Онлайн чтение книги Любовь моя, я хочу убить тебя Love, I want to kill you
3 - 102

— Кто ты?..

Растерянная Жизель тоже спросила на языке Констанца.

— Лоренц фон Айзенхардт.

Жизель не смогла усмехнуться над именем, которое мужчина произнес с самодовольством. Потому что это имя действительно было знаменитым.

Лицо дяди наложилось на лицо вражеского офицера, которое она когда-то видела в газете. Мужчина с насмешкой посмотрел сверху вниз на Жизель, которая, широко раскрыв глаза, не могла оторвать от него взгляда и лишь часто моргала, и искривил губы.

— Ты тоже слышала о моей дурной славе.

Если бы она не слышала, она не была бы жительницей Мерсии.

Стальной Грифон или Бледный Ворон. Герой вражеской армии, который за один месяц сбил сто истребителей нашей армии и унес бесчисленное количество жизней. Имя, от которого любой гражданин Мерсии содрогался от страха и ненависти, и которое было объектом зависти среди мальчишек, чьи пустые головы были заполнены гормонами вместо мозгов.

Лоренц фон Айзенхардт.

Этот тип — тот самый человек?

— Не верится?

Жизель кивнула и пробормотала:

— Я слышала, что он умер...

— Знаешь, как я умер?

— Наша армия его убила...

— Как думаешь, кто руководил этой операцией по ликвидации?

Неужели.

— Дядя?..

— Как и ожидалось, лучшая ученица не ошибается.

Дядя был «Палачом»?

Если у Констанца был Стальной Грифон, у Мерсии был Палач. Командир отряда убийц без лица и имени, ставший легендой, действуя в тени во время прошлой войны.

— Да, я — душа солдата, которого убил твой дядя. Если бы мы сражались лицом к лицу на поле боя и я проиграл, я бы признал поражение как мужчина, но убить меня подлой уловкой? Эдвин Экклстон, пока я не проучу эту трусливую крысу, я ни за что не уйду. Теперь понимаешь, как душа врага прицепилась к твоему дяде?

Какое там понимание. Я даже еще не до конца осознала услышанное. Мужчина насмехался над сбитой с толку Жизель.

— Дядя никогда такого не говорил? Послушная и глупая собачка, которая слушает только дядю, сейчас в своей маленькой, если не сказать убогой головке думает именно об этом?

Действительно, среди множества фраз, перепутанных в голове, была и такая мысль.

— Почему этот ублюдок не сказал? «Жизель, я расплатился твоим телом за грех убийства человека». Так он сказать не может.

Округлые глаза Жизель стали свирепыми.

— Если отомстил, почему не проваливаешь?

— Потому что еще не закончил. Не интересно, каков будет финал моей мести?

— Что ты еще собираешься сделать?..

— Очевидное. В конце я вернусь на свою родину. Для меня это возвращение, но для великого майора Экклстона из Мерсии это будет предательством.

Как только лицо Жизель мгновенно побелело, уголки губ дьявола еще глубже врезались в щеки.

— А, еще рано пугаться. Самое страшное впереди. Если это случится, ты больше никогда не увидишь своего дядю.

Нет.

— До самой смерти. Никогда.

Ни за что.

— Не хочешь этого?

Жизель кивнула.

— Тогда, чтобы он не ушел, крепко держи член дяди своей вагиной. Поняла?

На этот раз она тупо покачала головой. Гладкий лоб мужчины, демонстрировавшего высокомерное спокойствие, резко нахмурился. Это был момент, когда все перевернулось.

— Ты умеешь управлять самолетом?

В одном исследовании случая диссоциативного расстройства личности одна из личностей пациента утверждала, что она выдающийся математик, но не могла правильно выполнить деление трехзначных чисел. Потому что сам пациент никогда не ходил в школу.

Дядя никогда не учился управлять самолетом. Жизель в этом уверена, потому что это было из-за нее.

Если этот тип знает, как управлять самолетом, она поверит, что в него действительно вселился Лоренц фон Айзенхардт, но если нет — это просто жалкое хвастовство, странная химическая реакция в мозгу.

— Хочешь доказательств? С удовольствием. Покажу, как только закончится дождь. Но я больше не вернусь.

— Нет, нет. Не надо показывать. Вместо этого ответь только на одно, и я поверю и пересплю с тобой.

Мужчина сузил глаза, словно ему не понравилось снисходительное выражение, будто она делает одолжение, но вскоре кивнул, глядя на Жизель сверху вниз, словно это он великодушно предоставляет ей возможность спросить.

— Спрашивай что угодно.

