Формат
Не только Бродскому — всем деятелям культуры русского зарубежья посвящают эту книгу авторы.
ПРЕДИСЛОВИЕ
Эта книга родилась при следующих обстоятельствах. У Марианны Волковой сидели гости. В том числе — Довлатов. Марианна показывала гостям свои работы.
— Это Барышников, — говорила она, — Евтушенко, Ростропович…
Каждый раз Довлатов монотонно повторял:
— Я знаю про него дурацкую историю…
И вдруг стало ясно, что это готовая книга. Друзья спросили:
— Значит, там будут слухи? И сплетни?
— В том числе и сплетни… А что? Ведь сплетни характеризуют героев так же полно, как нотариально заверенные документы. Припомните сплетни о Достоевском. Разве они применимы к Толстому? И наоборот…
В общем книга готова. Суть ее в желании запечатлеть черты друзей.
А может быть, в желании запечатлеть себя. Недаром Марианна говорила:
— Люди, которых мы фотографируем, тоже разглядывают нас через объектив.
Ведь память, изящно выражаясь, — это единственная река, которая движется наперекор течению Леты.
ПРЕДИСЛОВИЕ
Эта книга родилась при следующих обстоятельствах. У Марианны Волковой сидели гости. В том числе — Довлатов. Марианна показывала гостям свои работы.
— Это Барышников, — говорила она, — Евтушенко, Ростропович…
Каждый раз Довлатов монотонно повторял:
— Я знаю про него дурацкую историю…
И вдруг стало ясно, что это готовая книга. Друзья спросили:
— Значит, там будут слухи? И сплетни?
— В том числе и сплетни… А что? Ведь сплетни характеризуют героев так же полно, как нотариально заверенные документы. Припомните сплетни о Достоевском. Разве они применимы к Толстому? И наоборот…
В общем книга готова. Суть ее в желании запечатлеть черты друзей.
А может быть, в желании запечатлеть себя. Недаром Марианна говорила:
— Люди, которых мы фотографируем, тоже разглядывают нас через объектив.
Ведь память, изящно выражаясь, — это единственная река, которая движется наперекор течению Леты.
Авторы
