Я демонстративно надула губы.
— Вспоминай, был ли кто-то, кто околачивался вокруг тебя? С кем ты чаще всего общаешься? Кто-нибудь делился с тобой едой? Кто-то, кто может использовать магию? - продолжал душить меня своими вопросами император.
Я хорошенько призадумалась над этим.
— Ну, не знаю, я вчера встретила так много людей...По дороге из Академии я встретила Винченцо.
Он кивнул.
— Я так даже и не вспомню, в течение дня я разговаривала со множеством людей...
— С кем-нибудь ты общалась дольше, чем с остальными?
— Хм, Винченцо пригласил меня пойти с ним на вечеринку по случаю окончания года, а еще помог донести огромную гору моих бумаг до кареты.
— Вечеринка по случаю окончания года?
С каких пор он так быстро меняет тему?
Неужели его заинтересовала такая незначительная деталь?
Винченцо всего лишь помог мне, потому что слышал, что я встречалась со всеми учителями по поводу досрочного выпуска.
Так как он тоже проходил через все это, то знал, сколько у меня будет инструкций от них.
Среди всех, кто меня окружал...
— Если подумать, был кое-кто, кто сказал мне нечто странное.
— Что сказал?
— Что-то вроде...
А ведь он говорил так, будто знал, что на меня напали. В то время я не придала этому большого значения, но теперь…
— ...Вы сменили одежду. Что-то случилось с вашей школьной формой? Вот такой вопрос мне задали. Это ведь странно, верно? Обычно люди говорят: «О, ты сменила свою школьную форму?»
— Кто это был?
— Но ведь он - преподаватель...
— Я спросил, кто это был.
Я запоздало вспомнила о сладкой конфете, отдающей травами, которую он мне дал.
Я долго не решалась заговорить, мой язык заплетался, когда я открыла рот.
— Н-наставник Ксенон...
Император пропустил мое заикание мимо ушей. Мой голос звучал так неубедительно.
— Преподаватель? - переспросил он.
— Да. Он - мой наставник, и я пошла к нему вчера за советом, касающимся требований о моем досрочном выпуске. Это он задал тот странный вопрос. И да, он дал мне конфету, пока мы с ним разговаривали.
— Ты можешь вспомнить точное время, когда ты там была?
Поскольку я была занята тем, что убегала от навязчивых аристократов, преследующих меня от самой императорской кареты, я решила пропустить обед и сразу же отправилась на поиски инструкторов.
Таким образом, я смогла вспомнить точное время.
Я не знала, сможет ли он вычислить преступника только лишь с помощью этой информации, но в любом случае я без колебаний сказала то, что знала.
— Это было в половине первого. Трава, которая была в составе конфеты, вероятно была ингредиентом, используемым в приготовлении магических смесей. Скорей всего, это и повлияло на мое состояние...Скорее всего, это было растение под названием «слюна каменного дракона». Она является лекарственным ингредиентом и...часто используется в магии.
Император улыбнулся, как будто был доволен моим ответом, его ухмылка становилась все шире по мере того, как я говорила. Он протянул руку и очень легонько коснулся моей головы, как будто гладил послушного щенка, а затем удовлетворительно кивнул.
Это было неплохое чувство – получить такой комплимент, но я был ошарашена, когда поняла, что он только что со мной провернул.
Он уже знал название растения, которое я съела, еще до того, как я назвала его.
Значит, император держал рот на замке и наблюдал, могу ли я адекватно рассуждать, пока я думала о каждом встречном, сомневалась и размышляла о том, что я ела.
Мне не нравится его манера - испытывать людей на интеллектуальные способности всякий раз, когда выпадает возможность. Если бы не серьезные обстоятельства, при которых под подозрение попал преподаватель Ксенон, я бы стала возмущаться.
Но, чем больше я говорила, тем больше мне казалось, что я обвиняю Ксенона в случившемся. Я бы никогда не подумала на него, ведь он был так добр ко мне с самого начала и был одним из немногих, кто помог мне адаптироваться в академии, когда у меня совсем не было поддержки.
Мне было противно от самой себя, думая о нем в таком отвратительном ключе, я не хотела в нем сомневаться!
Но я не собиралась молчать. Я никак не могла забыть непроницаемое, холодное лицо императора, когда он ворвался в мою комнату.
Незнакомец, нависающий надо мной, тоже не выходил из моей головы.
Самое главное, я не могла позволить себе роскошь, быть наивной. Если кто-то улыбается вам, это не значит, что он - хороший человек, или что у него благие намерения.
Это может быть всего лишь маска, используемая как отвлекающий маневр. Ты не можешь открыто выражать свои чувства, живя в подворотне - тот, кто сегодня относится к тебе как к другу, мог ограбить тебя на следующее утро.
Поэтому вместо того, чтобы встать на защиту наставника Ксенона, я продолжила говорить то, что считала нужным.
— Я читала, что слюна каменного дракона – это парализующий состав, который действует путем смешения магии и наркотиков, и он редко продается на рынке, по причине того, что он не подходит для медицинского использования или для отлова животных живьем. В некоторых случаях, чрезмерные дозы могут убить человека мгновенно, но в то же время - это наркотик, который невозможно не заметить при передозировке из-за его сильного вкуса и аромата, за которым обязательно следует безотлагательный паралич.
— Судя по тому, как бодро ты сейчас говоришь, могу сделать вывод, что паралич уже полностью прошел. Ну, так какие у тебя мысли?
— Хм, возможно, он думал, что наркотик подействует сразу, как только я его приму, но этого не произошло. Я не чувствовала никакого воздействия, пока не добралась до дворца, затем стало слишком поздно, чтобы что-то предпринимать.
— И?
— И...это, по всей видимости, дело рук наставника Ксенона.
Я подняла глаза и посмотрела на императора, он выглядел озадаченным.
— Ты говоришь более решительно, чем кажешься. Нет ничего удивительного в том, что ты взяла от него конфету. Вы ведь были знакомы и пребывали в неплохих отношениях, у тебя и не возникло мысли отказаться. Я слышал, что ты была щедра на печенье, которое разнеслось по всему замку.
— Верно.
Император посмотрел прямо мне в глаза.
— Ты на удивление спокойна.
— А как по-вашему я должна себя вести?
— Я не об этом. Ты ведешь себя так невозмутимо, будто на тебя не было совершено покушение.
— К чему вы это говорите?
— Именно такой была бы и моя реакция.
Это был неожиданный ответ.
— Ваше Величество, которому мне еще предстоит официально служить в качестве подчиненной, вероятно, пережил множество ловушек и предательств после смерти своего отца, бывшего императора. Может быть, именно потому, что у меня нет никакой связи с семьей, я чувствую себя более комфортно, когда остаюсь наедине с вами. Я не горжусь этим, но я была продана работорговцу, как кусок мяса и лишь с трудом спаслась с вашей помощью.
Я взглянула на его с теплой улыбкой.
— Так что, я не спокойна, Ваше Величество.
— Тогда что с тобой происходит?
— Сколько бы я ни скиталась по подворотням до того как встретила вас, я четко умею расставлять свои приоритеты. Мой приоритет – подчиняться воле Вашего Величества, который великодушно согласился назначить меня на такой высокий пост. Мне нужно выяснить, в чем дело, чтобы я могла лучше служить Вашему Величеству.
Император усмехнулся на мои слова.
— А ты действительно знаешь, как нужно разговаривать с королевской особой.
Это не было откровенной лестью.
На самом деле, не имело значения, что он обо мне думал.
Даже я, рожденная с низким социальным статусом, не ведающая о понятии благородного происхождения, все же знала, что быть преданным очень важно. Возможно, это даже важнее, чем происхождение, поскольку это вопрос, напрямую связанный с выживанием.
— Говорят, что страж, устроивший погоню, был тяжело ранен во время преследования и не смог поймать преступника. Но что касается подозреваемого в самой академии...Хорошо, что у нас есть эта зацепка.
— Согласна.
— Можешь встать?
После приема антидота, видимо, не я одна оценивала степень его действия. Я уже давно была в состоянии шевелить пальцами рук и ног и была уверена, что со мной теперь все в порядке.
— Конечно.
— Хорошо, тогда возвращайся обратно в комнату.
Я не могла с этим согласиться.
