Размышления инспектора были прерваны появлением Вала Мартино. На нем был белый фланелевый костюм, тропический шлем и ярко-красный галстук. В таком наряде он казался ожившей фигурой с рекламного плаката бюро путешествий.

— Я никогда не предполагал, инспектор, что вы способны так безмятежно отдыхать в мягком кресле! Неужели вам уже удалось узнать, кто убийца?

Чан покачал головой.

— Увы, тайна все еще остается тайной. Но пусть вас не обманывает мой безмятежный вид. Мой мозг работает даже тогда, когда тело отдыхает.

— Можно позавидовать вашим нервам. А вы знаете, что из-за смерти Шейлы убытки фирмы составляют двести тысяч долларов, которые истрачены на съемки? Я не знаю, кто убил Шейлу Фен, но могу сказать, что убийца не пожелал посчитаться с интересами нашей фирмы. В противном случае он дождался бы, пока мы закончим съемки. Я, собственно, говорю вам это для того, чтобы вы поняли, что я должен как можно скорее уехать в Голливуд и попытаться спасти то, что еще можно спасти. Когда вы надеетесь закончить расследование?

Чан тяжело вздохнул.

— Мне кажется, никогда еще люди не были так нетерпеливы. Это совсем не свойственно Гавайям. Позвольте спросить, каково ваше личное мнение относительно убийства?

Мартино закурил.

— Право, не знаю, что вам ответить.

— По секрету могу сказать: в этом деле замешано лицо необычайного ума. Я буду с вами совершенно откровенен. Я имею в виду Тарневеро. Я недолюбливаю этого человека, но считаю его чрезвычайно ловким и умным противником.

Мартино кивнул.

— Да, у него поразительная интуиция, он может мгновенно оценить ситуацию. В Голливуде полно экстрасенсов, всякого рода прорицателей и ясновидцев, но Тарневеро на голову выше их всех. Своим клиентам он рассказывает о них вещи, которые, казалось бы, никто не может знать.

— Откуда ему обо всем этом известно?

— Я убежден, что на него работают осведомители, сообщающие ему обо всем, что для него при случае может представлять интерес. Тарневеро может получать информацию от наивных женщин, уверенных в том, что он действует в союзе с потусторонними силами. Этот человек знает такое множество секретов, что если бы он вздумал заговорить, не поздоровилось бы многим в Голливуде. Мы пытались обезвредить его, но он слишком хитер и осторожен. Право, жаль, что Джейнс не поколотил его как следует. Я счел нужным воспрепятствовать этому только из-за Шейлы. Не хотелось, чтобы ее имя связывали со скандалом.

Режиссер потушил сигарету.

— Поверьте, инспектор, в мире кино не так уж мало порядочных людей, которых следовало бы оберегать от скандальных сплетен. И таким людям, как правило, приходится страдать за грехи других.

— Должен ли я понимать ваши слова таким образом, что вы допускаете возможность причастности Тарневеро к убийству мисс Фен? — осторожно спросил Чан.

— Нет, — решительно ответил Мартино. — Не надо так истолковывать мои слова. Я хотел лишь, чтобы вы, разыскивая преступника, не упускали из виду Тарневеро. Не думаю, что вы часто встречали людей, которые были бы так умны, как этот господин.

— Я проверял алиби Тарневеро. Оно подтверждается показаниями свидетелей.

Мартино встал.

— Разумеется! Тарневеро ловок, как угорь. До свидания. Желаю вам от всей души удачи.

После некоторого раздумья инспектор направился к телефону. Начальник полиции был у себя.

— У вас много работы? — спросил его Чан.

— Я собирался встретиться с супругами Мак-Мастер. Случилось что-нибудь важное?

— Пока не знаю. Но мне хотелось заручиться вашим содействием. Я намереваюсь провести обыск в отеле «Грандо», и было бы очень хорошо, если бы вы приехали в отель.

— Я сейчас буду, Чарли.

Затем он позвонил Аллану Джейнсу и, предупредив о своем визите, направился к дежурному за конторкой.

— Не можете ли вы сказать, мистер Тарневеро у себя?

Мужчина взглянул на доску.

— Ключа нет. По-видимому, мистер Тарневеро у себя в номере, — ответил он.

— Отлично. Пожалуйста, позвоните мистеру Тарневеро и сообщите ему, что инспектор Чан просит его приехать в отель «Ионг».

Дежурный удивился.

— Вы будете ожидать Тарневеро в отеле «Ионг»?

— Да. Мне необходимо удалить Тарневеро на некоторое время отсюда.

— Ах, вот в чем дело! Я все исполню, инспектор!

