Онлайн чтение книги Любовь моя, я хочу убить тебя Love, I want to kill you
4 - 152

Удача на ее стороне. Вернее будет сказать, что это заслуга того, что она настолько опытный стратег, что способна перетянуть на свою сторону даже саму судьбу.

Несколько десятилетий назад королева благодаря своей хватке заполучила желанного мужчину. У него уже была возлюбленная, с которой он поклялся провести всю жизнь. Тем не менее, он не женился и объявил о безбрачии из-за разницы в статусе.

Загнав ту женщину в безвыходное положение, вынудившее ее выйти замуж за другого, она отвоевала своего нынешнего мужа. Хоть у него и не было доказательств, он знал, чьих это рук дело. Он стал принцем-консортом исключительно ради мести и на протяжении всей семейной жизни постоянно изменял, наплодив множество бастардов и втоптав в грязь репутацию королевы.

И всё же она ни о чем не жалела. Ведь она получила то, что хотела.

Однако королева не желала, чтобы ее драгоценная, с таким трудом доставшаяся дочь, тоже ступила на этот тернистый путь любовных интриг.

Когда дочь, так на нее похожая, вознамерилась повторить ее стратегию завоевания мужчины, королева решила перевернуть собственный план и остановить дочь, наоборот, подсунув герцогу женщину. Естественно, что единственная девушка, о которой ходили слухи как о любовнице герцога, стала главной кандидаткой.

Тайное расследование принесло крайне любопытные результаты. Оказалось, что прошлым летом герцог воспользовался своей властью, чтобы сослать юношу, с которым встречалась эта розелианская сиротка, в тренировочный лагерь и разлучить их.

До этого момента всё можно было списать на действия опекуна, отваживающего дурного парня от подопечной, но остальные факты указывали совершенно в ином направлении.

— Говорят, прошлой осенью Жизель Бишоп надолго бесследно исчезла.

В этот период герцог арендовал один пентхаус в центре Ричмонда, но после переполоха с разбитыми окнами больше им не пользовался. Говорили, что время совпадает с тем, когда Жизель Бишоп снова появилась.

— И говорят, что сразу после этого она посещала гинекологическую клинику.

Как и ожидалось, герцог оказался таким же кобелем из рода Экклстонов. Причем самым омерзительным. Внешне строил из себя чистого и воздержанного, а за спиной у всех и впрямь вырастил розелианскую сироту, чтобы сделать ее своей любовницей.

Однако Елена по-прежнему отказывалась верить в правду. Поэтому королева решила обнажить истину так, чтобы никто не смог ее отрицать. Затмить разум одной девчонки, оказавшейся в ее руках, и спровоцировать ее на импульсивный поступок не стоило никакого труда.

Королева издала удовлетворенный вздох, наблюдая за тем, как изменился взгляд дочери, устремленный на герцога.

Этот виноград — гнилой. Теперь ее маленькая лисичка покорно отвернется и отойдет от виноградной лозы.

Ведь наследная принцесса, воспитанная с исключительным чувством собственного достоинства, не сможет вынести унижения от необходимости ревновать к какой-то жалкой розелианке.

Дитя мое, тебе еще далеко до того, чтобы победить меня.

* * *

Сидящая на диване Жизель уткнулась лицом в обхваченные руками колени, поэтому ее выражения не было видно. Когда он открыл дверь до конца и вошел, Доусон, наблюдавшая за ней с жалостью во взгляде, проворно сменила выражение лица и поднялась.

— Вы пришли, майор.

При этих словах Жизель медленно подняла растрепанную голову. Глаза опухли от слез, а уголки покраснели.

Эдвин знаком велел Доусон выйти и сел рядом с Жизель. Девочка, словно стыдясь своего вида, отвернулась, поспешно вытирая глаза и убирая прилипшие к лицу волосы. Он думал, что после этого она посмотрит на него, но она низко опустила голову, глядя лишь на свои руки, сжимающие носовой платок.

Ее маленькие плечи тяжело вздымались из-за глубоких вдохов. Как только плечи опустились, с губ Жизель сорвались слова извинений, словно заготовленные заранее.

— Дядя, простите. Должно быть, на меня нашло какое-то наваждение.

Она вела себя как ребенок, который все время, пока ждал Эдвина, до смерти боялся, что его отругают, когда он придет.

За что мне тебя ругать? В чем ты виновата?

— Это моя вина, и я не пытаюсь переложить ее на других, но...

— Жизель.

— М-можно, прежде чем вы скажете, вы сначала выслушаете меня?

То ли неправильно поняв, что Эдвин собирался сказать, Жизель принялась торопливо тараторить о причинах, побудивших ее поцеловать его на глазах у высокопоставленных лиц, словно человек, у которого, если не сейчас, то больше никогда не будет шанса высказаться.

— Поэтому я собиралась рассказать вам о плане наследной принцессы... я хотела только этого, и всё...

Речь замедлилась и в конце концов оборвалась. Жизель, спрятав лицо в ладонях, еще раз извинилась тонким, срывающимся от плача голосом.

— Должно быть, в тот момент я ненадолго сошла с ума... Мне правда, правда очень жаль.

