Неудивительно, что император так думал. Кроме Се Чжичжи, в поместье генерала не было других хозяев, одни слуги. Им бы и в голову не пришло вывезти столько имущества.
Кто же ещё мог вывезти всё это прямо перед глазами стражи?
Только сама стража!
Чем глубже император вдумывался в это, тем более правдоподобной казалась ему эта версия. Он даже допустил мысль, что оставшиеся сторонники Се Цзунъи могли проникнуть в отряд стражи и, обманув всех, вывезти всё имущество из поместья.
Проклятье, карту пяти государств так и не нашли.
Весь день император метался по дворцу в ярости, не читал доклады, а отправился в задние покои развлекаться с красавицами.
Перед уходом он поднял голову и посмотрел на небо. Было всего лишь около полудня, но небо казалось мрачным и хмурым. Он подумал, что скоро пойдёт дождь, и настроение его ещё больше испортилось. Нахмурившись, он приказал:
— Эй, кто-нибудь! Принесите зонт! Я еду к наложнице Шу.
— Слушаюсь! — евнух быстро нашёл кого-то, чтобы принести зонт.
Погода и правда была странной.
Ветер был душным и жарким, на душе было тревожно.
…
Тем временем Се Чжичжи по пути во дворец встретила Цзин Эр.
Цзин Эр не могла её видеть. Она всё ещё была одета как простая женщина, в руках держала корзину с дюжиной яиц, идеально вписавшись в городскую толпу. Она стояла у дороги и смотрела на представителей побочной ветви семьи Се, которых конвойные заковывали в кандалы.
Длинная колонна ссыльных уходила за горизонт.
Неужели Цзин Эр ищет её?
Она слышала, как люди вокруг тихо перешёптывались, с сожалением качая головами.
— Бедняги! Их ссылают в пустынные места за восемь тысяч километров!
— Да они не дойдут и до середины пути — умрут от усталости и голода. Чуть заболеешь — и всё.
— Умереть от истощения гораздо мучительнее, чем от меча!
— А вот и нет, говорят, если умрёшь, то уже ничего не останется.
— Поделом им! Се Юйвэнь, сын цензора, сколько девушек он силой забрал!
— Почему генерал совершил такую глупость? Эх, великий полководец, и так бесславно погиб!
Некоторые горожане, ненавидевшие старшего сына семьи цензора, то есть двоюродного брата из поместья генерала, бросали в них гнилыми листьями и тухлыми яйцами, вымещая свою злость.
— Наслаждайтесь! Теперь вы больше не увидите яиц! Лизните их, пока есть возможность!
— Тьфу! Гнилые листья — это ещё дёшево для вас!
Се Юйвэнь был весь в зловонной яичной жиже и скорлупе. Он никогда не испытывал такого унижения. В глазах его кипела ненависть. Он обернулся на отца. Се Сяоху не проронил ни слова. Они обменялись взглядами, полными обиды, и сдержались.
А Се Мэнцунь, двоюродный брат Се Цзунъи, занимал пост заместителя министра военных дел третьего ранга. Ему было за сорок, он отвечал за выбор военных чиновников и ведение воинских списков, был на пике карьеры. Он и представить не мог, что окажется в такой ситуации. Лицо его почернело от злости, он скрежетал зубами, терпя оскорбления.
И Се Сяоху, и Се Мэнцунь надеялись, что их спасут левый и правый канцлеры, поэтому пока молчали.
Они и не подозревали, что сотни членов семьи Се тоже были в отчаянии. Им никто не сообщил о случившемся, они ничего не успели собрать и теперь были вынуждены отправиться в этот долгий путь, где им придётся пить речную воду и есть лепёшки.
Женщины не выдержали, поднялся плач и рыдания.
— Мы невиновны!
— Это не наша вина!
— Заткнитесь! Ещё хоть слово — и отправлю в военный лагерь, в походные жёны! Те, кому не нужна такая судьба, ведите себя тихо! — строго прикрикнул один из конвойных.
При упоминании о походных жёнах женщины испугались и сразу замолкли.
Слуги и члены девяти поколений семьи Се, бледные и растерянные, брели по каменистой дороге, покидая столицу и направляясь в пустынные земли.
Как бы они ни кричали о невиновности, всё было решено.
Горожане выплёскивали на них свою ненависть. Конвойных было вдвое больше, чем ссыльных, они грозно размахивали чёрными палками и торопили их.
Се Чжичжи увидела, что в самом конце длинной колонны идут слуги и охрана из поместья генерала, а с ними старый дворецкий.
В течение трёх дней, если у них появится шанс пробудить сверхъестественные силы, они смогут дать отпор. Им не нужна её прямая помощь. Пока что ситуация относительно спокойная, и не стоит спасать их всех сразу — это может только навредить.
Внутри пространства она взяла тушь и кисть и написала на листе бумаги короткую записку. Затем, управляя пространством, она пододвинулась ближе к Цзин Эр.
Пока та смотрела вдаль, Се Чжичжи незаметно положила записку ей за воротник, а затем переместила пространство и покинула это место.
Цзин Эр, обладая острым чутьём телохранителя, сразу заметила посторонний предмет у ворота. Она незаметно ощупала шею и нашла бумажку. Кашлянув, чтобы скрыть движение, она отошла в сторону, и, оказавшись в безлюдном переулке, развернула её.
Там было написано: «Цзин Эр, встретимся в хижине после заката».
Это была её госпожа!
http://tl.rulate.ru/book/231213/34229990