Автор

Другие имена

Родриго Кортес Андрей Георгиевич Степаненко Андрей Степаненко

Писатель, историк, журналист. Автор проекта "Живая история". В интернете знаменит как chispa1707.

Я не интеллектуал, я бетонщик. Неплохой слесарь-сборщик. Половина моей трудовой биографии — это кувалда и лопата. В девяностые в Казахстане было трудно с работой, так что, повторяю, выпендриваться не приходилось. Я реально отпахал восемь лет с кувалдой и лопатой в бетонном цехе. Перекинуть КамАЗ бетона, а то и два за смену — это была норма. Я прожил некоторое время в детстве в Москве, среди ученых и юристов, но я никоим образом не могу ассоциировать себя с российской интеллигенцией. Особенно острым было это чувство чужеродности, когда я лет в 14—15 приехал в Москву, повстречался с другом, с которым не виделся пять лет, и понял, что между нами пропасть — он вырос в одной среде, а я совсем в другой. Многие провинциалы, ругающие москвичей, сути дела не понимают, а мне повезло это въяве увидеть. Так что как писатель я не интеллектуал — я пахарь, я привык работать на конвейере. 

<...>

Я журналист. Писал рассказы, очерки, заметки, два моих рассказа опубликовали толстые журналы Казахстана.

В 2001-ом г. переехал в Россию. Жил и работал в Саратове. 

Вообще-то изначально я «негр». С большим опытом. Начинал в 2001 году в Саратове со шпионских боевиков. Выбирать не приходилось, мы только переехали из Казахстана, я трудно вживался в новый город, никаких знакомств, совершенно банально нечего было жрать. Я попробовал журналистику — не потянул. Нашел саратовское издательство «Научная книга», довольно успешное, и принес им свою книжку, такого фэнтезийного направления.

<...>

Поэтому я и попробовал написать фэнтези — думал, это окажется востребовано. Они посмотрели и честно сказали: такое никому не нужно, но, если хотите войти в профессию, садитесь и пишите, что скажут. Я подумал и решил не выпендриваться. Начал с боевиков, моего имени, естественно, нигде не фигурировало, права скупались на корню, но для меня это был выход. Я понимал, что меня будут нещадно резать, и я сказал себе: «Терпи! Редактор всегда прав. Если он что-то выкидывает, значит, ты был неубедителен». И начал учиться ремеслу. У меня вышло довольно много книг, всего около пятнадцати, под чужими именами-брендами. Буквально на третьей книге стало совершенно очевидно, что я нормально вошел в колею и встал на конвейер. Мне выделили собственную серию — тоже под громким брендом, но в нее никто, кроме меня, не лез. Потом вытянул чужой проваленный проект — заказали «негру», а тот не справился: нужно было изобразить драму крупного чиновника, а у него этот чиновник вышел с характером «мятущегося интеллигента». А так не бывает. Меня попросили переделать, я написал заново.

После этого ему предложили написать книгу в стиле русского "Парфюмера" Зюскинда. Он согласился и написал книгу "Садовник". Книга была подписана в печать в 2003 г. в "Эксмо". Литературным агентом выступило саратовское издательство "Научная книга".

Так появился проект "Родриго Кортес", в котором Андрей Степаненко указывался как переводчик с испанского. Об авторе ничего не говорили. Сообщалось только то, что автор ведет затворнический образ жизни.

Вот как раз «Кортеса» я не придумывал. У меня было изначально другое имя — Хесус. Но мне сказали, что это неблагозвучно по-русски, и заменили на «Кортеса». Я отнекивался, говорил, что это как-то слишком нарочито, бульварно, но мне сказали: вот и отлично, должно привлекать читательские массы. И оказались правы. 

В 2004 г. Степаненко переезжает в Москву, где продолжает работать над проектом. Здесь выходит еще несколько книг под авторством Родриго Кортес. 

И я, разумеется, позвонил в «Эксмо»: мол, так и так, я и есть тот самый Кортес. Меня, конечно, приехать пригласили, но отношения у нас сложились не сразу. Насколько я понимаю, у «Эксмо» есть — или были — обязательства перед «Научной книгой» (не перетаскивать авторов и т.д.), и «Эксмо» не хотело их нарушать. Это нормально, но ко мне это не относилось, потому что я уже был в Москве и на саратовцев не мог больше работать просто в силу этого. Это, конечно, был сложный момент для редакторов, потому что вышел «Садовник», был готов большой портфель других книг Кортеса, и все эти рабочие отношения приходилось переналаживать. Они взяли паузу, я тоже стал вполне успешно вести переговоры в других издательствах, и тут они сказали: ну хорошо, давайте работать.

После выхода книги "Толмач" проект закрыли. Общий тираж книг, выпущенных в 2004-2007 гг., составил 50-60 000 экземпляров.

Я, когда писал, был еще не слишком опытен и не понимал, что нельзя вываливать на читателя все, что ты узнал в процессе работы над книгой. А потому с радостью первооткрывателя настрочил все, что узнал о российско-китайских отношениях начала XX века. Мало кто, например, знает, что в 1900 году русские казаки вошли в Пекин. Там вообще довольно много грязного белья, и оно резко не понравилось читателям. Нет, читателя нельзя за это винить — он зачастую покупает книгу, чтобы отдохнуть. Это я допустил техническую ошибку. А издатели допустили ошибку, что не предложили мне подредактировать. Да и у меня, впрочем, рука бы не поднялась. Так и издали. И я сразу почувствовал читательское отторжение. Даже на уровне провинциальных рецензентов. Я передавил, «загрузил». Как врач, который причиняет больше боли, чем необходимо. И эта ошибка поставила крест на всей серии. Ее убил «Толмач».

Также в сети существует еще одна версия. Из-за жестокости в произведениях Родриго Кортеса "Эксмо" получило много жалоб и просьб прекратить публикацию данного автора во избежание волны убийств и насилия. Издательство планировало провести независимую экспертизу романов автора силами отечественных психологов, литературоведов, филологов.

В 2012 г. Степаненко раскрыл свой псевдоним. С тех пор часто публикует в сети свои исторические  и документальные работы.

В 2016 г. вышел новый роман под авторством Родриго Кортес "Фармацевт".

Живет в подмосковном Троицке.

Гордится своей базой данных. По некоторым данным она достигает 57 000 файлов. К примеру, для написания романа "Часовщик" он изучил порядка 5 000 файлов.

Любимая музыка - Луи Армстронг.

Любимые книги - "Во имя четыреста первого или исповедь еврея" Мелихова.

(с) статью составил Smailyk по материалам cloda.plus, axiolog.livejournal, интервью автора Михаилу Визелю «Я не интеллектуал, я бетонщик», blogger, aldanov.livejournal, фантлаб