Автор Гомер

Гомер (греч. Ὅμηρος, лат. Homerus) — первый и наиболее известный из древнегреческих поэтов, признанный основоположник европейской литературы. Ему приписывается создание классических поэм — «Илиады» и «Одиссеи». Согласно сообщению ряда античных авторов (в том числе Цицерона), поэмы Гомера были впервые собраны воедино и записаны по указанию афинского тирана Писистрата или его сына Гиппарха (VI в. до н.э.). «Одно или несколько лиц, мужчина или женщина» — так представляет Гомера Энциклопедия научной фантастики под редакцией Клюта и Лэнгфорда. Немного шаржированное, но в общем-то верное отражение того, что знает о Гомере современная наука, то есть ничего. Действительно, споры о том, был ли автор «Илиады» и «Одиссеи» один, или же их по меньшей мере двое, идут еще с XVIII века. А предположение Сэмюела Батлера (в 1892), что Гомер был женщиной, остается чрезвычайно популярным в англоязычном мире. Роберт Грейвс вообще был убежден, что автор «Одиссеи» — героиня этой же поэмы Навсикая, дочь царя феаков.

По сути Гомер является легендарной личностью, поскольку о нем самом и о его жизни не имеется никаких достоверных сведений. Некоторые считали его современником Троянской войны (начало XII в. до н.э.). Геродот относил время Гомера приблизительно к IX в. до н.э. (по словам Геродота, Гомер жил за 400 лет до него). Большинство современных ученых склонно считать, что Гомер жил в VIII веке до нашей эры, указывая в качестве основного места его пребывания Хиос или какой-либо другой регион Ионии на побережье Малой Азии.

Право считаться его родиной оспаривали многие города и земли. На эту тему имеется знаменитое двустишие:

Ратуют семь городов за исток многомудрый Гомера:
Смирна, Хиос, Колофон, Саламин, Родос, Аргос и Афины.

Названные семь не исчерпывают, впрочем, списка городов-претендентов. Как сообщают Геродот и Павсаний, умер Гомер на острове Иос архипелага Киклады. Вероятно, «Илиада» и «Одиссея» были сложены на малоазийском побережье Греции, заселенном ионийскими племенами, или на одном из прилегающих островов. Впрочем, гомеровский диалект не дает точных сведений о национальной принадлежности Гомера, так как представляет собой сочетание ионийского и эолийского диалектов древнегреческого языка.

Покрыто тайной и имя сказителя (писаной литературы еще не существовало). Значение имени «Гомер» (оно впервые встречается в VII веке до н. э., когда Каллин Эфесский назвал его автором «Фиваиды») пытались объяснить ещё в античности, предлагались варианты «заложник» (Гесихий), «следующий за» (Аристотель) или «слепец» (Эфор Кимский), позднее высказывались предложения приписать ему значение „слагатель“ или „аккомпаниатор“. Некоторые считают, что в своей ионийской форме имя Ομηρος — практически наверняка реальное личное имя, другие (например Энциклопедия Брокгауза и Ефрона) полагают иначе:

Все же форма имени (его прозрачная этимология от homo — «с» и корня ar — «прилаживать», сравни hodegos — «путеводитель», от hodog «путь» и корня ag — «вести») обличает в нём героя-эпонима так называемых гомеридов, древнейшей школы эпических певцов-сказителей, к которым он относился так же, как и несомненно мифический Дедал к дедалидам, древнейшей школе ваятелей.

Традиционно Гомер изображается слепцом. Наиболее вероятно, что это представление исходит не из реальных фактов жизни Гомера, а представляет собой реконструкцию, характерную для жанра античной биографии. Поскольку многие выдающиеся легендарные прорицатели и певцы были слепыми (например, Тиресий), по античной логике, связывавшей пророческий и поэтический дар, предположение о слепоте Гомера выглядело весьма правдоподобным. Кроме того, певец Демодок в «Одиссее» слепой от рождения, что также могло восприниматься автобиографично. В любом случае, уже начиная с эллинистических времен в искусстве Гомер изображался в виде вдохновенного слепого старца. Лучшим бюстом Гомера, по мнению энциклопедии Брокгауза и Ефрона, является бюст в Сансуси, вероятно, произведение родосской школы.

Уже во времена классической эпохи Древней Греции Гомер считался классиком и прародителем литературы. Система образования была построена на изучении поэм Гомера. Они заучивались частично или даже полностью, по их темам устраивались декламации. Эта система была заимствована Римом, где место Гомера с I в. н. э. занял Вергилий. Главное произведение римской литературы — героический эпос «Энеида» Вергилия представляет собой подражание «Одиссее» (первые 6 книг) и «Илиаде» (последние 6 книг). Влияние гомеровских поэм можно усмотреть практически во всех произведениях античной литературы.

