Оцените Счастье

Отца четырехлетней О-Эн заманили в ловушку политические противники. Когда он погиб, став жертвой политических интриг, всю его семью заключили в тюрьму до того злополучного дня, пока последний мужчина в роду не отойдет в мир иной. Это случилось через сорок лет. Через долгих сорок лет О-Эн получила свободу. Годы заключения были бы совсем невыносимыми, если бы не друг, остававшийся преданным памяти ее отца. Его письма и редкие посещения стали для О-Эн чуть ли не единственным окном в большой мир. Эта средневековая история потерь и любви, основанная на реальных событиях, проникает в самую душу, оставляя в ней трогательный след. ©MrsGonzo для LibreBook

«Дневник безумного старика» написан в форме дневника семидесятисемилетнего мужчины, эстета с утонченным вкусом, восстанавливающегося после недавно перенесенного инсульта. Он с удивлением обнаруживает, что, в то время как его тело увядает, его либидо все еще неистовствует, реагируя на ласковый уход и внимание невестки, изящной и изысканной. Жалкий и смешной, такой как есть, Уцуги, без следа жалости к себе, пишет свой дневник, не лишенный самолюбования и хорошего настроения. Вызывающий оторопь, одновременно смешной и грустный «Дневник безумного старика» блестяще демонстрирует взаимосвязь между эросом и волей к жизни – роман о трагикомической сущности человеческого существования. ©MrsGonzo для LibreBook

Легенда о Святом Франциске, дьяволе и о том, как в Японии появился табак. © duke

В конце одиннадцатой луны первого года Гэндзи из устья реки Адзи, протекающей через город Осака, вышли корабли карательной экспедиции против княжества Тесю. На них находились войска княжеств, взявших на себя оборону столицы Киото, и командовал ими крупный феодал Суми-но-ками...

Ясукити знал хозяина этой лавки очень давно. Очень давно, - кажется, с того самого дня, когда его перевели сюда в морской корпус. Он случайно зашел купить коробку спичек. В лавке была маленькая витрина; за стеклом, вокруг модели крейсера "Микаса" с адмиральским вымпелом, стояли бутылки кюрасао, банки какао и коробки с изюмом. Но над входом висела вывеска с красной надписью "Табак", значит, конечно, должны быть в продаже и спички. Ясукити заглянул в лавку и сказал: "Дайте коробку спичек". Неподалеку от входа за высокой конторкой стоял со скучающим видом косоглазый молодой человек. При виде посетителя он, не отодвигая счетов, не улыбнувшись, ответил: - Возьмите вот это. Спички, к сожалению, все…

Однажды у ворот храма нашли подкинутого мальчика. Настоятель храма стал воспитывать его, как родного сына, но втайне лелеял мысль о том, чтобы найти ребенку его настоящих родителей. © ozor

Ясунари Кавабата (1899–1972) — один из крупнейших японских писателей, получивший в 1968 г. Нобелевскую премию за «писательское мастерство, которое с большим чувством выражает суть японского образа мышления». В книгу включены повести «Танцовщица из Идзу», «Озеро», роман «Старая столица». Публикуются также еще неизвестная широкому читателю повесть «Спящие красавицы» и рассказы. Перевод Нобелевской речи писателя «Красотой Японии рожденный» печатается в новой, более совершенной редакции.

Иори Фудзивара (1948–2007) — признанный мастер современного японского детектива, лауреат множества премий. Окончив в 1973 году Токийский университет по специальности «французская литература», автор уже знакомого российскому читателю бестселлера «Тьма на ладони» до самой смерти работал в рекламной корпорации «Дэнцу». Дотошность Хейли, грустная ирония Чандлера, мистицизм Мураками и персонажи в духе фильмов Такэси Китано принесли Фудзиваре бешеную популярность. И вот наконец на русском языке выходит, пожалуй, самый известный его роман — «Зонтик для террориста». Удостоенная как премии Эдогавы Рампо (высшая японская награда в жанре детектива), так и престижной литературной премии Наоки, книга разошлась…

Название данного произведения Д.Танидзаки выбрал не случайно. Снег издавна считался в Японии объектом эстетического любования, наравне с сакурой или красными осенними кленами, поэты воспевали красоту снега с самых древних времен. Произведение выдержано в традициях реализма, написано в жанре семейной хроники.

Стояли угрюмые зимние сумерки. Я сидел в углу вагона второго класса поезда Екосука - Токио и рассеянно ждал свистка к отправлению. В вагоне давно уже зажгли электричество, не почему-то, кроме меня, не было ни одного пассажира. И снаружи, на полутемном перроне, тоже почему-то сегодня не было никого, даже провожающих, и только время от времени жалобно тявкала запертая в клетку собачонка. Все это удивительно гармонировало с моим тогдашним настроением. На моем сознании от невыразимой усталости и тоски лежала тусклая тень, совсем как от пасмурного снежного неба. Я сидел неподвижно, засунув руки в карманы пальто и не имея охоты даже достать из кармана и просмотреть вечернюю газету...