Онлайн чтение книги Любовь моя, я хочу убить тебя Love, I want to kill you
3 - 118

Звук пера, скребущего по бумаге, доносился едва слышно. Он внезапно нахмурился, но это было вызвано не тем, что ему мешало то, как доктор записывает улики.

Не вижу.

В момент съезда с шоссе перед глазами всё потемнело, и воспоминание оборвалось. Чтобы снова пойти по следу воспоминаний, нужен был проводник, но белого слона преследовать уже было нельзя. Эдвин поспешно попытался найти и ухватиться хоть за что-то, что могло стать зацепкой в той ситуации.

— С сегодняшнего дня ты моя. Я заключил сделку с герцогом. Герцог отдает тебя мне, а я взамен буду сидеть тихо. Так что...

Ложь, которую тот тип произнес прямо перед въездом в Ричмонд.

Так что...

Что он сказал дальше?

— Если ты не будешь вести себя смирно, у дяди будут неприятности.

— ...

— Поняла? Отвечай.

— Я не разговариваю с тем, что не является человеком.

— Хочешь сказать, что поймешь, только если вместо слов мы смешаем тела?

За головой Жизель, которая сверлила его взглядом, полным смертельной ненависти, промелькнула знакомая статуя. Пейзаж центра Ричмонда попал в поле зрения, но прежде чем он успел определить направление движения, воспоминание снова оборвалось.

Наблюдая за сильно вздымающейся грудью и быстро движущимися под веками глазами, доктор, поняв, что пациент ведет отчаянную борьбу за возвращение на орбиту памяти, задал вопрос, который мог бы помочь.

— Где в центре Ричмонда вы вышли из машины?

Нужно было это выяснить, но ничего не приходило в голову. Возможно, падение с орбиты, по которой он благополучно следовал, произошло по вине того дьявола. Он начал мешать, как только Эдвин действительно стал находить воспоминания.

Нужно скорее найти место, где спрятана Жизель, и сообщить доктору, пока тот тип снова не захватил его тело. В этот момент, когда его охватила нетерпеливость и концентрация начала рассеиваться...

— Вы видите реку Коннат?

В тот момент, когда доктор спросил, перед глазами появилась река, пересекающая Ричмонд.

— Вижу.

Но это была не дорога через реку. Он смотрел на реку с огромной высоты.

— Вид получше, чем из подвала, верно?

Стоя у окна в помещении.

— И окон, которые можно разбить, чтобы сбежать, много.

Если разбить окно и перелезть, высота такая, что смерть будет мгновенной.

— Мисс Пиявка, нужно платить за то, что тебя вырастили.

— Не хочу! Ах, не делай, этого, а-ах!

Сцена перед глазами сменилась. Он схватил пытавшуюся сбежать Жизель, повалил на пол и задрал юбку. С целью подавить сопротивляющегося ребенка, он, не сняв белья и не надев презерватив, сразу пронзил её членом.

— Ха-а, как и ожидалось от пиявки, ы-ы, отлично присасываешься.

Он показывает воспоминание о грубом изнасиловании Жизель, чтобы спровоцировать эмоции и разрушить концентрацию. Однако Эдвин не поддался уловке дьявола и спокойно описал пейзаж за окном.

— Северная сторона реки Коннат. Высота более тридцати этажей. Видны мэрия и Национальная площадь, а также...

Он хотел сказать, что здание находится к востоку от Королевского дворца, но...

— Здание расположено к западу.

Его рот указал противоположное направление. Тело было захвачено.

— И... Черт... Слишком темно, плохо видно.

На попытки доктора получить больше подсказок он притворялся, что не может разглядеть, сколько бы ни старался. Пока доктор сам не предложил закончить на этом.

— Но даже этого достаточно, чтобы значительно сузить зону поиска.

Тот тип получил записку с ложной информацией, передал её ожидавшему снаружи Лойсу и приказал искать. Эдвин, запертый в собственном теле, наблюдал, как Лойс, не подозревая, что его снова обманул дьявол, радостно уходит.

— Доктор, не знаю, как выразить вам свою благодарность. Если бы не вы...

Дьявол с наглой непринужденностью произносил слова благодарности и просьбы, которые мог бы сказать Эдвин, доктору, помогшему найти местонахождение Жизель всего за два дня.

— Понимаю, что прошу о многом, но, возможно, потребуется еще гипнотерапия, не могли бы вы задержаться в Ричмонде, пока мы не найдем девочку?..

— Ну, это немного...

— Тогда прошу подождать хотя бы сегодня. Как только найдем её, я сразу же достану билет на поезд и отправлю человека, чтобы проводить вас.

— Хорошо, подожду до завтрашнего утра.

— Спасибо.

Притворившись, что задерживает доктора Галлоуэя, он заставил его уехать уже через день. Дьявол так легко сыграл роль Эдвина и всех обвел вокруг пальца.