Было совершенно очевидно, что он сделает, как только я выйду из этой комнаты.
Он бы привел сюда кучу стражников для охраны моей комнаты, или волшебников для полной уверенности в моей безопасности. В конце концов, он достал бы Ксенона из-под земли и пытал его до полусмерти, пока тот не признается во всем.
По его мнению, это был самый эффективный способ.
Это конечно не означало, что он был не прав. Некто посмел проникнуть в императорский дворец и наложить руку на меня, человека, принадлежащего императору.
Возможно, наставник Ксенон что-то действительно знал об этом.
Но сначала я хотела кое-что сделать.
Хотя я была уверена в том, что этому прекрасному черноволосому императору не понравится то, что я собираюсь сказать.
Я нервно облизнула губы, вместо того чтобы подойти к двери, в которую он жестом пригласил меня войти.
«Как я могу заставить его, хотя бы притвориться, что он слушает?»
— Эмм, Ваше Величество.
— В чем дело?
— Я конечно понимаю, что в своем воображении вы уже отрезаете конечности наставника Ксенона, но не могли бы вы мне дать немного времени до того, как начнете это делать вживую?
— Мне показалось, что ты не собираешься за него заступаться.
— А я и не заступаюсь. Просто, я кое о чем подумала.
— Мне кажется ты слишком часто говоришь эту фразу.
Он был из тех людей, которые очень внимательно прислушиваются к словам людей, выискивая что-нибудь полезное для себя.
Готова поспорить, что эта черта характера у него с рождения.
Вместо того, чтобы выгнать меня, император скрестил руки на груди, словно внимательно слушая.
Я скептически относилась к тому, смогу ли я убедить его, но у меня не было другого выбора, кроме как попытаться. На данный момент не было лучшего плана, чем этот, за исключением того, что я могу подвергнуться опасности.
Я сделала небольшой вдох и начала.
— Я знаю, кто в тот вечер разговаривал о вас с императрицей. Это был камердинер.
— Что...?
— Я сразу сказала вам, что не могу вспомнить кто это, но, размышляя, я поняла, почему его голос был так хорошо знаком моим ушам. По этому поводу у меня нет ни малейших сомнений.
— Ты можешь взять полную ответственность за свои слова?
– Абсолютно, - решительно ответила я, размышляя, кому бы он скорее поверил: своему камердинеру или мне.
Я, молча, сидела, ожидая его суждения.
Император прикрыл свои красные глаза, как бы раздумывая и в беспокойстве прижал пальцы к виску.
— Он знает, что случилось со мной, когда я был ребенком, поэтому он точно должен знать о моей слабости.
— Ваше Величество.
— ...Понятно.
— Вы в порядке?
— Ну, нет ничего, что в конечном итоге не было бы в порядке. Не скрою, что это меня порядком удивило, но полезно знать, какие гнилые ветки нужно обрезать в первую очередь. Плохо быть гнилым до самого мозга костей.
«Он мне поверил?»
Даже, если император мне не верил, он мог искусно притворяться.
Я не могла понять, что происходит в его голове, но продолжила:
— Когда главный слуга рассказал императрице о том, что медицина не действует на Ваше Величество, она, похоже, ничему не поверила. Тем не менее, я подумала, что она приняла во внимание эти сведения, так как почти сразу после их разговора на меня напали.
— Что ты хочешь этим сказать?
— А что, если это две разные группы людей?
— Какие основание полагать, что они - разные...
— Ваше Величество, вы же сами сказали, что императрица ни за что не поверила бы правде о вашем состоянии. Поэтому я и делаю такой вывод. Я думала, что маг, напавший на меня по пути домой, был послан вдовствующей императрицей, чтобы убедиться в моей способности рассеивать магию. Но если подумать, какие могут быть общие цели у наставника Ксенона, и того человека, который ворвался в мою комнату?
— Это означает, что они действуют независимо друг от друга, и что между ними нет обмена информацией.
Император, казалось, понял, что я пытаюсь ему донести.
— Похоже на то. Думаешь, есть кто-то еще, не связанный с этими двумя?
Я медленно кивнула.
Мужчина в моей комнате, несомненно был из Голддины.