Автор

Другие имена

Chyomchyom 춈춈 Чум Чум | Chyomchyom | 춈춈

Из-за женщин начинались войны, гибли империи и… свергались Султаны. Саю, молодая девушка в гареме, и не мечтала о какой-то великой любви, её единственной целью было вновь оказаться на свободе. Но… Её красота была цветком, чей нектар захотел изведать старый султан. И, когда девушка была уже готова покориться, её спас один из сыновей Султана — девятый принц Кайнер, который поднял восстание. «Я стал Султаном, потому что это был единственный способ заполучить тебя». Что же ждёт Саю? Ждут ли её теплые объятия влюбленного Султана или же дворцовые интриги хлеще Великолепного века?

— Хотите вернуть паспорт? Он неотрывно смотрел, как ясно блестят её глаза из-под чёлки, которую он сам же ей и обкромсал. — …Верните. — Тогда вам придётся усердно поработать. Стоило Са Рин с трудом прожевать и проглотить мясо, как мужчина тут же протолкнул ей в рот следующий кусок. Она попыталась бы увернуться, но в его руках даже обычная вилка казалась смертоносным оружием. Выбора не оставалось. Она почти не жевала — мясо скользнуло в горло целым куском. — Что я должна сделать, чтобы вы его отдали? — Разве в детстве вас не учили? Если требовать желаемого в лоб, даже верное дело может сорваться. Так что не распускайте язык попусту. Возникло чувство, будто огромный кусок так и не прошёл дальше,…

В горной деревне, расположенной неподалёку от столицы, существовала одна старинная традиция: считалось, что если раз в год в течение ста дней приносить жертву Сан Гуну, то деревню ждёт процветание. — Сан Гун? Раз он требует жертву, уж не нечисть ли это? Хон Ём Ран, второй сын семьи Хон. Обладатель чарующей внешности и ядовитого языка, с которого срываются лишь колкости, именно он был избран в качестве жертвы. Прибыв в горную пещеру, чтобы провести сто дней в молитвах, Хон Ём Ран столкнулся вовсе не с похотливым чудовищем и не с посланником Сан Гуна, а с… — Я принёс поесть! Тебе покушать! Давай начнём с полезного для здоровья. Вот дикий женьшень. Стовосьмидесятилетний. …обычным местным дурачком.

— Может, тогда вы меня трахнете? — Я же спрашивал в первый день, не клеишься ли ты ко мне. Чан Хи Джо прочитал отчаяние в маленькой руке, обхватившей его палец. Может, если завести собаку или кошку, чувство будет похожим? Ему казалось, что это маленькое существо тянется к нему так, словно в целом мире больше никого нет. — Тогда нет, а сейчас — да. Бэк Ён пристально посмотрела на него и приоткрыла рот. Похоже, у неё привычка облизывать нижнюю губу, когда нервничает. Высвободив палец из хватки Бэк Ён, Чан Хи Джо зажал ей рот ладонью. Её большие глаза захлопали. — Это чтоб ты не заржала. Влажное дыхание коснулось пальцев Чан Хи Джо. — Мой первый раз будет только по любви.

Дилан Бейкер — один из наиболее вероятных кандидатов в президенты. Он пользуется абсолютной поддержкой консерваторов, поэтому его главная головная боль — то, что его второй сын, Аарон, гей. К счастью, парня удалось женить и замять назревающий скандал; пускать ситуацию на самотёк было никак нельзя. Законная жена Аарона и по совместительству его лучшая подруга, американка корейского происхождения Ли Ю Ри, стала для него настоящей тихой гаванью. Их брак должен был тихо-мирно завершиться после президентских выборов Дилана, однако спокойная и размеренная жизнь начинает рушиться с появлением Леолуки Кассани! И всё из-за этого бешеного пса с золотыми волосами и пронзительными голубыми глазами! — Я не…

Ей хотелось завести собаку. Пса, который смотрел бы только на неё и жил бы только ради неё. — Одолжи мне У Тэ Гёна. Откажешься — не построишь там свой курорт, Чан Хи Джо. Именно так Ли До Хи одолжила себе пса. Шестимесячный контракт телохранителя. Что останется в самом конце: поводок или чувства? — Я думаю, так что жди. — О чём? Почуяв неладное, У Тэ Гён задал этот вопрос почти с той же интонацией, с какой Ли До Хи недавно выпытывала у него, какой ответ она хочет услышать. Игривая улыбка сошла с лица девушки. Ли До Хи полуприкрыла глаза, словно и впрямь глубоко задумалась, и её пухлые красные губы плотно сомкнулись. — У Тэ Гён. Если я сказала ждать, значит, ты ждёшь. Проговорила она, словно отчитывая…