Крылья

Хочу поделиться тем, что я увидела в этой книге. Увидела любовь, робкую, недоверчивую, идеализирующую и поначалу бескомпромиссную. Разочарование. Но с каждым диалогом, с каждым, казалось бы, нудным и затянутым монологом, меняется мировоззрение главного героя, меняется его отношение к себе и любимому человеку. Каждое слово этой книги являются ступенями лестницы, по которой Ваня идет к своему счастью.
"Еще одно усилие, и у вас вырастут крылья, я их уже вижу."

«...а что загорится душа отдать себя другому и взять его совсем, хоть на день, и если обоих душа пылает, то и значит, что Бог соединил их. Грех с сердцем холодным или по расчету любовь творить, а кого коснется перст огненный, — что тот ни делай, чист останется перед Господом.»

«И это неправда, что старухи говорят, будто тело — грех, цветы, красота — грех, мыться — грех. Разве не Господь все это создал: и воду, и деревья, и тело? Грех — воле Господней противиться: когда, например, кто к чему отмечен, рвется к чему — не позволять этого — вот грех!»

Если честно, показалось поначалу довольно странным произведением. Но потом втянулась. Удивилась и расстроилась, когда заметила, что приближаюсь к концу - я была бы совсем не прочь почитать еще.
Первая в русской литературе повесть на гомоэротическую тематику.
Оказывается, Ваня обнаружил на квартире у Штрупа что-то наподобие гей-сауны, а я этого не поняла, посему несколько удивилась внезапной перемене отношения к Лариону. Я только поняла, что что-то произошло, ибо разговор о переходе к другому хоязину имел явно сексуальный подтекст; мне вообще подумалось, что Ванечка подумал, что Федор (который оказался слугой) - любовник Штрупа.
Очень много интересных высказываний, философских размышений - меня это просто поразило, не ожидала подобного от гей-литературы. И, хоть не совсем уверена в исходе, рада хорошему концу. А финальная фраза так уж вообще порадовала:

«Он встал, после бессонной ночи, измученный и с головной болью, и, нарочно медленно одевшись и умывшись, не открывая жалюзи, у стола, где стоял стакан с цветами, написал, не торопясь: «Уезжайте»; подумав, он с тем же, еще не вполне проснувшимся лицом приписал: «Я еду с вами» и открыл окно на улицу, залитую ярким солнцем.»

Восприняли, разумеется, не совсем радужно, далеко от этого, но были и благосклонные покровители: поэт Александ Блок назвал повесть своего товарища «чудесной». Я не столь возбуждена прелестностью произведения, но все очень невинно, воистину не понимаю, как можно было назвать всякими нехорошими словами. Я читала в плохой редакции - буквы пропущены, пунктуация хромает, кое-где вообще пропущены абзацы и поэтому все не так приятно читается и усваивается. Но это было хорошо. Приятно поразило, как, по мере повествования, вырос Ванечка. Он пусть и остался мальчишкой, но повзрослел и помудрел, стал более приятным, и на него было любо-дорого "смотреть". Мне понравилось.

Я много читала классических романов(гетеро в основном). Много читала про любовь и когда я наткнулась на это произведение, ранее прочитанное казалось настолько тяжелым и грубым. Я не сообразила, что произведение имеет гетеро актуальный шлейф( да, да, оно настолько все тонко описано, не оскорбляя и не повергая в шок читателя, не сообщая читателю подробности). Мне так жаль, что произведение скрывались, но вместе с тем оно достойно только ценителей. 
Автор так доверительно, аккуратно, робко открыл читателю все самое светлое, легкое, тонкое, родное, что есть в нем. Без сомнений доверил все это чудо читателю, в некотором случае, выставил на суд.
 Читала произведение на одном дыхании 5 раз с перерывами в 2-3 дня. Оно настолько воздушно, что некоторые нюансы можно уловить только при повторном чтении. Я читала в слезах, ни сколько из-за самого сюжета, сколько от трогательности такого безграничного доверия к читателю и любви.
 Любовь описаная в "Крыльях" она воздушна, летуча и неуловима, и вместе с тем обволакивает все вокруг тебя, что в один миг ты осознаешь что ты (нет, не погряз, не окутан, как описывалось в других классических произведениях) дышишь ею, что все вокруг дышат этой(твоей) любовь потому что для нее нет границ и быть не может, она не поддается никакому человеческому описанию, она вне материи, она есть воздух, эфир, свет. 
Самое впечатляюще тонкое произведение в моей жизни!