Оцените Черстин и я

Увлекательный рассказ о необыкновенных и очень разных судьбах святителей и угодников, мучеников и преподобных. Попытка воссоздания их живого образа, внимательная реконструкция биографии героев в контексте той или иной исторической эпохи. Мы нашли отголоски жизней святых в современности, побывали в местах, где они родились, проповедовали и несли свой подвиг. Мы устроили исторический квест в глубь веков и попытались найти ключ к загадкам, которые до сих пор так и остались неразгаданными.

Перуанский рыбак исчезает в открытом море. Полчища ядовитых медуз осаждают берега Австралии. В Канаде мирные киты превратились в агрессоров. На дне Норвежского моря появились миллионы червей с мощными челюстями — и они мешают нефтедобыче.Различные учёные предполагают, что за этими аномалиями кроется нечто большее, — что-то натравливает обитателей морей на человека. Под вопросом оказывается дальнейшее существование рода человеческого. Но кто или что развязывает катастрофу, исходящую из океана? В поисках виновника учёные и военные сталкиваются с худшими из своих кошмаров и сознают: о подводном мире своей планеты мы знаем ещё меньше, чем о космосе…

В сборник вошли пять произведений Анатолия Георгиевича Алексина. Это повести "Саша и Шура", "Говорит седьмой этаж", "Необычайные похождения Севы Котлова под чужим именем", "Тайный сигнал барабанщика, или Как я вел дневник" и "Сева Котлов за полярным кругом". Книга предназначена для младшего школьного возраста.

Смотрите, вот «Холсуэл», фрегат Ост-Индской компании, едва покинув родные берега, летит, очумелый, в январскую ночь прямо на скалы близ Сикомба[6], что на острове Пербек! На борту — две дочки капитана и еще пять женщин. Много часов корабль носило по волнам, вода стоит в нем на семь футов, грот-мачта срублена. Он мчится навстречу своей судьбе, и, кажется, кто-то читает мне вслух с детства знакомое описание гибели фрегата....

Исследовательский труд Джозефа де Бекера повествует об истории квартала Есивара – места, где находились публичные дома старого Токио (Эдо). Автор знакомит с классификацией публичных домов, приводит медицинскую и юридическую статистику, детально описывает быт гейш. Вы узнаете, что входило в обязанности гейш, сколько стоили их услуги, во что одевались японские куртизанки, какие прически они носили и многое, многое другое.

Это история человека, жизнь которого тесно связана с алкоголем – Джоном Ячменное Зерно. Вкус алкоголя противен герою, так или иначе, будучи устричным пиратом, простым работягой в Штатах или путешествуя у берегов Японии, ему приходится сталкиваться с Ячменным зерном и употреблять в огромных количествах. И как бы ни был противен вкус алкоголя, он заставляет возвращаться к себе раз за разом и постепенно человек привыкает к этой пагубной привычке, и отделаться от «дружбы» Джона Ячменное Зерно будет не просто.

«Вопрос о поле и любви… – прохлятый, мировой вопрос», – писал Н.Бердяев, пытаясь вслед за Соловьевым и Розановым преодолеть заговор молчания на эту тему. Выдающийся мыслитель, философ, публицист создал оригинальную теорию эроса, провозгласив со всей откровенностью: «Нельзя отказаться от любви… во имя долга, закона, во имя мнения общества и его норм».

У Ниро Вулфа, знаменитого частного сыщика, героя романа "Смерть Цезаря", в жизни лишь три страсти: редкие орхидеи, изысканная еда и расследование загадочных убийств... В романе "Красная шкатулка" автор раскрывает нам причину гибели Молли Лок, продавщицы модного бутика. Связанные с хозяином торговой фирмы члены семьи Фрост, нанявшие для расследования этого дела частного сыщика Ниро Вулфа, ведут себя весьма подозрительно. Между тем убийства продолжаются. Чтобы остановить их и разоблачить убийцу, Вулфу придется раскрыть страшную семейную тайну Фростов...

Это художественное, философско-публицистическое произведение о событиях революции и последующей гражданской войны. представляет собой дневниковые записи писателя с 1918 по 1920 годы.

Майор, граф фон Фарльсберг, командующий прусским отрядом, дочитывал принесенную ему почту. Он сидел в широком ковровом кресле, задрав ноги на изящную мраморную доску камина, где его шпоры – граф пребывал в замке Ювиль уже три месяца – продолбили пару заметных, углублявшихся с каждым днем выбоин…