Во времена средневековья в Европе Гомер был почти забыт (в первую очередь, из-за незнания древнегреческого языка), однако сюжет Троянской войны оставался хорошо известен благодаря латинским романам Дарета и Диктиса.

В Византии же Гомера читали и тщательно изучали. До настоящего времени сохранились десятки полных византийских рукописей гомеровских поэм, что беспрецедентно для произведений античной литературы. Кроме того, византийские ученые переписывали, компилировали и создавали схолии и комментарии к Гомеру. Комментарий архиепископа Евстафия к «Илиаде» и «Одиссее» в современном критическом издании занимает семь томов.

В последний период существования Византийской империи и после её крушения греческие рукописи и ученые попадают на Запад, и эпоха Возрождения заново открывает для себя Гомера. Данте Алигьери помещает Гомера в первый круг Ада как добродетельного нехристианина.

В России фрагменты из Гомера переводил ещё Ломоносов, первый большой стихотворный перевод (шесть книг «Илиады» александрийским стихом) принадлежит Ермилу Кострову (1787). Особенно важны для русской культуры переводы «Илиады» Николая Гнедича (закончен в 1829), который был выполнен с оригинала с особенной тщательностью и очень талантливо (по отзывам Пушкина и Белинского), и «Одиссеи» В.А. Жуковского.

Помимо «Илиады» и «Одиссеи» Гомеру приписывали целый ряд более поздних стихотворений и поэм, автором которых он никак не мог быть, ряд из них — «Гомеровы гимны», «Война мышей и лягушек» («Батрахомиомахия») — мы включили в библиографию.

Фантастическое в творчестве автора

Разница между двумя поэмами ярко проявляется как раз в отношении к фантастическому. В «Илиаде» мы встречаем разве что семейные сцены между небожителями да их вмешательство в войну (впрочем, невидимое для смертных). В 18-ой песни упоминаются помощницы Гефеста, девы, сделанные из золота:

...прислужницы, под руки взявши владыку,

Шли золотые, живым подобные девам прекрасным,

Кои исполнены разумом, силу имеют и голос,

И которых бессмертные знанию дел изучили.

Это место часто называют первым в мировой литературе изображением роботов (андроидов).

Троянская война (с участием богов) — одна из сюжетных линий дилогии Дэна Симмонса «Троя».

«Одиссея» же изобилует волшебными предметами, магическими действиями, чудесными местами. Каждый остров, посещенный Одиссеем, это вариант потустороннего мира. Путешествует Одиссей и в настоящий потусторонний (загробный) мир, ко входу в Аид. Чтобы достичь его, плывет на юг, но при этом оказывается почему-то далеко на Севере, в стране киммерийцев, где царит вечный сумрак. Там, где Коцит и Флегетон вливаются в Ахеронт, Одиссей свежей кровью приманивает мертвецов, бесплотные тени, потерявшие память о земной жизни. Среди пришедших (их приходится отгонять мечом) и мать Одиссея — а он даже не знал, что она умерла. Однако он ждет одного нужного — прорицателя Тиресия. Тиресию он дает напиться жертвенной крови и получает пророчество о своем дальнейшем пути. После этого он дает кровь матери, которая рассказывает ему о домашних делах, а затем Ахиллу и Агамемнону (что Агамемнон убит, Одиссей тоже не знает). В ответ на замечание Ахиллу, что он здесь царствует над мертвыми, тот говорит, что лучше быть последним батраком на этом свете, чем царем на том. На сегодняшний вкус это наиболее впечатляющий эпизод поэмы.

Теряют память лотофаги, поедатели лотоса, но зато приобретают блаженство. Теряют память, а равно и человеческий облик околдованные Цирцеей спутники Одиссея, но это колдовство обратимо.

Само слово «одиссея» превратилось в нарицательное, обозначающее путешествие, сопряженное с опасными приключениями. Одиссей стал восприниматься как образец вечного путешественника, одержимого жаждой странствий и поисками неизведанного (хотя в поэме он плывет на родину и даже отказывается от предложенного бессмертия ради возвращения домой).

«Одиссея» стала сюжетным архетипом для жанра «фантастического путешествия», от «Аргонавтики» Аполлония Родосского и пародийной «Правдивой истории» Лукиана до «Путешествий Гулливера» Свифта и «Необыкновенных путешествий» Жюля Верна.