Эдвин одной рукой обнял ее заметно поникшие маленькие плечи. Жизель вздрогнула и медленно подняла голову. Лишь тогда ее светло-голубые глаза, обращенные к Эдвину, в смятении задрожали.

— Жизель, твоей вины здесь нет.

Эдвин с болью во взгляде смотрел на ее юное, лишенное косметики лицо — весь тот макияж, что она старательно нанесла, чтобы выглядеть взрослее ради визита во дворец, полностью стерся. Он осторожно смахнул большим пальцем влагу, скопившуюся в покрасневших уголках глаз.

— Если чья-то вина здесь и есть, так это того человека, который загнал тебя в такую ситуацию.

Эти слова не подразумевали самого Эдвина или дьявола в его голове.

— Ты случайно не пила сегодня алкоголь во дворце?

Жизель широко распахнула глаза, словно это был совершенно неожиданный вопрос.

— Нет. Я пила только сок, который вы мне дали.

Однако во время поцелуя Эдвин почувствовал запах алкоголя в дыхании Жизель. А это значило, что в бокале, который он взял у официанта и передал ей, было спиртное.

— Ты не почувствовала вкуса алкоголя?

— Совсем нет...

Жизель, безучастно глядя в пустоту, описала напиток, который выпила.

— Он был очень сладким и с резким вкусом, так что даже язык пощипывало, но...

— Значит, они подмешали крепкий алкоголь, а вкус спиртного замаскировали газировкой и сиропом.

— Ах... То-то у меня голова закружилась.

Напиток Эдвина был таким же, как у Жизель, но в нем не было ни сладости, ни газировки.

— Это означает, что тот, кто спланировал этот заговор, уже знал, что первый бокал с напитком я отдам тебе.

Точно так же, как в прошлый раз на приеме по случаю посвящения в рыцари.

— С чего бы фрейлинам, которые должны держать рот на замке, болтать о планах наследной принцессы в туалете, куда заходят другие люди? Они знали, что ты там, и разыграли спектакль, чтобы ты услышала. То, что ты испачкала одежду и пошла в уборную — все это тоже было по сценарию этого человека.

— Тогда чьих же это рук дело?..

— Если ты узнаешь, кто это, то и у тебя, как и у меня, пропадет всякая преданность этому королевству.

Озадаченное лицо вмиг побледнело от изумления. Жизель с недоверием произнесла правильный ответ.

— Ее Величества королевы?..

Хозяйка места, где сегодня произошел инцидент. Единственным человеком, обладающим властью с легкостью провернуть любые уловки, достаточно аморальным, чтобы сделать это без малейших угрызений совести, и единственным, кому было бы выгодно, чтобы Жизель совершила импульсивный поступок, был только монарх.

— Зачем ей так... Ах... Боже мой...

Жизель сама поняла мотивы монарха. Оттого ли, что она могла это понять, но не осознала вовремя, стало еще мучительнее, и ее бледное лицо исказилось. Снова спрятав голову в ладонях, она затряслась всем телом — ее маленькие плечи задрожали.

— А я даже не подозревала... Ах, что же делать... Простите...

— Жизель, даже я, повидавший в обществе всевозможные интриги, не ожидал, что она протянет свои руки к тебе. И как бы ты смогла раскусить уловку такой опытной лисы? Твоей вины нет. Так что не вини себя. А что касается сегодняшнего...

Все фотографии были конфискованы и уничтожены, но стереть воспоминания из голов свидетелей невозможно. Он надеялся, что этот инцидент тихо пройдет как небольшой переполох в высшем обществе, но дела не всегда складывались так, как хотелось.

— Я сам со всем разберусь, а тебе нужно просто оставаться в стороне. Что бы ни случилось.

* * *

Слух об инциденте на новогоднем приеме во дворце в мгновение ока разнесся по всему кампусу.

Хоть там и не было студентов Кингсбриджа, но наверняка присутствовали их родители или родственники. Теперь, стоило ей увидеть шепчущихся людей в лекционном зале или библиотеке, как казалось, что они судачат о ней.

«Эта блондинка и есть та сумасшедшая розелианская сирота, которая украла поцелуй у герцога Экклстона во дворце».

Каждый раз в такие моменты Жизель изо всех сил старалась не оглядываться в их сторону и смотреть только вперед. Она держалась, веря, что если вести себя так, будто ничего не было, словно это просто пустые слухи, то однажды всё само собой утихнет и исчезнет из всеобщей памяти. Но, к ее несчастью, скандал разгорелся с огромной силой.

Возлюбленная герцога Экклстона — не наследная принцесса, а розелианская сирота?

Желтая пресса опубликовала статью об этом событии. Из-за этого то, что Жизель поцеловала дядю на глазах у наследной принцессы и королевы, стало известно всей стране.

Гиены, которые и в обычное время рыскали вокруг в поисках слабостей героя, которых у него быть не могло, с того момента пришли в неистовство и начали безжалостно рвать дядю на куски.

Всевозможные бульварные газетенки наперебой изрыгали спекулятивные статьи, и, словно ослепнув в желании привлечь больше внимания, чем конкуренты, они провокационно выдумывали то, чего никогда не было, выдавая это за правду. Фальшивые разоблачения о том, что дядя и Жизель состоят в тайных любовных отношениях, были еще самым безобидным из того, что они писали.