

Сы Мин, ведающая судьбами всего сущего, своей отнюдь не хозяйка. Самое заветное ее желание: прожить жизнь так, как хотелось бы ей, самой начертать свою судьбу.
Ее, одурманенную, тащило в глубины первозданного хаоса[1]Первозданный хаос (кит. 混沌), или Хуньдунь, – воплощение первоосновы сущего в древнекитайской мифологии, при расщеплении тела которого возникла Вселенная. (Здесь и далее – прим. пер.). Непонятно было, где она оказалась, вокруг расстилалась лишь непроглядная, бездонная тьма.
Закрыв глаза, Сы Мин поддалась силе, что тянула вниз, как вдруг спиной приземлилась на твердую, как сталь – вроде бы ограду. Пальцы протянутой руки нащупали нечто холодное, а то, что ей казалось оградой, вдруг шевельнулось.
Собравшись с духом, Сы Мин тотчас раскрыла свои всевидящие очи. Неподалеку мелькнуло два огонька, вслед за чем «ограда» под ней яростно задрожала.
Вскочив на ноги, девушка взмыла в воздух и огляделась. Увиденное ее, пусть и не пришедшую еще в себя, повергло в шок.
– Что за!..
В густом дыме, свернувшись кольцом, спал огромный черный дракон – древнее бессмертное существо, исчезнувшее еще в незапамятные времена. Проснувшись, он распрямил свое массивное тело, вместе с которым вокруг словно разлилась и давящая аура неведомой силы. Дракон обернулся и взглянул на нарушительницу своего покоя:
– Ты кто такая?
Хотя от колоссального давления сдавило грудь, Сы Мин всегда любила демонстрировать свой статус, так что, выпрямив спину, она ответила, пристально смотря дракону в глаза:
– Сы Мин, Звездная владычица мира Девяти Небес.
– Сы Мин?
– Да, та самая, в чьих руках судьбы всего живого.
Смерив ее взглядом, дракон вдруг зашипел, отчего внутренности девушки пронзила нестерпимая боль.
– На свете столько существ, а какая-то сошка, оказывается, тщетно пытается определять их судьбы. Каждый сам создает свою участь, и я бы посмотрел, как у тебя в руках оказалась моя судьба.
Сы Мин, стерев кровь в уголке губ, лишь покачала головой:
– Способности мои не столь велики. И пусть я не могу начертать вашу судьбу, я знаю, что на свете давно уже нет драконов. Здесь пахнет застоем, нет и следа духовных сил, это место больше напоминает тюрьму, отрезанную от внешнего мира, нежели приют. Говорите, каждый сам создает свою участь, и все же до сих пор заточены здесь. Как же вы ее создадите, если у вас нет даже свободы?
– Не боишься, что я тебя убью за такую наглость?
– Рано умереть, конечно, не хотелось бы, у меня хватает нерешенных дел. Но наша разница в силах очевидна и, если пожелаете меня убить, парой лестных слов мне вас явно не остановить. Я в любом случае вам не соперник, так почему бы не высказать перед кончиной все что думаю, или, что еще лучше, взбесить до смерти вас, чтобы у меня появился шанс спастись?
Однако эти слова не взбесили, а, наоборот, повеселили собеседника, спустя мгновение взлетевшего вверх. Мощный воздушный поток сбил Сы Мин, которая вернула равновесие лишь после нескольких кульбитов. В ярости она уставилась на дракона:
– Я небожительница высокого статуса и лучше умру, чем буду опозорена. Фамильярностей в свою сторону я тем более не потерплю!
– А ты любопытная, – ответил тот. – Я уже очень долго здесь совсем один, со спутницей стало бы явно занятнее. Сы Мин, если продолжишь меня развлекать, я пощажу твою жизнь. Согласна на уговор?
Звездная владычица пораскинула умом.
– Сохранение моей жизни – недостаточная цена за то, чтобы я, отбросив всякий стыд, веселила вас. Это умственный труд, и за него мне полагается нечто большее.
– Ты, Сы Мин, первая, кто осмелился со мной торговаться. – После краткой паузы дракон продолжил: – Рассказывай, чего хочешь.
– В древних книгах говорится, что любая часть тела дракона – настоящее сокровище. Никогда в это не верила, потому было бы неплохо, если вы это докажете.
– И как же?
Сы Мин, наблюдавшая за драконом с горящими глазами, ответила:
– Оценю ваши какашки, сокровище это или нет.
Дракон долго не находился, чем на это ответить.
– Давай что-нибудь полегче.
– Вам трудно покакать? – недоуменно спросила та. – Если трудно, может, мне помочь? Все выйдет легко, быстро и даже приятно!
– Я за десятки тысяч лет не съел ни крошки, чем мне испражняться? – ответил ей дракон. – И что за взгляд?
– Уважаемый, так уж сложилось, что мы с вами сейчас кузнечики на одном шнуре[2]«Кузнечики на одном шнуре» (кит. 一根绳上的蚱蜢) – образное выражение, означающее «в одной лодке», о людях, делящих общую судьбу и трудности., с которого нам не сбежать, следовательно, времени вдвоем проведем предостаточно, – скривила губы Сы Мин. – Не стоит скрывать от меня такие вещи. Запор – это болезнь, которую нужно лечить.
Ответом послужило молчание, но девушка, прикрыв улыбку ладонью, продолжила:
– Мои слова прежде были невинной шуткой, не принимайте их близко к сердцу. Но, что ни говори, а нам придется коротать дни в этом мрачном месте. Вы ищете во мне развлечения, я от вас хочу того же самого – в конце концов в компании всегда веселее. Обязательство быть вашим развлечением лишь отдалит нас друг от друга, а от моего страдальческого вида вам тоже лучше не станет. – Сложив руки у груди, она с улыбкой отвесила поклон. – Уважаемый, как насчет дружбы? Я уже так давно на должности ведающей судьбами, что не помню своего прежнего имени, можете называть меня Сы Мин.
Дракон опустился к Сы Мин, и во тьме первозданного хаоса блеснула пара ясных глаз.
– Меня зовут Чан Юань.
– Отличное имя.
– А у тебя, Сы Мин, отличный нрав.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления