Оцените Записки наемника

Действие романа развертывается в разгар войны. Советские войска только что очистили город от фашистских захватчиков. Война бушует еще совсем рядом, еще бомбит город гитлеровская авиация, а на территории сожженной, разрушенной и стынущей в снегах ткацкой фабрики уже закипает трудовая жизнь.Писатель рисует судьбу семьи потомственных русских пролетариев Калининых. Замечательные люди вышли из этой семьи — даровитые народные умельцы, мастера своего дела, отважные воины. Мы входим в круг их интересов и забот, радостей, горестей, сложных семейных и общественных отношений.

Иван Ефремов – автор романа «Туманность Андромеды», совершившего революцию в советской фантастике, был очень разнообразен в своем творчестве. Его перу принадлежат как научно-фантастические, так и эзотерические и исторические произведения.

Советские телезрители с интересом восприняли фильм «Спрут», рассказывающий о засилье преступности, насаждаемой и управляемой воротилами бизнеса, об отчаянных попытках честных людей защитить правосудие. Марко Незе по мотивам сценария этой многосерийной ленты написал роман в двух частях, который и предлагается вниманию читателей.

Творчество французского писателя Ж. Барбе д'Оревильи (1808–1889) мало известно русскому читателю. Произведения, вошедшие в этот сборник, написаны в 60—80-е годы XIX века и отражают разные грани дарования автора, многообразие его связей с традициями французской литературы.В книгу вошли исторический роман «Шевалье Детуш» — о событиях в Нормандии конца XVIII века (движении шуанов), цикл новелл «Дьявольские повести» (источником их послужили те моменты жизни, в которых особенно ярко проявились ее «дьявольские начала» — злое, уродливое, страшное), а также трагическая повесть «Безымянная история», предпоследнее произведение Барбе д'Оревильи.Везде заменил «д'Орвийи» (так в оригинальном издании) на «д'Оревильи».…

На сцене станционного клуба перед собравшейся публикой выступает «знаменитая прорицательница и медиумистка» Жанна. Её в качестве ассистента сопровождает бойкая и подозрительная личность. Оба проявляют невероятную ловкость и актерское мастерство. В результате им легко удается проникать в самые сокровенные семейные тайны удивленных зрителей.

В селе Уклеево, спрятавшемся в овраге, было только два порядочных, каменных дома, один из которых принадлежал Цыбукину, епифанскому мещанину, держащему бакалейную лавку, проживавшему в доме с младшим сыном глухим Степаном и его женой бойкой Аксиньей… © Dm-c Примечание: Впервые — «Жизнь», 1900, № 1 (ценз. разр. 24 января 1900 г.), стр. 201—234. Подпись: Антон Чехов.

Много лет назад эта книга (1914 – 1922) была задумана в двадцати Узлах, каждый по тому. В ходе непрерывной работы с 1969 материал продиктовал иначе. Центр тяжести сместился на Февральскую революцию. Уже и „Апрель Семнадцатого” выявляет вполне ясную картину обречённости февральского режима – и нет другой решительной собранной динамичной силы в России, как только большевики: октябрьский переворот уже с апреля вырисовывается как неизбежный. После апреля обстановка меняется скорее не качественно, а количественно. К тому же и объём написанного и мой возраст заставляют прервать повествование. Но для тех последующих Узлов я всё же представляю читателю конспект главных событий, которых нельзя бы обминуть,…

Единственный и горячо любимый сын Ольги Ивановны, Миша, умирает. Бедная женщина умоляет о помощи доктора Цветкова, которого, однако, больше занимают некоторые личные вопросы, вместо болезни мальчика. Shaudra ©

Служил Трезорка сторожем при лабазе московского 2-й гильдии купца Воротилова и недреманным оком хозяйское добро сторожил. Никогда от конуры не отлучался; даже Живодерки, на которой лабаз стоял, настоящим образом не видал; с утра до вечера так на цепи и скачет, так и заливается! Caveant consules! [Пусть будут бдительны консулы! (лат.)] И премудрый был, никогда на своих не лаял, а все на чужих. Пройдет, бывало, хозяйский кучер овес воровать, - Трезорка хвостом машет, думает: много ли кучеру нужно! А случится прохожему по своему делу мимо двора идти - Трезорка еще где заслышит: ах, батюшки, воры!