Оцените Момотаро

Человек, который всю жизнь читает, не может представить свою жизнь без книг, он черпает из них знания и информацию. Тяжело представить, как можно забыть все то, что смог узнать на прочитанных страницах, однако иногда случается и такое...

«Портрет дамы с жемчугами»-один из лучших романов известного японского писателя Кикути Кан (1881-1948).Писателю удался главной героини романа, бросившей дерзкий вызов японскому обществу начала ХХ века. Конечно, Кикути не первый в японской литературе обратился к теме неравноправия женщин, но он сумел наделить свою героиню такими волевыми и интеллектуальными чертами, которых не было у прежних героинь японской литературы.

Автор этой книги родился и вырос в семье бураку, японских неприкасаемых, людей, которые до последнего времени не могли вступать в браки с обычными японцами, которые могли заниматься лишь черной работой. Этим людям были закрыты все пути к богатству, кроме незаконных, все пути к образованию, кроме самообразования, и все выходы из их переулков и нищенских деревень, кроме, разве что, смерти. Но автор вовсе не настаивает на том, чтобы неприкасаемые были приняты в ряды одетых в костюмы служащих, у которых нет друзей, а есть сослуживцы, для которых не существует благородства, а есть только закон. Для автора описанная им семья и деревня, так похожая на его родину, - последнее прибежище живой души в стране,…

Название данного произведения Д.Танидзаки выбрал не случайно. Снег издавна считался в Японии объектом эстетического любования, наравне с сакурой или красными осенними кленами, поэты воспевали красоту снега с самых древних времен. Произведение выдержано в традициях реализма, написано в жанре семейной хроники.

Двое пылких мужчин устраивают изощрённый поединок за любовь прекрасной Сидзуко Хатаянаги. Обоим дуэлянтам удаётся избежать смерти, однако зрелый джентльмен Митихико Окада, выживший лишь благодаря милости юного Фусао Митани, не выдерживает позора и сводит счёты с жизнью. Это трагичное происшествие становится началом вереницы чудовищных преступлений, которые мучительным бременем ложатся на некогда процветающую семью Сидзуко. Но кто же стоит за всеми зверствами? Таинственный недоброжелатель, затаивший обиду на госпожу Хатаянаги? Или же Вампир — уродливое чудовище без губ, необъяснимым образом проникшее в дом Сидзуко?..

Опубликовано в журнале Иностранная литература, номер 2, 2012 Перевод Ксения Санина

Случилось так, что в бездне преисподней взгляд Будды упал на одного великого грешника по имени Кандата. Тщательно взвесив всю его жизнь, Будда обнаружил одно доброе дело, которое этот страшный разбойник совершил. Достаточно ли подобного «пустяка», чтобы Кандата смог выбраться из преисподней?.. © duke

Четыре матери, четыре дочери, четыре семейные истории. В 1949 году четыре китаянки, недавно иммигрировавшие в Сан-Франциско, начали собираться, чтобы поесть димсамы, поиграть в маджонг и поговорить. Найдя друг в друге сообщниц по невыразимой утрате и неугасающей надежде, они стали называть себя "Клубом радости и удачи". Вместо того, чтобы предаться печали, они решили держаться вместе: «...отчаяние для нас было равносильно желанию вернуть то, что уже навсегда потеряно, или продлить то, что и так уже невыносимо». Спустя сорок лет история продолжается. Эми Тан мудро и чутко описывает иногда болезненную, часто нежную и всегда глубокую связь между матерями и дочерьми. Читателю остается лишь последовать…

Эдогава Рампо — литературный псевдоним Таро Хирои, основоположника детективного жанра в японской литературе. Он сыграл у себя на родине ту же роль, что и Эдгар Аллан По — на Западе. Однако творчество японского писателя глубоко национально. Литературный критик Корэскэ Исигами отмечает: «Если По — писатель XIX века, то Эдогава Рампо дитя XX века. Если первый — великий мистик, то второй не менее великий мистификатор». Рассказы Рампо — блестящий образец так называемого интуитивного детектива. Творческое наследие насчитывает 25 томов. Настало время познакомить и русского читателя с произведениями Рампо. Хитроумный студент Фукия изобрёл коварный план преступления и воплотил его в жизнь. Но ни одно…