Учреждение. Много столов. За столами сидят люди и думают. Посредине два стола, за которыми сидят мужчина и женщина. Пишут.
Мужчина (пишет). Екатерина Николаевна, у меня ваш чертеж. Мне непонятно, как вы соединяете корпус с крышкой.
Женщина . Ну как же, Михаил Григорьевич?
Мужчина . Я написал свои соображения, чтобы вам было яснее… Вот, мне кажется, что… (Передает записку женщине.)
Женщина (читает, бледнеет, рвет записку и незаметно бросает ее в корзину; тихо). Я не смогу сегодня. (Громко.) Вот ручки. Почему их две?.. Да, их две, и крышка хорошо ложится… Я сейчас напишу, почему нельзя этого делать. (Пишет, передает записку мужчине.)
Мужчина (читает, тихо). Да… Я все понимаю. (Громко.) Две ручки, а их должно быть пять или даже… Может быть… (Пишет.) Читайте соображения. Я прошу вас. Я впервые высказываю вам свои соображения. Будьте внимательней… Ну пожалуйста… Мы с вами понимаем друг друга с одного… чертежа… Я ваш руководитель, и ваше слово для меня закон… (Передает записку женщине.)
Женщина (читает). Да… Я тоже… Но не сегодня… Вы знаете наше положение… Эти шарики… Я сама, когда вижу вашу идею… Я все вижу… и шарики, и ролики… Можно пять ручек, но не сегодня… Нет, нет…
Мужчина . Екатерина Николаевна, подойдите сюда.
(Женщина качает головой.)
Мужчина . Я контролирую.
Женщина . Вы потеряли контроль.
Мужчина . Вы тут такое начертили. Идите сюда.
(Женщина подходит, стоит возле стола.)
Мужчина. (Встает.) Эти шарики надо переставить. У меня такое же положение с роликами. Я прошу…
Женщина (тихо). Потапов вошел. (Громко.) Хорошо. Я сделаю.
Мужчина (как по телефону). Да, да, обязательно… Хорошо…
Женщина . У вас все, Михаил Григорьевич?
Мужчина . Да… уже…
Женщина . Я тогда… еще пока…
Мужчина . Да. Уже… Я тоже, но не всегда… Здравствуйте, Анатолий Иваныч. Мы тут с Масловой ручки располагаем… Хотите с нами?.. До свиданья… Екатерина Николаевна, сегодня единственный шанс переставить ручки… Вечером. Я уже не могу… Я не могу. Эта работа, эти болты… Я вижу вас. Вы ходите, вы рядом. У меня стынет внутри. Я не могу… Я прошу вас. Эту крышечку, эти шарики… ну, один раз по корпусу… Я этот чертеж раздеру на куски.
Женщина . Ну, ну, ну… ну, хорошо… я что-нибудь придумаю… но я не могу на улице…
Мужчина (вынимает из кармана ключ). Ключ!
Женщина (бледнеет, трясет головой). Нет, нет, нет. Рвите чертеж.
Мужчина . Да… да… Если замкнуть крышку на корпус… Это однокомнатный редуктор моего товарища. Он на один день оставил мне крышку… Завтра… уже ничего…
Женщина . Нет, нет, не… нет, нет. Переставить все ручки… Чужой редуктор…
Мужчина . Ну, я прошу вас. Мы вместе работаем над этой идеей. Нам нельзя на улице… Я буду там с семи… Я махну лампой.
Женщина . Но здесь, на работе, мы уже не сможем… вы понимаете… просто так сидеть, просто так работать…
Мужчина . Мы уже давно не просто работаем, нам надо… Я жду вас. Берите крышку.
Женщина . А он уехал?
Мужчина . Уехал, уехал…
Женщина . Но в одиннадцать я закрою корпус…
Мужчина . Адрес редуктора. (Пишет.)
Женщина рвет записку, мужчина рвет чертеж, женщина рвет книгу. Расходятся. Все понимающе перемигиваются.
Квартира.
Мужчина суетится, нервничает, переставляет вещи. Каждый раз замирает и прислушивается. Ставит на стол авоську. Вынимает из авоськи вино, два яблока, высыпает из кулька конфеты. Мечется в поисках штопора. Ввинчивает штопор. Шорох!
Замирает с бутылкой на коленях. Нет, все в порядке. Часы бьют. Тишина. Тушит свет. Подходит к окну. Машет два раза настольной лампой. Влево. Вправо. Волнуется. Сел. Встал. Сел. Встал. Мелкий стук в дверь. Сломя голову мчится открывать.
Женщина (почти падает ему на руки). Боже мой, Боже мой, я совершенно сумасшедшая. Я ехала в автобусе, все смотрели на меня. Они знали, куда я еду. Боже мой, какая я подлая, просто растленная. Эта комната… Как я дошла до этого?..
Мужчина . Не говорите так… Снимите, пожалуйста, пальто. Садитесь.
Женщина . Нет, нет… Зачем вино здесь?
