Контент удален!

Он предполагал, что если он упомянет имя предыдущего императора, она опешит. И лицо женщины слегка дернулось, как и его предсказание. Он решил пойти еще дальше.

— Из-за недостатка средств я едва успеваю обучать своих солдат и содержать войска. Мне дорого стоило найти вас, ваше высочество.

Произнеся эти слова, он еще больше задрал шею. Аполлония медленно закрыла и открыла глаза, обдумывая его слова.

Аполлония медленно прикрыла глаза, глядя на него, который начал поднимать голову и обдумывала его слова.

— Вы правы. Но почему солдат, утверждавший, что ищет меня, забыл о своем долге и взял ребенка, который не имел к этому никакого отношения? Это образ солдата, которым вы так гордитесь?

— Дитя опасна, так как она нападала на меня в прошлом. Естественно, я предположил, что она как-то связана с вашим похищением. Я планирую сурово наказать ее после этого разговора.

— Эта девочка не похититель. Она помогла мне.

— Ваше Высочество, должно быть, попались на ее уловки. Беллы никому не помогут без скрытых намерений.

Виконт постоянно действовал ей на нервы. Его ответ был тем, чего она ожидала.

— Даже если этот ребенок ваш знакомый, это не значит, что мое солдатское суждение неверно.

Если принцесса выйдет из себя и рассердится или громко заплачет, никто в этой комнате не воспримет ее всерьез. Ее приказ обыскать этот особняк будет признан недействительным. Но Аполлония была непреклонна.

— Вы хотите сказать мне, что даже потратив налоги граждан на обучение своих солдат, лучшее, что они могли сделать, это притащить ребенка, чтобы допросить ее о местонахождении принцессы? Это ваше объяснение? Если суждение солдата неверно, то я полагаю, вы готовы взять на себя ответственность как их начальник?

— Конечно! Это все благодаря моему солдату вы благополучно оказались здесь! — гордо сказал он, стукнув себя в грудь.

Судя по голосу женщины, который стал громогласные, она, казалось, была полна гнева. Тогда она скоро расплачется, верно?

— Тогда ваши грехи очевидны.

— Теперь, когда вы прибыли благополучно, вы должны просто вести себя… что?

Его уверенность упала вместе с его челюстью.

Аполлония продолжила.

— В тот момент, когда этот ребенок был пойман солдатом, я был в том же доме. Я даже перекинулась парой слов с вашим солдатом.

Когда она нашла в углу приемной командира солдата, избитого рукоятью меча Уриэля, она указала на него подбородком. Командир был удивлен и даже не мог совладать с выражением лица, показывая свою причастность перед всеми. Теперь, когда Аполлония знала лицо человека, схватившего Таню, он больше не мог отрицать то, что она сказала.

— Он был так счастлив, что нашел ребенка и вернулся, даже не подумав опознать меня, которая была рядом с ним. Как мог солдат, который должен был искать пропавшую принцессу, не узнать принцессу прямо перед своим носом!

Как только Аполлония закончила говорить, она замахнулась кнутом на виконта. Кнут упал рядом с его правой ногой, звук громко эхом разнесся по приемной. Виконт невольно зажмурил глаза.

— Э-это… это, должно быть, ошибка…

— Это называется некомпетентность. Ваш первый грех — некомпетентность.

Приемная погрузилась в тишину. Импульс, который был у виконта, постепенно терялся.

Это был неожиданный поворот событий. Он не знал, что молодая девушка может излучать такую громоподобную силу. Принцесса, которая, как он думал, безрассудно обвинит его в тирании, показала неожиданную сторону. Он думал, что с ней легко иметь дело, но теперь это было явно большой ошибкой.

— Пожалуйста, послушай меня хоть раз…

Аполлония посмотрела на дворецкого, стоявшего рядом с виконтом.

— Принесите мне финансовые отчеты за последние 10 лет. Позвольте мне рассказать вам о вашем втором грехе.

Она больше не улыбалась. Дворецкий, у которого было немного больше опыта, чем у виконта, инстинктивно чувствовал опасность.

— Милорд… что мне делать, сэр? — спросил он у виконта тихим голосом.

Но Аполлония, услышав это, снова ударила кнутом по полу.

Удар-!

— Госпожа здесь — я. Дворецкий, вам не нужно его разрешение, чтобы выполнить мой приказ.

Огненно-золотые глаза смотрели на него так, словно собирались его поглотить.