Жена-козёл отпущения
«…Ты все еще боишься?»
Обращаясь с чем-то, словно с чем-то чрезвычайно драгоценным, он очень медленно обнял Сухэ*. Сухэ покачал головой, но слёзы не прекратились.
Впервые в жизни Доун, который никогда прежде никого не утешал, выдавил из себя незнакомые слова.
«…Ха, ты не можешь перестать плакать?»
Это были слова, которые он ни разу не произнес вслух.
«Что мне сделать, чтобы ты не плакала?»
Чем больше Доун смотрел, как Сухэ рыдает в его объятиях, тем сильнее становилась боль, сжимавшая его сердце.
Было такое ощущение, будто проклятие глубоко проникло в его сердце и пустило там корни.
«Скажи мне. Я сделаю всё, что угодно».
В этот момент Сухоэ пробормотал ответный вопрос.
«Господин Доун, что вы хотите, чтобы я сделал?»
Видеть, как он с трудом сдерживает слезы, говоря таким жалким голосом, было похоже на ад.
Доун снова уткнулся лицом в плечо Сухэ и глубоко вдохнул его запах.
Травянистый аромат смешался с легким солоноватым привкусом, а среди него расцвел тонкий цветочный аромат.
Лекарство значительно притупило его, но Доун всё ещё мог смутно уловить феромоны жены, витавшие в воздухе. Он тихо пробормотал:
«…Эта дворняга виляет хвостом перед тобой — этот Соджун, или как там его зовут. Не позволяй ему трогать твоё тело. Как и в нашем контракте».
«Но… Джун — мой друг».
«Тогда хотя бы не позволяй ему поднять на тебя руку. По крайней мере, сдержи это обещание».
Взгляд Сухоэ на мгновение дрогнул.
«…Это всё, что ты хочешь? Просто… лишь бы он меня не трогал…?»
«Да. Только это. Позволь только мне прикасаться к твоему телу».
