Прежде Сара никогда не врала. По крайней мере мне. Мы ничего друг от друга не утаивали – на этом держалась наша дружба. Для того и нужен лучший друг, чтобы рассказать все от чистого сердца и без всякого стыда. Ему ты готов полностью открыться, а он будет любить тебя, несмотря ни на что. Именно так было у нас с Сарой.

Когда же мы перестали всем-всем делиться? Вряд ли это связано с каким-то конкретным событием. Вполне естественно, что со временем отношения меняются. В юности в жизни было достаточно места для лучшей подруги, но затем рядом появились новые люди – мой партнер, муж Сары, дети. Места оставалось все меньше, оно иссякало постепенно; так выходит воздух из шарика: совсем недавно он был надут – и вот уже безжизненно обмяк, всем своим видом показывая, что праздник окончен.

Лето 2000 года

Стоя у ограничителя, Сара внимательно вглядывалась в толпу людей, которая хлынула из зоны прибытия.

Я медлила: прошло полтора года, и с тех пор, как она проводила меня на самолет, многое изменилось. Эта новая Сара выглядела иначе: серьезная, с приглаженными волосами и солнечными очками на голове. Приталенное голубое платье подчеркивало выпирающий живот и загорелую кожу.

Я провела рукой по собственному животу.

Да, многое изменилось.

Заметив меня, Сара проскользнула под веревкой и с радостным визгом побежала мне навстречу.

Мы крепко обняли друг друга, неловко прижимаясь животами.

– Ты здесь! Приехала! – все повторяла Сара. Она положила руку на мой округлый живот и со слезами на глазах сказала: – Поверить не могу, мы обе беременны!

Только оказавшись на родине, я поняла, что все это реально.

– Мы станем мамами!

– Боже, как я по тебе скучала, – призналась Сара, снова обнимая меня. Затем она взяла меня за руку и покружила. – Только посмотрите на нее, настоящая красавица!

Моя длинная юбка струилась до щиколоток, волосы отросли почти до пояса. Загар был красновато-коричневого оттенка, а из-за беременности нос покрылся веснушками.

– Я уж думала, ты не вернешься. Мы с Ником начали разрабатывать план твоей поимки.

«Мы с Ником». От этих слов стало больно, будто мыльная пена попала в ранку на коже.

На тонком безымянном пальце Сары переливалось обручальное кольцо. Я закатила глаза, изображая шокированный вид.

– Вот это бриллиант!

– Самой не верится! – просияла Сара, шевеля пальцами.

По дороге домой мы болтали без умолку. Я боялась напряженных пауз, однако все шло по-прежнему, словно я никуда и не уезжала.

– Расскажи мне про Кабби, – попросила Сара, держа одну руку на руле, а другой сжимая мое колено.

– Мы познакомились в Непале. Он из Норвегии. Боже, Сара, он такой красивый!.. Прекраснее мужчины я не встречала. Светлые волосы, густые и длинные, и величественный прямой нос идеальной формы.

– Значит, хорошая наследственность.

– Будем надеяться! Правда, мы были вместе всего три дня, пока жили на ферме. Потом он отправился на север, а я держала путь на юг.

– Как ты могла его упустить?

– Я только через пару месяцев начала подозревать, что беременна. Мы не обменялись ни номерами телефонов, ни адресами. Я вернулась на ферму, оставила объявления… Тщетно.

Я жутко переживала из-за Кабби, который так и не узнает, что будет отцом. В итоге пришлось смириться с тем, что найти его не удалось. Положив руки на слегка округлившийся живот, я пообещала своему малышу, что восполню этот пробел и посвящу ему или ей всю свою жизнь.

Мы остановились у дома, где Сара теперь жила с Ником. Она заглушила двигатель и крепко сжала мою ладонь.

– Ты не против? Насчет нас с Ником.

– Я тебе уже тысячу раз…

– Знаю. Все равно посмотри мне в глаза и скажи. Не по телефону, не в письме. Лицом к лицу. Ты не против?

Я сняла с Сары очки и, глядя подруге прямо в глаза, ответила:

– Не против. – Она облегченно выдохнула. –  К тому же поздновато давать задний ход, – добавила я, показывая на ее живот.

Сара с самого начала все мне рассказывала про Ника. Когда я звонила из хостела на Гоа, она сообщила, что они по пьяни целовались в пабе. Потом я двинулась на север, в горы, а Сара доложила об очередном поцелуе с Ником. «Кажется, я на него запала. Ты не против, Айла?» За тысячи километров от дома, среди рисовых полей и в ночных автобусах, где я дремала на плече у едва знакомых попутчиков, отношения с Ником были лишь приятным воспоминанием, я ничуть не переживала, поэтому искренне ответила: «Я за вас рада».

В следующий раз мы созвонились три или четыре месяца спустя, и к тому времени Ник уже сделал ей предложение. «Расстелил на пляже коврик, открыл корзину для пикника, а там кольцо!.. Мы обручены».

«Обручены». Это слово выбило из меня дух. С трудом взяв себя в руки, я улыбнулась и поздравила подругу.

Солнце пригревало спину, в животе толкался ребенок. Я была на седьмом месяце.

Работа завершена – я руками выкопала в песке две большие ямы.

– Готово! – крикнула я Саре.

Она шла в мою сторону с кувшином сока и миской клубники. Ее живот аккуратно выпирал вперед, словно обволакивая надувной мяч. Я же раздалась в бедрах, поэтому все говорили, что у меня наверняка будет девочка.

Я застелила ямы пляжными полотенцами.

Сара поставила поднос, встала на колени, а затем вытянулась вперед, и ее живот скрылся в идеально подходящей ямке.

– Господи, я буду вечно тебе благодарна…

Я устроилась рядом, точно так же опустив живот в песок. Я уже и забыла, когда последний раз лежала не на спине и не на боку. Ночью мне приходилось обкладываться подушками: одну – между коленей, другую – под живот.

Мы долгое время лежали молча, просто наслаждаясь удобной позой. Я лениво выковыривала песчинки из-под ногтей, время от времени прямо под ребрами толкался ребенок.

Мы почти все время были на отмели. Родители Ника купили летний дом в Испании, а этот подарили Нику и Саре. Я по несколько часов в день подрабатывала официанткой, но все свободные дни проводила здесь.

В зеленых глазах Сары блестели золотистые крапинки, и от нее пахло клубникой.

– Айла Берри, ты гений. Как хорошо, что ты вернулась.

Я с улыбкой сжала ее ладонь. Услышав голос Ника, мы обе подняли головы.

– Не видели двух беременных женщин? Они пошли в эту сторону.

– Не-а. Такие не проходили, – ответила я.

– Не загораживай солнце, – сказала Сара.

Ник отошел, снял футболку и задумчиво глянул на море – не искупаться ли? Затем, видимо, передумал и, похлопав себя по животу, попросил:

– А мне такую яму выкопаете?

Тогда я верила, что все получится. Мы будем лучшими друзьями: Сара, Ник и я.

Может, так и вышло бы, останься в моей жизни Сэмюэль. Вместе с Марли. Без них в сердце появилось слишком много места для Сары и Ника, вот равновесие и нарушилось.

А может, моей вины тут и нет.

Может, это Сара во всем виновата.