51 51
– Не предугадал хода… Думать времени не было, – рассказывал ему Шельга, – сыграл такого дурака, что – ну.
– Ваша ошибка в том, что вы взяли в автомобиль Роллинга, – сказал Хлынов.
– Какой черт я взял… Когда в гостинице началась пальба и резня, Роллинг сидел, как крыса, в автомобиле, – ощетинился двумя кольтами. Со мной оружия не было. Я влез на балкон и видел, как Гарин расправился с бандитами… Сообщил об этом Роллингу… Он струсил, зашипел, наотрез отказался выходить из машины… Потом он пытался стрелять в Зою Монроз. Но мы с Гариным свернули ему руки… Долго возиться было некогда, я вскочил за руль – и ходу…
– Когда вы были уже на полянке и они совещались около дуба, неужели вы не поняли?..
– Понял, что мое дело – ящик. А что было делать? Бежать? Ну, знаете, я все-таки спортсмен… К тому же у меня и план был весь разработан… В кармане фальшивый паспорт для Гарина, с десятью визами… Аппарат его, – рукой взять, – в автомобиле… При таких обстоятельствах мог я о шкуре своей очень-то думать?..
– Ну, хорошо… Они сговорились…
– Роллинг подписал какую-то бумажку там, под деревом, – я хорошо видел. После этого – слышу – он сказал насчет четвертого свидетеля, то есть меня. Я вполголоса говорю Зое: «Слушайте-ка, давеча мы проехали мимо полисмена, он заметил номер машины. Если меня сейчас убьют, к утру вы все трое будете в стальных наручниках». Знаете, что она мне ответила? Вот женщина!.. Через плечо, не глядя: «Хорошо, я приму это к сведению». А до чего красива!. Бесовка! Ну, ладно. Гарин и Роллинг вернулись к машине. Я – как ни в чем не бывало… Первая села Зоя. Высунулась и что-то проговорила по-английски. Гарин – мне: «Товарищ Шельга, теперь – валяйте: полный ход по шоссе на запад». Я присел перед радиатором… Вот где моя ошибка. У них только и была эта одна минута… Когда машина на ходу, они бы со мной ничего не сделали, побоялись… Хорошо, – завожу машину… Вдруг, в темя, в мозг – будто дом на голову рухнул, хряснули кости, ударило, обожгло светом, опрокинуло навзничь… Видел только – мелькнула перекошенная морда Роллинга. Сукин сын! Четыре пули в меня запустил… Потом, я открываю глаза, вот эта комната.
Шельга утомился, рассказывая. Долго молчали. Хлынов спросил:
– Где может быть сейчас Роллинг?
– Как где? Конечно, в Париже. Ворочает прессой. У него сейчас большое наступление на химическом фронте. Деньги лопатой загребает. В том-то все и дело, что я с минуты на минуту жду пулю в окно или яд в соуснике. Он меня все-таки пришьет, конечно…
– Чего же вы молчите?.. Немедленно нужно дать знать шефу полиции.
– Товарищ дорогой, вы с ума сошли! Я и жив-то до сих пор только потому, что молчу.