг, с детства увлекавшийся историей и мифологией Древнего Египта, с наглядностью почти кинематографической воспроизводит быт, нравы и обычаи древнеегипетского царства. Однако и в этой повести, как всегда у Голдинга, первостепенное значение имеет не историческая достоверность изображаемых событий, а их нравственно-философское содержание.Параболический,…

«Братья Львиное Сердце» повесть-фантазия, переведенная на 46 языков, вызвавшая неоднозначную реакцию взрослых читателей. Поучившая престижную литературную премию Януша Корчака. Астрид Линдгрен ведет разговор с детьми об очень тяжелых жизненных моментах. Болезнь и смерть близких, тирания и предательство. Но, вместе с тем, торжествует братская любовь, мужество, верность. Больше всех на свете Карл любит своего старшего брата Юнатона, смелого сильного и красивого. Карлу страшно думать о разлуке с братом. Но Карл тяжело болен и знает, что умрет. Чтобы утешить его, Юнатан рассказывает историю о чудесной стране Нангияле, находящейся по ту сторону звезд. Там Карл будет дожидаться Юнотана, пока не наступит…

Наводнение в Ченнай случается раз в сто лет. После него по обочинам вырастают горы грязи, в которой можно найти что угодно: от монеты до русалочьего скелета. Героиня переезжает сюда именно в такой момент. Атмосферный японский роман, в котором антагонист предстает в образе накопленного за столетие хлама. Мистическая и психологичная история о том, как прошлое влияет на настоящее. Книга для ценителей нетипичного хоррора и оригинальных метафор, а также для тех, кто увлечен творческими поисками современной японской литературы.

«Год в Касабланке» - еще один увлекательный рассказ о том, как сбываются мечты. Веселая и экспрессивная история переезда семьи Тахир Шаха, уроженца Афганистана, из укрытого серыми облаками Лондона в залитую солнцем Касабланку, где исламская традиция смешалась с африканскими поверьями, и все не так просто, как кажется. Вдохновленный марокканскими каникулами своего детства, Тахир Шах мечтал обрести дом в этой стране. В возрасте тридцати шести лет у него появился такой шанс. Собрав все сбережения семьи, он купил Дом Халифа, живописные руины былого особняка на берегу моря в Касабланке. Окруженный пышной растительностью, прохладными уединенными двориками, так располагающими к расслабленному темпу…