Мужчина . Просто так. Оно было здесь всегда. Это такой дом… Выпьем немножко, чтобы успокоиться.
Женщина . Я спокойна и не пью…
(Мужчина наливает.)
Женщина . Вы заметили, как Потапов и Ильченко смотрели на нас? Они догадываются. (Выпивает.)
Мужчина . О чем догадываются? О чем?.. Кстати, нашего главного переводят.
Женщина . Не может быть. А кто на его место?
Мужчина . Кто-то из этих двоих. Они уже не здороваются, на всякий случай…
Женщина . А я сразу почувствовала. Я все-таки молодец. А как вы узнали?
Мужчина . Видно невооруженным глазом. Они ходят и не знают, кого из них назначат и как друг с другом обращаться. То ли «ты», то ли «вы». Кстати, почему мы на «вы»?.. Брудершафт.
Женщина . Да… Это интересно. Значит, главного снимают. Ну, дела…
(Мужчина наливает. Выпивают. Забывают поцеловаться.)
Женщина (показав пальцем). Катя. Миша… Значит, Потапов идет вверх.
Мужчина . А ты заметила, что он дурак? И его Куликов – дурак.
Женщина . Что, его тоже повышают?
Мужчина . Ага. (Наливает, пьет.) Я с ним еще в институте сидел. А сейчас я ему: «Толя, Толик», а он мне: «Во-первых, не Толик, а товарищ Потапов, а во-вторых, кто дал вам право, где вы взяли право?..»
Женщина . Да. Все они такие. У меня соседка, – ой, куда угодно, только в этой рожи не видеть. (Снимает куртку.)
Мужчина (на нее смотрит, смотрит). Ты скажи, почему встречается человек, который еще в институте начинает идти по другой линии?.. Кто-то занимается, кто-то в лаборатории сидит, а этот речь держит, куда-то бежит, откуда-то возвращается. Еле тянет на тройки, но это неважно – голос, грудь вперед. И пораньше… Кто организует общественную работу? Я – и грудь вперед. Кто организует дружину? Я – и грудь вперед. Кто выпустит стенгазету? Я! Кто модернизирует оборудование? Я! И знаешь, уже совершенно неважно, что нет ни стенгазеты, ни дружины, ни оборудования, ты знаешь, это неважно… Тебя заметили… ты пошел… Ты уже идешь. Главное, пораньше, пораньше – и голос… Получи премию за создание нового отдела, а потом – за ликвидацию того же отдела. Участвовать в ошибочных кампаниях, но не ошибаться – это тонкая штучка…
Женщина . А знаешь, что Куликов с Зиной?
Мужчина . Да ну…
Женщина . Встречаются после работы где-то на квартире.
Мужчина . Вот идиоты.
Женщина . И все об этом знают.
Мужчина . А эта организация производства… Что ты скажешь об этой организации?
Женщина . А что я могу сказать?.. Вот ты встань и скажи… Ты же пятнадцать лет работаешь. Ты мужчина или не мужчина? Ну, я молчу, женщина…
Мужчина . Раздевайся! Мужчина… какая разница…
(Звонок. Оба вскочили. Женщина надела пальто. Шляпу.)
Мужчина. (Гримасничает.) Тсс-с. Тихо… Нас нет… Тсс-с. Здесь никого нет… Тсс-с… Тихо… Здесь пусто… Пустая квартира… Тсс-с… никого…
(Звонок.)
Женщина . А вдруг хозяин… Иди открой…
Мужчина . Тсс-с!.. Разложи чертеж. (Заматывает шею шарфом. Надевает повязку дружинника. Идет к двери.)
Голос мужчины (у двери громко). Я молчу… Да, я пока молчу… А я могу и не молчать… Я могу так врубить – они костей не соберут, но я молчу. (Возвращается, раздевается.)
Женщина . Кто там?
Мужчина . Ошиблись дверью… Если в пошел по этой линии, вы бы все у меня в ногах… А я не могу по этой линии, грудь выпячиваю – живот получается. Вместо баса – альт, вместо шеи – поросячий хвост. И главное, когда обещаю, думаю, как же я это выполню… А думать не надо… Вперед и пораньше… Выше и лучше… Шире и уже. (Пьют.) Ты видела, чтобы у директора кто-то спросил про эти ручки, которые ты сегодня чертила? Кстати, ужасно, что ты не можешь рассчитать.
Женщина . Я считала…
Мужчина . Ничего ты не считала. Магазины в голове.
Женщина . Как вам не стыдно?
Мужчина . Какие интересы дела?.. При чем тут дело?.. Главное – как ты выглядишь, какая у тебя фамилия, кто у тебя родственники. Вот как получается… А я бы так… Ты большой человек, у тебя сегодня великий пост, хорошо… Так сколько ручек на крышку ставить? А? Не знаете? Все! Билет на стол. Квартиру под детсад – и домой по шпалам, по шпалам…
Женщина . Успокойся, Миша… наладится…
Мужчина . «Наладится»! Когда наладится, когда?.. Ну, пошли. Завтра на работу… Э-эх!..