Контент удален!

Тяжёлый седан не спеша карабкался по извилистой горной дороге . За окном мелькали пейзажи, которых в Сеуле днём с огнём не сыщешь .

Когда в голове уже начала зудеть мысль: «Да тут вообще есть хоть что-то живое?», заснеженные склоны расступились, и

показался традиционный корейский дом — ханок . Он стоял,

тихо прижавшись к подножию горы, будто в колыбели: статный, умиротворённый и величественный .

Припарковавшись, Вон Сон Гю повернулся к дочке на

пассажирском сиденье . Та во все глаза глазела в окно, едва ли не подпрыгивая от предвкушения .

— Походи, поглазей немного, а зазябнешь — беги в машину греться . Если надоест ждать, вызови такси и дуй обратно в пансионат.

— Да ладно тебе, всё путём . Занимайся своими делами и на

меня не оглядывайся . Я на цыпочках похожу, мешать никому не буду.

— Я тут надолго застряну, вот в чём загвоздка . Мороз

трескучий, простудишься ненароком — мне ж потом от твоей матери голову с плеч снимут.

— Не каркай! Я вообще-то упаковалась по полной программе .

Чтобы перекрыть поток отцовских нотаций, Вон А Джин потуже затянула шарф и с победным видом помахала перед его носом меховыми варежками, выуженными из кармана .

Вон Сон Гю только головой покачал и усмехнулся: мол, что с тобой поделаешь .

Как раз в этот момент раздался протяжный скрип . За стеклом

медленно отворились массивные ворота, и на пороге показался мужчина с густой щетиной . Заметив его, Вон Сон Гю тут же

выскочил наружу. Вон А Джин поспешила следом .

Судя по метле в руках, мужик просто вышел сгрести снег. Вот только на его суровой, бандитской физиономии совершенно уморительно смотрелся нежно-розовый кухонный фартук .

— Доброго денечка, бригадир! В такой-то дубак спину гнёте . Держите, погрейтесь, — Вон Сон Гю тут же включил режим душа-парня и протянул ему баночку горячего кофе .

Мужчина отшатнулся как от огня и замахал руками:

— Ой, да бросьте вы, ну просил же не таскать мне ничего!..

— Да бросьте, это ж просто кофе, делов-то!

Вон Сон Гю с обезоруживающей улыбкой всучил-таки банку   опешившему хозяину. Затем кивнул на приоткрытую калитку и бодрым шагом направился внутрь, будто к себе домой . Вон А Джин, неловко кивнув работяге, пристроилась за отцом .

Усадьба Шиммогвон . Дом покойного мастера Джин Сын Гвона, который даже среди архитекторов считался абсолютным

шедевром традиционного зодчества . Величайший плотник

своей эпохи вложил сюда всю душу, лучшие породы дерева со всей страны и отточенное до идеала мастерство всей жизни .

Вон А Джин, которая до этого слышала о творениях мастера

только на лекциях да в байках, жадно впитывала каждую

мелочь . Зрелище захватывало дух — архитектура и дикая

природа сливались здесь в живую картину тушью . Засыпанные снегом сосны, ровные каменные дорожки, выложенные точно

под человеческий шаг, а дальше, за просторным двором —

изящные деревянные балки и благородный, летящий изгиб

карнизов крыши . Ощущение было такое, будто она шагнула в другое измерение .

Пока девушка стояла разинув рот, из глубины двора к ним

навстречу вышла подтянутая женщина средних лет в строгом одеянии .

— Здравствуйте! — бодро поздоровался Вон Сон Гю .

Женщина смутилась:

— А мастера сейчас нет на месте . Рано утром уехал в посёлок по срочным делам .

— Вот незадача     Понятно .

Вон Сон Гю криво улыбнулся и скосил глаза на веранду. Там аккуратными штабелями высились коробки в дорогих

подарочных обёртках — следы тех, кто штурмовал усадьбу

последние несколько дней . Уломать главного плотника Чон Ин Тэка пытался не он один .

Смерив эту гору подарков взглядом, Вон Сон Гю уверенно выдал:

— Ничего, я подожду.

— Да бог знает, когда он вернётся . Если что передать нужно или на словах сказать — лучше мне оставьте …

— Нет-нет, всё в порядке, подожду лично . Времени у меня вагон, спешить некуда! — он добродушно хохотнул .

Женщина тихо вздохнула и перевела взгляд на девушку, безмолвно спрашивая: «А это ещё кто?»

Вон А Джин тут же вежливо поклонилась:

— Здравствуйте . Я Вон А Джин .

