Оцените Что я видел во сне…

Роман вводит в увлекательный мир любовных похождений и военных приключений главного героя во времена Людовика XV. Фанфан-Тюльпан — смелый и находчивый француз, побеждает врагов Франции, спасает любимую девушку и находит своего родного брата. Этот роман напомнит читателю знаменитый фильм того же названия с незабываемыми Жераром Филиппом и Джиной Лоллобриджидой.

Отец убивает собственного сына. Так разрешается их многолетняя кровная распря. А вчерашняя барышня-хохотушка становится истовой сектанткой, бестрепетно сжигающей заживо десятки людей. Смертельные враги, затаившись, ждут своего часа... В небольшом сибирском селе Зеленый Дол в тугой неразрывный узел сплелись судьбы разных людей, умеющих безоглядно любить и жестоко ненавидеть.

«Дивное» охватила таинственная эпидемия! Неведомая сила перетягивает светлых существ на сторону тьмы, и скоро весь заповедник окажется во власти зла. Помощи ждать неоткуда. В ряды «Рыцарей рассвета» проникло множество шпионов из Общества Вечерней звезды, возможно, даже Сфинкс — предатель! Друзья Кендры и Сета один за другим погибают или обращаются в бесплотных духов. Но самое страшное: на свободу вырвался Наварог, глава демонов и повелитель драконов. Кендре и Сету предстоит выдержать схватку со злом и самостоятельно принять решение, от которого будет зависеть судьба не только «Дивного», но и всего мира.

Это история про поэта Мадока, который слагал песни и восстал против богов и лишь маленькая часть истории про Эттарру, которую он любил. Входит в цикл - «Сказание о Мануэле» Джеймс Брэч Кейбелл (1879-1958 гг.) – писатель, незаслуженно забытый в наши дни, однако в свое время считавшийся одним из ведущих мастеров американской «литературной легенды» первой половины XX в.Кейбелл создал немало произведений, однако наибольшую известность ему принесла масштабная и изысканная фэнтези-сага «Сказание о Мануэле»!

Артем никогда не верил в призраков и прочую нечисть – до тех пор, пока… привидения не начали шастать по его квартире! Артем был смелым парнем – и продолжал не верить в их существование. Но как относиться к мертвецу, который болтается за окном на веревке, и к кровавым надписям, появляющимся на стекле? Или к звонку от… Пиковой Дамы? Кажется, с ним не шутят. Его всерьез хотят уничтожить!

Безработный фотограф берется сделать фотографии, которые могут присечь попытку шантажа, но тут же попадает в водоворот событий, связанных со всеми гангстерами Нью-Йорка, и понимает, и он понимает, что выбраться живым из этой передряги ему будет крайне сложно…

В почтовом поезде, шедшем из Петербурга в Москву, в отделении для курящих, ехал молодой поручик Климов. Против него сидел пожилой человек с бритой шкиперской физиономией, по всем видимостям, зажиточный чухонец или швед, всю дорогу сосавший трубку и говоривший на одну и ту же тему: — Га, вы официр! У меня тоже брат официр, но только он морьяк… Он морьяк и служит в Кронштадт. Вы зачем едете в Москву?

Тревожной пасмурной ночью к кладбищенскому сторожу нагрянул очень странный гость. © taipan Примечание: Впервые — «Петербургская газета», 1887, № 59, 2 марта, отдел «Летучие заметки», стр. 3. Подпись: А. Чехонте. Включено в сборник «В сумерках», СПб , 1887; перепечатывалось во всех последующих изданиях сборника. Вошло в издание А. Ф. Маркса. При жизни Чехова рассказ был переведен на болгарский, венгерский, немецкий, румынский, сербскохорватский и словацкий языки.

Земский врач Григорий Иванович Овчинников, человек лет 35, худосочный и нервный, известный своим товарищам небольшими работами по медицинской статистике и горячею привязанностью к так называемым «бытовым вопросам», как-то утром делал у себя в больнице обход палат. За ним, по обыкновению, следовал его фельдшер Михаил Захарович, пожилой человек, с жирным лицом, плоскими сальными волосами и с серьгой в ухе. Едва доктор начал обход, как ему стало казаться очень подозрительным одно пустое обстоятельство, а именно: жилетка фельдшера топорщилась в складки и упрямо задиралась вверх, несмотря на то, что фельдшер то и дело обдергивал и поправлял ее. Сорочка у фельдшера была помята и тоже топорщилась; на…

Семья помещика Ширяева сильно страдает от его тяжелого, необузданного и грубого нрава. Старший сын, студент Петр, решился впервые противостоять отцу. © Varvara Baenre