Контент удален!

Ситри непринуждённо подняла руки вверх.

— Это моё личное пространство. В обычном виртуальном пространстве ты бы никак не подглядел все эти воспоминания. Моя ошибка, нужно было к этому подготовиться. Но не волнуйся, ты ведь не сделал ничего плохого. Я не буду из-за этого расстраиваться.

Договорив, Ситри опустила плечи и слегка шутливым тоном спокойно продолжила:

— Ладно… думаю, что больше скрывать у меня не получится. Я — эксклюзивный продавец Дома Маммона.

В конце этого разговора она игриво склонила голову и показала язык. Ситри первый раз вела себя так непринужденно и очаровательно при Ëнг-Хо.

А учитывая её яркую естественную красоту, было совсем не удивительно, что Ситри удалось очаровать парня.

Но Ëнг-Хо никак не мог выкинуть у себя из памяти её заплаканное лицо. И, похоже, он догадывался, какие искренние чувства скрывает Ситри за таким вызывающим поведением.

— Ладно, вернемся к делам?

Ситри сразу же приблизилась к парню вместе со стулом. Теперь расстояния между ними вполне хватило бы, чтобы поставить там небольшой стол.

Ëнг-Хо медленно закрыл глаза и сделал большой вздох. И только очистив свои мысли, он снова интригующе взглянул на эту красивую женщину.

— Я хочу кое-что прикупить.

Ëнг-Хо очень быстро пошевелил пальцами — и перед ним мгновенно возник документ из света. На этом документе были записаны материалы, которых не хватало для завершения укрепления дома Рэндолта.

Ситри охотно кивнула, и взмахом руки вывела парню счёт.

Сумма почти совпадала с той, что Тигриус ранее писал в своем докладе.

Они подписали контракт, расписавшись в воздухе. Ëнг-Хо потратил весь свой бюджет на укрепление дома Рэндолф, так что больше он уже ничего купить не сможет. Если только Орос не добудет от дома Абигейл какую-то финансовую поддержку.

Пришло время уходить. Но Ëнг-Хо не мог подняться из-за Ситри, которая уже приблизилась к нему настолько, что их колени вот-вот соприкоснутся. Ситри тихо, но слишком уверенно взяла парня за руку.

— Вы слишком спешите, дорогой клиент.

Енг-Хо принял решение не скрывать от неё ничего. И не из-за тех воспоминаний, которые парень недавно видел, и уж точно не из-за её невероятно нежных прикосновений.

— Эмбрио одолел Союз Западных Владельцев. Так что, скорее всего, следующей его целью станет юг.

Силы Эмбрио наверняка будут отличаться от его прошлых противников.

Его нельзя сравнивать не только с Форасом и Юнцеросом, но и с Агаресом и Тигриусом.

Ситри внимательно посмотрела парню в глаза и снова склонила голову.

— И?

Ëнг-Хо немного смутился, и Ситри сжала его руку ещё сильнее. А потом она придвинулась к парню еще ближе и спросила:

— Чего ты боишься?

Ëнг-Хо смело бросил вызов Бафомету, одному из двенадцати духов Маммона.

Так чего же ему так сильно страшиться Эмбрио, просто сильного короля демонов, который сплотил север и запад?

Но Ëнг-Хо переживал больше всего не из-за Эмбрио.

Даже когда ему пришлось выйти против дома Фораса, когда у Дома Маммона не было ресурсов, он не думал о побеге.

Ёнг-Хо нервничал из-за того, что бой с Эмбрио наверняка будет не таким, как с мастерами этажей и одним из двенадцати духов Маммона? Он сразил и сильного Агареса. Так чего же он сейчас сомневался?

Ситри поняла, что парень точно и сам не знает, что его так беспокоит.

Она отпустила его руку и нежно погладила щёку, тыльной стороной ладони.

— Хоть сейчас в утешениях нуждаюсь я, но… поскольку вы — мой дорогой клиент, позвольте мне кое-что сказать.

Ситри пронзительно посмотрела парню в глаза и быстро убрала свою руку от его щеки.

— Мой дорогой клиент, хотелось бы узнать, что Дом Маммона значит для Вас?

Конечно же, Ситри не имела в виду ни долгую историю, ни традиции Дома Маммона.

И даже ни то, что он должен гордиться тем, что он — потомок самого Короля Алчности.

Что же Дом Маммона значит для самого Ëнг-Хо?