— Дочка моя! Проходу мне не давала, так просилась сюда, —  встрял отец . — Она у меня архитектурный штурмует, вся в папу пошла, с ума сходит по этой теме . Вот и взял за компанию,

ха-ха!

Женщина окинула Вон А Джин цепким взглядом, а та лишь неловко улыбнулась в ответ.

— Пройдите пока с дочерью во флигель, не мерзните на улице .

Отец кивнул и уверенно свернул по знакомой дорожке, а Вон А Джин посеменила за ним в небольшую пристройку.

Внутри оказалось ровно так, как она и фантазировала:

лаконичная деревянная мебель идеальной работы, стильные безделушки на залитом солнцем подоконнике — всё дышало невероятным уютом и гармонией . Не зря напросилась! Такой шанс прикоснуться к легенде выпадает раз в жизни . Конечно, отцу свалившаяся на голову дочь посреди рабочей поездки

была как собаке пятая нога, но раз она пообещала сидеть тихо как мышь и просто любоваться — криминала в этом нет. В

конце концов, она приехала работать группой поддержки .

Отец торчал в этой Хёрён уже целую неделю . Мама

обмолвилась, что он всеми правдами и неправдами пытается затащить хозяина Шиммогвона, мастера Чон Ин Тэка, в

крупный проект сети отелей «Хэган» — они задумали отгрохать масштабный люксовый ханок-комплекс . Заполучить его

согласие и было главной целью этой командировки . Судя по  тому, что прожжённый бизнесмен, способный заговорить зубы даже мёртвому, изо дня в день обивал здесь пороги с утра до ночи, орешек попался крепкий .

Отец нервно хлебал чай, поминутно косясь в окно, и выглядел взвинченным . Да и лицо у него было совсем осунувшееся . Ест он тут вообще по-человечески? В холодильнике их съемного домика мышь повесилась, повсюду валялись только пустые

коробки из-под китайской лапши да фастфуда . Мать бы за такое точно шкуру спустила .

Мысли Вон А Джин прервал шорох шагов и негромкие голоса снаружи . Девушка мигом прильнула к окну:

— Кажется, вернулся!

Вон Сон Гю чуть не выронил кружку и торопливо вскочил:

— Посиди здесь!

— Ага, беги давай, на меня ноль внимания!

Отец вихрем вылетел во двор . «Хоть бы сегодня всё

срослось     » — подумала Вон А Джин, провожая его взглядом, пока он не скрылся из виду.

Во флигеле снова воцарилась звенящая тишина . Шелковистая текстура дерева, терпкий смолистый аромат и мягкие

солнечные лучи, пробивающиеся сквозь бумагу традиционных рам     Дом завораживал . Самое удивительное — стоило здесь просто посидеть пару минут, как на душе становилось

кристально чисто и спокойно . «Смогу ли я когда-нибудь

спроектировать нечто настолько же прекрасное и живое?.. »

В груди взыграло неуемное любопытство . Раз уж добралась до такого места, глупо тупо сидеть на стуле, когда вокруг столько красоты .

Стараясь не шуметь, Вон А Джин выскользнула из флигеля .

Она неспешно брела по уютному внутреннему дворику, пока

взгляд не зацепился за знакомый кустарник . Нандина

домашняя — священный бамбук . Точно такой же рос во дворе у её покойной бабушки . Накатила тёплая ностальгия . Вон А Джин подошла ближе: под шапками пушистого белого снега

аппетитно алели гроздья ягод . Настроение сразу поползло вверх .

Завернув за угол, она наткнулась на ветхое строение .

От него веяло солидным возрастом . Домик заметно отличался от вылизанных построек у входа и флигеля, и это разожгло

интерес ещё сильнее . Впрочем, девушка тут же осеклась:

разгуливать без спроса по чужому поместью — не самая лучшая идея .

Она уже собиралась дать задний ход, как вдруг:

Шух, шух .

Откуда-то донёсся размеренный, глухой звук трения .

Что это? Звучало на удивление ритмично и залипательно .

Повинуясь любопытству, Вон А Джин обогнула дом и вышла на задний двор .

Вся земля тут была усыпана стружкой, опилками и обрезками брёвен . Звук доносился из приоткрытой двери сарая . Затаив дыхание, Вон А Джин тихонько заглянула в щёлку.

Это была мастерская . Посреди комнаты, у массивного стола с огромным бревном, стоял парень .

«Тоже местный работник?»

Но в отличие от тех, кого она видела раньше, этот был совсем молодым . Высоченный, плечистый — словно спортсмен с

обложки журнала