Иная

Книжный Сакакибара крайне неприятен: он ханжа, эдакий примерный ученик, постоянно думающий гадости о Тэсигаваре ("этот раздражающий парень", "крашеноголовый") и Мотидзуки ("похожий на девчонку", "с детским личиком"). Ни разу он не проявляет к ним участия, его волнует только холодная кукла Мей.
Мей. Я очень надеялась, что хотя бы здесь пояснят, зачем она тянула резину, почему не сказала сразу, кто лишний, почему в начале года не выяснила, кто мертвец. Её объяснение какое-то путаное, рваное. "Я не хотела знать" - как-то не сильно в это верится. Может это японский менталитет, но обычно человек стремится защитить себя. Если есть козырь, его стоит использовать. Было бы крайне интересно, если бы повторилась сцена из "Вия", только в данном случае это Мей объявила бы классу, кто мертвец, и указала перстом.
Ладно, с началом года и сообщением о том, кто мертвец, бабушка надвое сказала. А вот после того, как она прослушала кассету, снова, как в аниме, возникает вопрос. Зачем тянула? Если учесть, что о лишнем не останется воспоминаний, следовало вернуть его как можно скорее. Здесь можно было подключить самых отчаянных, даже пары человек бы хватило. Пришлось бы убеждать, но в отчаянии люди готовы на многое. На крайний случай она сама могла бы что-то организовать. Может и звучит жестоко, но у прежних классов 3-3 не было бонуса-сканера для определения мертвеца, а у 3-3 1998 года был.
Если так подумать, вполне логично, что лишнего нужно было вернуть. Об этом не задумывались прежние ученики, зная, что его не вычислить. Но по сути это вполне логично.
Автор мог повысить градус, допустив, что нашлись бы за четверть века те, кто решил бы, что нужно разобраться со всем классом 26 летней давности... Воздать им за создание коридора смерти.
Честно говоря, сама идея, что кто-то мог поступить так, как поступили одноклассники Мисаки Ёмиямы, меня поражает. Это не только противоречит логике, но и звучит жутко. Но в качестве сюжетной фабулу мистического триллера цепляет.
Тибики-сан. У меня сложилось стойкое впечатление, что автор реально поклонник Стивена Кинга. Тибики-сан списан с Майка Хэнлона, по крайней мере он выполняет ту же функцию, что и герой романа "Оно", - поддерживает свет маяка. Майк был единственным, кто остался в городе и не забыл, Тибики-сан был единственным, кто видел всю картину происходящего с классом. Записи Тибики-сана не выцветали и не исчезали со временем, он был частью феномена, но не непосредственным участником.