Чан поднялся в номер Аллана Джейнса. Тот встретил его в халате и в ночных туфлях.

— Входите, инспектор. Извините за такой вид, но ваш звонок разбудил меня.

— Мистер Джейнс, мне хотелось бы поговорить с вами совершенно откровенно.

— Отлично, — ответил Джейнс.

— Сегодня утром вы сказали, что ни разу не были в павильоне и даже не приближались к нему.

— Совершенно верно.

Чан достал из кармана конверт и выложил на стол окурок.

— Как вы объясните, что я нашел под окном павильона, в котором была убита мисс Фен, этот окурок?

Несколько мгновений Джейнс молча стоял, уставившись на окурок.

— Садитесь, — наконец выдавил он из себя. — Я сейчас вам все объясню.

— Буду очень рад выслушать ваше объяснение.

— Сегодня около восьми часов утра кто-то постучал в дверь. Я был в ванной. Решив, что это горничная, я крикнул: «Войдите!» Дверь отворилась, в комнате послышались шаги. Я окликнул вошедшего… Ах, почему я не сломал ему вчера шею?!

— По-видимому, вы имеете в виду шею Тарневеро?

— Совершенно верно. Ко мне в комнату вошел Тарневеро и сказал, что хочет поговорить со мной. Не угодно ли вам будет пройти в ванную, инспектор?

Чан удивленно хмыкнул, но пошел.

— Обратите внимание на это большое зеркало на двери. Когда дверь чуть приоткрыта, а вы стоите вот здесь, у ванны, то можете видеть часть комнаты и письменный стол. На нем лежал мой портсигар. Так вот, в зеркало я увидел, как Тарневеро осторожно взял из портсигара несколько сигарет и сунул их в карман.

— Действительно, зеркало сослужило вам большую службу.

— Сначала я решил, что поступок Тарневеро довольно безобиден. Но меня разозлило его поведение, и я почувствовал желание выставить его вон. А потом мне пришло в голову, что, может быть, в этом кроется какой-то тайный смысл. Поэтому я решил выждать и попытаться выяснить, каковы подлинные намерения моего гостя. Признаюсь, мне и в голову не пришло, что он попытается навлечь на меня подозрения.

От гнева лицо Джейнса покрылось красными пятнами.

— Я вышел из ванной и спросил, что ему угодно, — продолжал Аллан. — Он взглянул на меня и, не смутясь, ответил, что явился для того, чтобы положить конец нашей размолвке. Чтобы проверить свои подозрения, я протянул ему свой портсигар и предложил закурить. «Нет, благодарю вас, — ответил Тарневеро, — я не курю». У меня чесались руки схватить его за шиворот и вышвырнуть из номера, но я сдержался и даже протянул ему на прощание руку. После ухода Тарневеро я долго размышлял над тем, что произошло. Чего ради он позволил себе эту выходку? Как я вам уже сказал, я не находил ответа. Теперь-то мне все понятно. Он решил направить ваши розыски по ложному следу. Но зачем? На это может быть лишь один ответ: Шейлу убил Тарневеро.

Чан пожал плечами.

— Я охотно присоединился бы к вашему выводу, но, к сожалению, у него неопровержимое алиби.

— Какое значение имеет это проклятое алиби? Такому хитрому человеку, как Тарневеро, обзавестись алиби не составляет труда. Попадись мне снова этот Тарневеро, я…

— Вы будете вести себя как ни в чем не бывало, — не дал ему закончить Чан, — если действительно хотите помочь следствию.

Джейнс вздохнул.

— Я понимаю вас, — сказал он, — и подчиняюсь вашему желанию, хотя для меня это нелегко. Вы хотите еще о чем-нибудь спросить меня, инспектор?

— Нет-нет. Сведения, которые вы сообщили, очень ценны. Благодарю вас. До встречи.

Спускаясь вниз, Чан размышлял о том, было ли рассказанное Джейнсом правдой или он быстро сориентировался в ситуации и выдумал эту историю с сигаретами. Но в любом случае теперь предстоит решить еще одну трудную задачу.

В холле инспектор подошел к Теду.

— Ты не видел, мистер Тарневеро ушел? — спросил он у него.

Тед утвердительно кивнул.

— Да, он ушел несколько минут назад и очень спешил.

Увидев входящего в отель Джексона, Чан поспешил ему навстречу и увел в укромную нишу, где они могли без помех побеседовать.

— Что случилось? — спросил начальник полиции.

— Очень многое, — ответил Чан. — Личность Тарневеро все больше привлекает мое внимание.

— Этот Тарневеро с самого начала казался мне подозрительным. Так в чем дело?

