"Братик Чин, как ты? Ты в порядке? Тин Тие, что с тобой не так? Почему ты ударил Братика Чина? Он актёр! Ты хоть понимаешь, насколько для него важно его лицо? Мама, быстрее! Принеси льда, чтобы мы приложили его к лицу Братика Чина!"
После тревожных команд Тин Лу, весь дом погрузился в тишину.
Увидев странное выражение на лицах её родителей, она наконец пришла в чувства. Она должна была позволить сделать это Тин Чиен. Её цель сегодня состояла в том, чтобы убедить Тин Чиен вернуться к Чин И, чтобы гарантировать, что она продолжить давать им ресурсы. Если Чин И станет её парнем, то Тин Чиен, скорее всего, возненавидит их и будет игнорировать их всю свою оставшуюся жизнь.
Но она...
Она только что поклялась, что не будет думать о Чин И или как-то реагировать на него, но когда его ударили, она забеспокоилась даже больше, чем сама Тин Чиен.
"Старшая сестра, скорее, проверь что там с Братиком Чином! Тин Тие его ударил, ты разве не волнуешься за него?"
У Тин Лу не было другого выбора, кроме как бесстыдно посмотреть в персиковые глаза Тин Чиен, которые были наполнены сарказмом.
Она всегда ненавидела глаза Тин Чиен.
Раньше, она чувствовала только то, что глаза Тин Чиен были очень красивыми и она всегда жаловалась матери на то, почему она не дала ей такие же глаза.
Однако, недавно, она вдруг подумала, что эти глаза были наделены магией. В них таилась демоническая сила и Тин Лу чувствовала, что они были способны видеть её душу насквозь.
Именно поэтому Тин Лу смутилась, когда закончила предложение. Ей показалось что то, что она сказала, звучало тупо и она чуть ли не потеряла контроль над выражением своего лица.
"Смотрите! Время ужина. Давайте спустимся вниз. Мы - семья, что может быть важнее, чем есть вместе?"
Мать Тин, что была зла буквально минуту назад, неожиданно поменяла тему и решила спасти Тин Лу от дальнейшей неловкости.
"Верно, мы - семья. Что может быть важнее, чем вместе ужинать? Чиенчиен, тётя Ву сегодня приготовила все твои любимые блюда!"
Отец Тин продолжил тему, проводя Тин Чиен в столовую.
Там стоял прямоугольный стол, на котором было ровно шесть мест.
"Сюда, Чин И, ты сядешь с Чиенчиен."
Чин И, что стоял позади всех, был смущён тем, что произошло ранее, но когда Отец Тин позвал его, его глаза заблестели. Он тут же подошёл к Отцу Тин и вежливо ответил, "Да, Дядя Тин."
Как только Чин И сел рядом с Тин Чиен, она тут же поднялась и прошла к противоположному месту.
Чин И не знал, как ему реагировать на то, что только что произошло.
Отец Тин снова пришёл на помощь.
"Чиенчиен, Чин И сидит здесь. Почему ты села напротив него?"
"Чин И проделал весь этот путь сюда так быстро, как только услышал, что ты приедешь. Почему ты ведёшь себя так грубо, оставляя его сидеть одного?"
Как только Мать Тин закончила говорить, Тин Тие вышел вперёд и сел рядом с Тин Чиен с вызывающим выражением на его лице.
И Отец Тин и Чин И были оба шокированы тем, что только что произошло перед их глазами.
"Малыш Тие, иди сюда и сядь со своей второй сестрой. Почему ты сел рядом со старшей сестрой?"
Мать Тин приказала Тин Тие, но он просто посмотрел на неё, ничего не говоря.
"Какой же ты ребёнок! Если ты будешь сидеть рядом со старшей сестрой, то где сидеть Чин И?"
Зная, что Тин Тие не сможет никому ответить, Тин Чиен заговорила вместо него.
"Мама, я уже сказала, что простила Тин Лу. Есть ли хоть что-нибудь, что я не отдала ей ещё с самого детства? Это ведь то же самое. Поскольку она влюблена в Чин И, я не против отдать ей его. Это будет последний подарок от старшей сестры, который я подарю Тин Лу в этой жизни."
Выражение лиц у всех исказилось, помимо лица Тин Тие.
Особенно лица Матери Тин и Тин Лу, которые даже ещё не сели.
"Что ты имеешь в виду под последним подарком в этой жизни? Ты хочешь сказать, что тебя не волнует смерть или жизнь Тин Лу?"