Дуари включила мотор, чтобы управлять энотаром, позволив ему плыть дальше по реке. Наконец она нашла то, что искала — островок с маленьким заливом с противоположной стороны. Она подрулила к этой тихой воде и бросила якорь.

Вик-йор не обращал внимания на то, что происходило вокруг. Он глотал орехи как голодная белка. Дуари потянулась, чтобы взять орех, но Вик-йор оттолкнул ее руку и отодвинул орехи подальше. Она с изумлением наблюдала за ним. Он даже не пытался прожевать жесткую мякоть орехов и задыхался от такой спешки. Потом он начал смеяться, затем долго пел, после чего снова смеялся.

— Вина! — закричал он. — Ах, если бы было вино! Зато есть вода.

Он посмотрел вокруг и увидел, что энотар лениво покачивается на берегу маленького острова.

— Что мы здесь делаем? — удивленно спросил он.

— Мы здесь переночуем, — сказала Дуари. — Я устала.

— Я иду на берег, — сказал Вик-йор. — Ты меня не оставишь, потому что у меня пузырек и пистолет.

Он снова стал смеяться, петь и, собрав остатки орехов, понес их на берег. Там он лег на живот и стал пить из реки.

Он продолжал есть и пить. Дуари казалось, что он вот-вот лопнет. Чем больше он съедал, тем истеричней становился. В конце концов он, охваченный экстазом, начал кататься по земле. Он хохотал и кричал, потом замер, тяжело дыша. Пролежав так минут пятнадцать, он медленно поднялся на ноги, полностью истощенный.

Он сделал несколько шагов к энотару, затем его глаза стали стеклянными и узумленными. Он взрогнул и упал на землю, корчась в конвульсиях, успев лишь крикнуть:

— Я делюсь! И не могу разделиться!

Дуари наблюдала за его тщетными муками, пока он не умер. Она сошла на берег и взяла пузырек и пистолет из его карманов. Затем она вытащила якорь и включила мотор. Подобно большой птице, энотар поднялся в воздух и сделал круг, пока Дуари определяла направление полета. Приглушенный вечерний свет давал хорошую видимость. В полночь она станет минимальной, так как солнце будет как раз с обратной стороны внешней оболочки и преломленный свет будет иметь самую низкую интенсивность. К полуночи Дуари рассчитывала достичь Ву-ада.

Она взяла курс на север. С левой стороны тянулся огромный горный хребет, таинственный и грозный во мраке ночи, потом начался могучий лес, темный и угрюмый. Без Карсона этот мир казался совсем иным! Мрачный и ужасный, сейчас это был мир одиночества и опасностей. С ним он был бы таким же темным, но полным удивительных приключений.

Но теперь она летела к нему! Увенчается ли успехом ее смелый план? Ночь и время хранили ответы на эти вопросы.