Тебе меня не победить.

Эдвин услышал высокомерный шепот дьявола. Даже потеряв контроль над телом. Пока дьявол, обманув даже охрану и смешавшись с утренней толпой, направлялся к месту, где спрятал Жизель, он наблюдал за каждым моментом. Дрейфуя в черной воде под люком.

Смотри. Эта битва еще не закончена.

* * *

Надежду сбежать своими силами она оставила.

Единственный выход — входная дверь — был заперт снаружи и изнутри, к тому же она была такой огромной и толстой, как дверь банковского хранилища, так что сломать её силой или инструментами было невозможно.

Она пробовала кричать в щель с просьбой о помощи, но вряд ли кто-то поднимется в лифтовой холл на верхнем этаже, который занимает весь этаж без соседей. В надежде, что соседи есть этажом ниже, она топала так, что пол трясся, и даже опрокидывала мебель, но вот уже третий день никто не приходил жаловаться.

Из этого проклятого пентхауса нет выхода. Можно сойти с ума от тоски.

Так я провалю экзамены.

В непрерывно трясущемся поле зрения университет Кингсбридж казался маленьким, как кукольный домик. В то время как друзья слушают лекции, я заперта здесь и принимаю в себя мужчину. Вид кампуса вскоре затуманился и исчез.

— Плачешь?

— Ы-ы...

В тот момент, когда мужчина, сидящий в позе лотоса с Жизель на коленях, схватил её за затылок и потянул назад, крупные слезы посыпались на его и её грудь.

— На что смотрела, что заплакала?

Сверля Жизель взглядом, он спросил низким голосом, похожим на рычание свирепого зверя. Ни в тоне, ни в выражении лица не было и тени смеха.

Вернувшись всего через несколько часов после ухода, мужчина выглядел крайне недовольным и всё утро вел себя нервно, как зверь, от которого не знаешь, когда он бросится. Это было даже опаснее, чем когда он внезапно переменился, играя на пианино в павильоне Наяд.

Что, черт возьми, произошло между рассветом и утром?

Мужчина не говорил. Вернувшись, он лишь снова вторгся в Жизель, требуя утешить его. И, в отличие от обычного, не мог сосредоточиться и вел себя нетерпеливо всё время, пока они были вместе.

— Университет?

Обернувшись, мужчина сразу понял, на что смотрела Жизель, пока двигала бедрами, сидя на нем.

— М-м...

Он одной рукой так сильно сжал обе щеки Жизель, что стало больно, заставив её не отворачиваться. Смотри только на меня.

— Ты же теперь моя. Твой дядя продал тебя мне. Если благодарна дяде за то, что он растил тебя как принцессу, нечего думать об университете, пока трясешься на его члене.

Она смотрела всего лишь на университет, а не на другого мужчину, но в его глазах сверкнуло безумие, словно он сошел с ума от ревности.

— А? Пиявка, знай свое место.

Кто тебя обидел, что ты на мне срываешься? Жизель, которую тоже охватил гнев, хотелось сойти с ума вместе с ним. Но нынешняя бешеная собака не рассмеется, если Жизель её укусит.

— Отрабатывай свое воспитание.

Жизель, стиснув зубы и сверля мужчину взглядом, послушно приподняла ягодицы, которые на мгновение замерли. Бугристый толстый кол, глубоко сидевший в животе, медленно выскользнул, длинно царапая плоть. Нежеланное удовольствие вспыхнуло внутри неё как искра, и Жизель мелко задрожала; мужчина выдохнул грубый стон между её обнаженными грудями.

— Ы-ыт...

Он застонал, как задушенный, потому что Жизель сжала его головку, застрявшую у входа во влагалище, своей плотью так, словно хотела раздавить.

— Ха-а, не знаю, почему ты упрямишься и сама двигаешь бедрами на мужчине, которого ненавидишь, но техника у тебя становится всё лучше. Как и ожидалось от лучшей студентки, учишься быстро... ык...

Мужчина не смог договорить, когда Жизель резко опустила ягодицы. Член, который входил внутрь с бешеной скоростью, остановился прямо перед тем, как ударить в шейку матки. Жизель остановилась намеренно.

Скрип, скрип, скрип.

Было бы удобно просто поднимать и плюхать задницу, но, регулируя глубину и раскачивая бедрами, она чувствовала, как бедра горят от боли.

Жизель поддерживала форму теннисом и прочим, но сегодня быстро выдохлась. Она не успела восстановить силы, потраченные на то, чтобы весь день ломать ванную в хижине, а мужчина мучил её каждый день — откуда взяться силам?

— Помочь?

— Ах, не хочу.

Мужчина схватил ягодицы Жизель руками, раздвинул их и начал трясти её вверх-вниз. Конец члена, безжалостный, как дубина, вторгся за черту, которую Жизель провела для себя.