— Тогда скажи, почему модель двести девять компании «Штальшмидт» из Констанца, побившая тогда мировой рекорд скорости, так и не была введена в бой во время инцидента в Шванхо?

Правильный ответ: потому что, хотя его и разрабатывали как истребитель, система охлаждения двигателя заняла почти всё пространство крыльев, так что не удалось установить пулеметы или пушки.

Мужчины — болтливые существа, стоит только появиться возможности, они начинают чесать языками, хвастаясь знаниями и соревнуясь. Что уж говорить о военной части, где собраны одни мужчины. Уши вяли всё время, кроме часов сна.

От того, как выбрать место для закладки мин с максимальным уроном, до того, как получить скипидар из сосны. Одно из бесполезных обрывочных знаний, которые она нахваталась, живя в военной части вслед за дядей, наконец-то пригодилось.

Дядя, офицер сухопутных войск Мерсии, вряд ли знает позорную историю провала разработки истребителя частной компанией вражеской страны. Но человек из Констанца, да к тому же ас ВВС, который был ровесником дяди и в то время уже служил, должен это знать.

Дядя, видимо, действительно не знает.

— ...

Судя по тому, что этот тип не знает.

Глядя в лицо, которое по мере затягивания молчания не могло скрыть признаков поражения, Жизель мысленно послала запоздалую благодарность какому-то пилоту ВВС, чье имя она уже забыла, который болтал, лежа на койке в полевом госпитале.

— Значит, вы не барон Лоренц фон Айзенхардт, мистер Мошенник?

Жизель наклонила голову настолько, насколько позволяла грубая рука, державшая ее, и часто захлопала широко открытыми глазами. Это был невинный жест, хотя она знала, что это будет выглядеть раздражающе.

Мырг.

Мырг.

Мырг.

Даже когда она медленно моргнула в третий раз, реакции мужчины не последовало. Он лишь смотрел на Жизель холодным взглядом.

Губы пересыхают. Облизывать нельзя. Если покажешь, что нервничаешь — проиграешь в битве характеров. Жизель изо всех сил сфокусировала взгляд, который всё время порывался сбежать в угол, на пронзительном взгляде мужчины.

Пф.

Тот, кто первым отведет взгляд — проигравший, это неписаное правило битвы. Мужчина усмехнулся и закатил глаза, словно говоря, что эта козявка ведет себя довольно раздражающе. Он облизнул пересохшую нижнюю губу, прикусил ее и снова усмехнулся.

Это была вся реакция проигравшего.

Когда Жизель оскорбила его, сказав, что он даже не паразит, всё, что сделал этот тип, не совладав с гневом — это схватил ее за лицо. С тех пор он пытался подавить дух Жизель только словами.

Безосновательное предчувствие, что он не будет вести себя более жестоко, оправдалось. Странная интуиция, что он, злясь из-за того, что не может сломить Жизель, в то же время наслаждается этой перепалкой, тоже может оказаться верной. Получив уверенность в своей безопасности, Жизель перестала бояться.

— Эй, мистер Мошенник. А есть что-нибудь, что вы умеете делать сами, без способностей дяди? Нет же?

Улыбка снова начала исчезать с лица мужчины, но Жизель не замолчала.

— Как бы хитро ты ни крутил мозгами, это мозги дяди. Тело, которым ты пытаешься переспать со мной — тоже дядино. У тебя нет ничего своего. Безбилетник, который без спроса пользуется всем чужим, должен быть благодарен, мм...

Рука, которая на мгновение ослабла, с силой сжала щеки Жизель. Сквозь стиснутые зубы, обнажившиеся в вымученной улыбке мужчины, снова прорвался язык Мерсии.

— У меня есть моя собственная способность, которой нет у твоего дяди.

— Какая?

— Способность убивать людей языком.

Добавление о том, что он не убивает своими руками, прозвучало многозначительно не просто так.

— Стальной Грифон или кусок металлолома — это на самом деле не имеет значения. С оружием кто не сможет убить?

Мужчина сказал, что только словами довел двух человек до самоубийства. Одного надзирателя в лагере для военнопленных и одного профессора.

— О профессоре ты тоже, наверное, знаешь.

— Профессор Флетчер?..

И не только. Если считать тех, кто погиб в перестрелке, которую он спровоцировал в лагере, то на данный момент его языком было уничтожено всего семь жизней.

Вот этим красным языком, который сейчас медленно облизывает нижнюю губу перед глазами Жизель. Взгляд, мгновенно превратившийся во взгляд хищника, придавил Жизель. По коже пробежал мороз.

— Жизель Бишоп, ты тоже хочешь покончить с собой?

— Что?..

Жизель, ошеломленно глядя на мужчину, который был предельно серьезен, вдруг прыснула со смеху.