Парень моргнул и тут же выдавил из себя пустую улыбку. Ëнг-Хо наконец понял, почему боялся боя с Эмбрио больше, чем сражения с Бафометом.

Дом Маммона не был просто местом, куда его невольно затянули.

Это был его драгоценный дом.

Место, где он жил не только с Каталиной и Элигором, но и с многими другими духами подземелья.

Эмбрио отличался от других владельцев подземелий: и от Бафомета, и от мастеров этажей. Эмбрио может уничтожить не только самого парня, но и весь Дом Маммона.

— Всё в порядке. Король Алчности тоже был жадным. Так что совсем не удивительно, что и ты хочешь получить всё. Маммон был очень алчным.

Ситри игриво засмеялась и нежно поцеловала Ëнг-Хо в лоб, прямо как тогда с Элуной.

— Позвольте на этом закончить. Я буду с нетерпением ждать нашей следующей встречи.

Ситри отошла от парня и дружески взмахнула рукой. Его сознание тут же заволокло белизной.

***

Ёнг-Хо открыл глаза. В комнате Короля Демонов хранилась полная тишина. Юрия и Бадук ушли сразу же, как закончили с уборкой.

Парень сделал глубокий вдох, прежде чем взмахнуть рукой и открыть перед собой отчёт Люсии.

Он внимательно прочитал этот отчет полностью, но особое внимание обратил лишь на один-единственный пункт.

Тот самый пункт, рассмотрение которого он так долго откладывал.

Постройка Пространственных Врат завершилась именно тогда, когда его схватка с Эмбрио была не за горами. Ёнг-Хо самодовольно улыбнулся. Он взмахнул рукой и скрыл доклад. И не потому, что ему не хотелось попасть к себе домой. Парень хотел встретиться с отцом, с своими друзьями. Еще очень хотел отведать такой вкусной жареной курочки и обыкновенной колы. Но это не сейчас…

Ещё когда только начиналось возобновление Пространственных Врат, Ёнг Хо кое-что решил.

Парень поклялся, что вернется в родной мир только тогда, когда защитит Дом Маммона, свой дом, от Эмбрио.

— Люсия.

«Да, господин?»

— Скажи Скатах, чтобы она поторопилась с исцелением духов подземелья. Сегодня мне нужно кое-что сделать.

Ëнг-Хо принял окончательное решение.

Вместо того, чтобы постоянно топтаться на месте и откладывать, он должен идти только вперёд.

Ёнг-Хо резко встал с трона и быстро отправился в кузницу к Бугриму. Нужно было забрать у того оружие для Черепа.

***

Гусион отличался от того, каким он был в воспоминаниях Ситри.

При встрече он громко расхохотался.

— Скатах все-таки оказалась права. Первый раз вижу такого главу семьи, как Вы, юный господин. Я защищаю эту Арену вот уже тысячу лет… но такое вижу впервые.

Прошлые главы дома, сидящие на трибунах, тоже были поражены.

Как и Каиван, что стояла рядом с Гусионом и вовсе не скрывала своего смущения. Она как-то странно захихикала и только движением подбородка спросила у парня, всё ли у него в порядке?

— Да, никаких проблем.

Он быстро ответил, но не обернулся. За его спиной стояла не только Каталина, но и духи подземелья Дома Маммона.

Никто из прошлых глав не приводил на арену всех своих духов.

Почему? На это было несколько причин.

Например, если ты — не глава дома, то бросать вызов арене – крайне опасное занятие. Или не пускал никого, боясь, что кто-то из духов может стать сильнее него. Или же глава дома просто не хотел делиться с ними этой возможностью стать сильнее. А может просто не хотел, чтобы об этом секрете знало больше людей.

Но в действительности Ёнг-Хо беспокоило только одно.

И это было ни что иное, как опасность арены.

Но если парень сможет поделиться с ними силами через Бригаду, или позволить им бросить вызов арене под своим командованием, это сильно бы уменьшило опасность.

«На арену можно выйти только после того, как эволюционируете.»

Ёнг-Хо не собирался держать это в секрете.

Парень твёрдо решил не дать Эмбрио взять Дом Маммона, не говоря уже о севере и востоке.

Теперь же схватка с ним была не за горами, и у парня не хватало времени.

Но Ёнг-Хо и его подчинённые твердо решили остановить и сокрушить силы Эмбрио.

Один за другим, духи ринулись вперёд, бросать вызов арене.