22 XXI
Если, миновав наш дом, продолжать подниматься по той же дороге, по пути попадется еще десяток стареньких домиков, несколько садовых оград, а потом — одни лишь пустынные горы, тропинки, ведущие к вершинам через чайные плантации, кусты камелий, колючки и скалы. И все эти горы, обступающие Нагасаки, усеяны кладбищами; веками сюда поднимают мертвецов.
Но в японских захоронениях нет ничего печального, ничего ужасного; такое впечатление, что у этого инфантильного[37]Инфантильный — по-детски недоразвитый. и легкомысленного народа даже смерть не принимается всерьез. Над могилами возвышаются гранитные Будды, сидящие в цветках лотоса, или могильные столбики с золотыми надписями; небольшое пространство для кладбища выгораживается прямо посреди леса или на живописно расположенных естественных террасах; добраться туда, как правило, можно по длинным каменным лестницам, устланным мхом, время от времени проходя под священными портиками,[38]Портик — крытая галерея с колоннадой или арками, прилегающая к зданию. по форме всегда одинаковыми — простыми и грубыми, в уменьшенном виде повторяющими портики храмов.
Горные надгробья, расположенные над нами, такие древние, что не внушают страха даже ночью. Это район заброшенных кладбищ. Похороненные здесь мертвецы давно истлели в земле. Тысячи серых столбиков и множество старых маленьких будд, изъеденных лишайниками, теперь всего лишь напоминание о целой веренице жизней, предшествовавших нашему существованию и бесследно канувших в таинственную бездну времени.