— Во-первых, я узнал, что он говорит по-китайски. — Чан рассказал о том, что ему стало известно со слов Теда. — Во-вторых, Тарневеро нанес сегодня визит Аллану Джейнсу…

— Вы приближаетесь к цели своих розысков, — сказал начальник полиции, когда Чан закончил свое повествование.

Инспектор пожал плечами.

— Вы забыли об алиби Тарневеро.

— Нет, я о нем не забыл. И неспроста поэтому намеревался побеседовать с почтенной четой из Австралии. Думаю, в официальной обстановке они будут откровеннее. А теперь скажите, у кого вы собираетесь делать обыск?

— У Тарневеро.

Джексон нахмурился.

— Без ордера? Ох, Чарли, мы с вами оба когда-нибудь останемся без работы! А если Тарневеро что-нибудь заподозрит? Кстати где он?

— Не беспокойтесь, я его удалил из отеля.

Джексон одобрительно кивнул.

— Отлично! Подождите, я переговорю с дирекцией.

Вскоре он вернулся в сопровождении высокого мужчины.

— Все в порядке, — объявил он. — Чарли, ведь вы знаете Джека Мурдока? Он отправится вместе с нами.

— Мистер Мурдок давнишний мой друг, — ответил Чан.

— Как поживаете, Чарли? — спросил Мурдок, ранее служивший в полиции и перешедший на службу в отель.

Отперев дверь в номер Тарневеро, Мурдок спросил:

— Неужели, Чарли, вы собираетесь лишить нас одного из лучших постояльцев?

— Там видно будет, — пожал тот плечами.

Чан и начальник полиции приступили к осмотру номера, а Мурдок опустился в кресло и, закурив, наблюдал за действиями своих бывших сослуживцев.

Чан приблизился к большому чемодану и потрогал замок.

— Заперт, — сказал он.

Мурдок встал.

— Это не имеет значения.

Вытащив связку ключей, он без труда отпер чемодан. Чан углубился в исследование его содержимого.

— Я, кажется, обнаружил кое-что интересное! — воскликнул он через минуту и достал из чемодана портативную пишущую машинку.

Инспектор поставил ее на стол, заправил лист бумаги и начал печатать: «Дружеское предупреждение. Советую вам немедленно отправиться в городскую библиотеку…»

Закончив, он достал из кармана оригинал письма и, сличив оба текста, удовлетворенно хмыкнул.

— Я попрошу вас сравнить эти два послания и сказать, что привлекло ваше внимание, — обратился Чан к начальнику полиции протягивая письмо и собственноручно отпечатанный текст.

После минутного молчания тот сказал:

— Оба текста отпечатаны на одной и той же машинке Верхняя часть буквы «е» не пропечатывается, а буква «т» несколько искривлена.

Чан улыбнулся.

— Вы совершенно правы. Оба письма отпечатаны на этой машинке. Я очень рад, что наши старания увенчались успехом. Боюсь, правда, что Тарневеро вычислит нас по запаху сигарет нашего милого Джека.

Мурдок смущенно взглянул на Чана.

— О, Чарли, я совершенно упустил из виду… — и он поспешно потушил сигарету.

Инспектор продолжал знакомиться с содержимым чемодана. Теперь его внимание привлекло лежавшее на самом дне кольцо с крупным бриллиантом.

Он протянул его Джексону и сказал:

— Прошу вас запомнить это кольцо.

— Опять кольцо! У меня такое впечатление, что мы расследуем кражу в ювелирном магазине… Впрочем, это понятно, — мы имеем дело с людьми из Голливуда.

Наконец Чан запер чемодан, и они покинули номер Тарневеро.

— Чарли, какое значение вы придаете этому кольцу? — спросил начальник полиции, садясь в машину.

— Это кольцо связано у меня с неприятными воспоминаниями, — ответил Чан. — Я же рассказывал вам, что вчера кто-то погасил свет, нанес мне сильный удар в лицо и вырвал из рук письмо Шейлы Фен. При этом нападавший расцарапал мне щеку, а это свидетельствует о том, что на его руке было кольцо.

— Ну и что же?

— Я попытался установить этого человека. Лишь у две их были кольца на руке: у ван Горна и Вильки Баллоу. Однако вчера утром на руке Тарневеро я заметил именно то кольцо, которое теперь оказалось спрятанным в чемодане. Я видел это кольцо и позднее, когда мы с ним находились в павильоне. Но это было после инцидента с письмом… К каким бы вы пришли выводам после всего сказанного?

— Я предположил бы, что удар нанес вам в темноте Тарневеро.

Чан задумчиво потер щеку.

— Представьте себе, я тоже так думаю.